Обсидиан.

Все побережье в огне. Слышны крики женщин погоняемых бандитами пришедшими из пустыни, слышны и угасающие крики раненых, которые вот-вот отправятся на встречу с Осирисом. Мимо этого побоища, осуждающе наблюдая за происходящим, прошествует не спеша конный отряд из девяти человек облаченных в черное, растворяющихся в ночной мгле. Меджаи, стражи людей, но не от самих людей, а от темных богов и их тайн, что хранят пески Египта. То тут, то там лежат навзничь истерзанные холодной сталью тела ни в чем неповинных людей. Бандиты спешно собирают оставшихся в живых и грузят их в машины. Вдруг, до ушей Ардет Бея, лидера Меджаев, доносится истошный крик девушки, вырвавшейся из лап бандита. Ардет незамедлительно пришпорил коня, вознамериваясь спасти девушку. Убегая, петляя между развалинами древней Египетской цивилизации и путаясь в подоле разорванной юбки, девушка пытается убежать от преследователя. В какой-то момент, бандит поднимает маленьких осколок колонны и точным броском попадает девушке в голову, после чего она падает и затихает. Подоспевший в это время Меджай, от чего-то впадает в ярость и, спрыгнув с коня, парой ударов лишает бандита его пустой головы. Опустившись, скоро, возле павшей девушки и проверив пульс, Ардет вдруг понимает. - Живая… Перевязав голову несчастной и усадив ее рядом с собой на коня, он отвозит ее в город, где передает в заботу женщинам. *** Прошло уже два года после той ночи. Девушка полностью восстановилась и окрепла. Ей предоставили выбор, остаться и жить в городе, помогая женщинам или же навсегда покинуть город. Она осталась. Ардет с того самого дня как только увидел эту девушку в городе, блуждающую по пыльным узким улочкам и мечтательно смотрящую на горизонт и расшитые изысканные женские наряды, потерял всякий покой. Стоило ему увидеть ее, как он забывал как дышать, а поймав ее взгляд, его сердце пропускало удар. Она, жгучая брюнетка с волнистыми и непослушными волосами, которые обрамляли миниатюрное личико с немного пухленькими губами, аккуратным маленьким носиком и глубокими как ночь, глазами. Кожа ее смуглая, была нежна как бархат, она так и притягивала к себе руки Меджая. Стоило ей улыбнуться, как в душе Ардета все начинало петь. Порой ему казалось что он сходит с ума. Как ни старался Меджай, он не мог взять себя в руки. Он пробовал и пробовал различные техники и медитации. От тануры до тибетской йоги, ничего не могло. Он либо зарабатывал себе растяжения и ушибы, либо все также возвращался мыслями к ее черным как бездна глазам. Ардет пытался забыться в тренировках и обучении новобранцев, но все ровно беспрестанно думал о ней. Даже когда сражался в спарринге с учеником, продолжал думать о ней, и даже когда этот самый ученик повалил его на землю и с победным кличем вонзил клинок в землю рядом с его головой, он думал о ней. Однако даже не это было самым «страшным». Были вещи куда более важными. Например то, что каждый раз когда она нечаянно касалась его, по его телу пробегала дрожь вперемежку с жаром и клубком скручивалась внизу живота, заставляя твердеть его естество. Или к примеру то, что когда она поскользнувшись на разлитой воде чуть не упала с помоста и уберегли ее, как раз, его сильные руки. Встретившись с ней тогда глазами, он на минуту потерял связь с реальностью. Она что-то говорила ему, вроде бы как про то, что бы он ее отпустил. И он ее таки поставил на землю, приложив неимоверные усилия и отведя наконец взгляд. Когда же она улыбнулась своей самой очаровательной белозубой улыбкой и, привстав на носочки и положив руки ему на плечи, кокетливо поцеловала его в уголок губ, в благодарность за помощь, он и вовсе чуть не потерял голову. Она уходила с площади и иногда оборачивалась на него, не прекращая улыбаться смущенно, а у него в этот момент немели чресла от желания обладать ею. Все это он с усилием великой воли терпел, вплоть до этого дня. В городе был старый театр, где девушки в свободное время развлекались. Он был давно закрыт и там не ставились спектакли, поэтому там можно было надурачиться вдоволь, воображая себя актрисами. И сегодня, в солнечный воскресный денек, девушки развлекались допоздна. Танцевали, смеялись, передразнивали друг друга, разыгрывали сценки. Как вдруг, одна из девушек подошла к избраннице Ардета и предложила станцевать с ними восточный танец живота, на что она незамедлительно согласилась. Переодевшись в старой костюмерной, они вышли за кулисы, ожидая когда импровизированный оркестр начнет играть мелодию для танца. Именно в этот момент Ардет, не знавши чем заняться, решил наведаться в этот самый театр. Только войдя в зал и спрятавшись за одну из массивных старых штор, он услышал музыку, и как в самой красивой из восточных сказок на сцене появились пять красавиц, облаченных в роскошные сверкающие фальшивым золотом наряды девушки. Когда барабаны начали играть чуть интенсивнее, девушки стали танцевать. Ах, этот танец… Что текущая река, быстра, и в то же время целомудренна… Стройные тела двигались подобно саламандрам, лица были скрыты под еле просвечивающейся паранджой. Вдруг, в середину вышла та, костюм которой был полностью прозрачного черного цвета, сродни обсидиану, с вкраплениями золотого. Она двигалась безумно красиво. Она будто бы звала, завлекала, пленяла… Поворот и взгляд поверх прозрачной повязки. В зале все смотрели с замиранием сердца, а Ардет старался не сойти с ума окончательно, узнав в этой танцовщице ту самую спасенную им девушку. Ардет пожирал взглядом девушку, мысленно торопя оркестр. Когда же музыка плавно затихла, а танцовщицы плавно легли на пол в форме раскрытой разноцветной лилии, зал разразился аплодисментами и свистом. Танцовщицы, хихикая, убежали переодеваться, а Меджай решил во что бы то ни стало отыскать предмет его безумия. Девушка нашлась не сразу, и не в театре, Ардет нашел девушку в ее небольшом домике, что ей отвели для жилья. Она сидела на кровати и, коль на улице уже был поздний вечер, не заметила вошедшего Меджая. Она была одета в бриджи до колен, по верх них был повязан большой платок, сверху майка и на голове палантин. Не спеша, видимо готовясь ко сну, она сняла с головы палантин и вслед за ним майку. Опустившись спиной на прохладное покрывало, она накрыла грудь палантином и прикрыла глаза. Ардет не спеша подошел к девушке, и чуть наклонившись провел ладонью вниз по плоскому животику, на что девушка сразу же отреагировала, открыв глаза и улыбнувшись и легко отведя его руку. - Меджай, ты чего? Ардет мягко взял ее за запястье и легко прижал руку девушки к кровати выше ее головы, склонившись к ней и впившись в ее губы страстным но нежным поцелуем. На пару секунд девушка замерла в изумлении, приоткрыв рот, тем самым дав Меджаю шанс углубить поцелуй. Спустя еще несколько секунд, девушка все-таки ответила на поцелуй, но как-то или неохотно, или неумело. Последнее кстати слегка насторожило Ардета. Продолжая целовать девушку, Меджай отпустил запястье и залез ладонью под палантин и стал нежно гладить своими горячими подушечками пальцев прохладный плоский живот. Когда воздух у обоих кончился, Ардет плавно перешел короткими поцелуями с губ на подбородок, а с него дорожкой по скуле возле ушка, дальше вдоль по шее и пока не остановился на ключице. Свободной рукой стянув край палантина, Меджай принялся осыпать поцелуями ключицу и плечи девушки, спускаясь все ниже и заставляя ее обнять его голову руками. Перестав гладить живот, Ардет немного резким движением содрал палантин, чем вызвал дрожь по телу у девушки. Плавно проведя по загорелому боку девушки ладонью, Меджай ловким движением развязал платок и скинул его с ее бедер на пол. Опустившись поцелуями на грудь и сняв последнюю преграду, отделяющую его пылающий взор от нежных бутонов ее сосков, Ардет, накрыл горячими губами левый сосок, чем вызвал у девушки громкий стон. Она обнимала и немного прижимала его голову, запускала руки в его густые черные волосы и, запрокидывала голову, стараясь сдержать рвущиеся наружу стоны, не переставая рвано дышать. Не переставая целовать, Меджай, чуть приподняв девушку одной рукой за талию, второй одним движением снял с нее последнюю одежду. Бриджи вместе с нижним бельем полетели на пол. Девушка хотела было рефлекторно сомкнуть ноги от смущения, но Ардет не позволил, встав между них. Снова приподняв девушку за талию, мужчина уложил девушку полностью на кровать и, на мгновение оторвавшись от ее сладких и нежных грудей, быстро избавился от такой ненужной сейчас одежды. Вновь нависнув над молодым прекрасным телом девушки, он вновь принялся осыпать ее поцелуями. Сначала шею, затем плечи, и затем грудь. Не спеша проведя ладонями по бокам девушки, задевая спину, он, огладив ее упругие ягодицы, мягко раздвинул ее стройные ножки и обвил ими свою талию, слегка придвинувшись. Почувствовав нечто твердое, касавшееся ее нежной еще не распустившейся лилии, девушка напряглась и попыталась отодвинуться, но мягкий опьяняющий шепот успокоил ее. - Не бойся, малыш… Вслед за которым последовал нежный поцелуй. Дождавшись, когда девушка расслабиться, Ардет одним резким движением вошел в девушку, от чего та вскрикнула и зажмурилась. Меджай, замер, давая привыкнуть к боли и неприятным поначалу ощущениям, при этом осыпая короткими поцелуями ее шею. Через пару мгновений, девушка все-таки смогла чуть-чуть привыкнуть, и мужчина начал плавно двигаться, погружаясь все глубже в лоно девушки. Очень скоро боль отступила, отдавая власть накатывающему с каждым толчком удовольствию и в какой-то момент, девушка стала сама двигаться навстречу Меджаю. Спустя несколько минут, их возбуждение достигло пика и, после особенно сильного толчка, их двоих накрыл оргазм. Немного погодя, Ардет рухнул на кровать рядом с девушкой. Изможденные и тяжело дышащие, вскоре они уснули в объятьях друг друга, забравшись под одеяло. Эта ночь начало сплетения двух судеб, начало и яркая путеводная звезда в созвездии «Счастье».