Вытерпишь меня 10 дней?

      — Мам, не волнуйся, все будет хорошо, — уверенно отчеканила я, чтобы у мамы ни на секунду не возникло сомнения, что я не справлюсь со своей задачей. — Ты так к нему и не дозвонилась?       — Нет, Эмберлин, он как всегда не слышит, когда ему звонят, — услышала я приятный голос на другом конце провода.       По голосу я поняла, что мама немного улыбнулась, ведь она действительно хорошо знала этого парня. По-моему, его зовут Гер… Гаррен… в общем, Стайлс.       Я хорошо помню, как мама была счастлива, когда ей предложили стать домработницей у одних бизнесменов. Она была рада заняться хоть какой-то работой, потому что безумно скучала по тем дням, когда еще усердно трудилась в небольшом, но достаточно престижном ресторане. Но как это бывает у всех, кто любит и ценит свою работу, ресторанчик закрыли. Закрыли то место, где мама могла приготовить истинные шедевры даже из самых простых продуктов. Это был самый настоящий талант, которым она частенько делилась со мной. Именно за отличные кулинарные способности маму попросили стать домработницей у одного молодого человека, чьи родители ужасно беспокоились о том, что их сын будет голодать и жить в полнейшем беспорядке в их долговременное отсутствие. Так она и узнала этого парня, Стайлса, который, как частенько рассказывала мама, всегда с уважением и искренней добротой относился к ней.       Вот только в последние два дня мама совсем ослабла из-за болезни, а я всеми своими силами уговаривала ее не идти на работу. Однако я хорошо знала, что мама ни за что не оставит работу, понимая, что это единственный доход в нашей семье. Я не могла смотреть на то, как она ходит на работу, еле вставая с кровати от подступившей слабости. Я никак не могла позволить, чтобы ее состояние ухудшилось. Именно поэтому мне не требовалось много времени, чтобы пообещать маме, что я отлично справлюсь вместо нее в готовке и уборке для того парня и смогу поработать следующие две недели до ее полного выздоровления.       Мама не смогла мне отказать, потому что сама прекрасно понимала, что она сейчас находилась не в самой лучшей форме, но все же продолжала ужасно беспокоиться по этому поводу.       Именно поэтому я сейчас направляюсь к дому парня и собираюсь сообщить ему о том, что в ближайшее время буду заменять маму. Я не беспокоюсь по этому поводу: я достаточно хорошо справляюсь со всеми обязанностями по дому, да и в готовке я не ужасна.       — Если ты говоришь, что он неплохой парень, — продолжила я разговаривать по телефону, поправляя свое замшевое пальто, — то думаю, он все поймет и не выгонит меня из своего дома, а тебя с работы.       — Спасибо, Эмбер, ты всегда умеешь поддержать, — с ноткой сарказма проговорила мама, но потом добавила: — Просто веди себя мило и хотя бы попытайся не грубить.       Издав небольшой смешок от услышанного, я быстро попрощалась с мамой и нажала на звонок у входной двери достаточно большого и очень красивого дома, к которому чуть ли не бежала, потому что на улице было ужасно холодно.       Как назло, к двери дома долгое время никто не подходил, и я даже не слышала шагов, которые могли бы предвещать то, что меня впустят в теплый дом. Я в очередной раз нажала на звонок, надеясь, что эта дверь через считанные секунды откроется передо мной, но мои попытки были тщетны. Потирая холодные руки, я тысячный раз отругала саму себя за то, что не взяла с собой ни перчаток, ни теплого шарфа, которые сейчас мне очень пригодились бы. Потеряв всякое терпение, я ударила кулаком по двери и начала тарабанить по ней изо всех сил так, что меня могли услышать даже в соседних домах.       — Да открой же ты! — неожиданно для себя как-то слишком громко выругалась я, пряча руки в карманы и надеясь на то, что в этом доме хоть кто-то есть.        Я не успела проклясть этого медлительного парня десятый раз, как дверь резко открылась, и на пороге показался сонный парень в белой футболке и спальных штанах. Я могла быстро изучить его, пока он протирал глаза от крепкого сна: он был намного выше меня, достаточно хорошего телосложения и с красивыми чертами лица. Когда он наконец-то открыл глаза, то я уже задала ему первый вопрос:       — Кто спит до часа дня? — твердо и уверенно спросила я как будто своего старого друга, который минут десять не впускал меня в дом.       — Тебе чего? — последовал ответный вопрос от парня, который, по-моему, не совсем хорошо понимал, что я вообще здесь делаю.       — Надо поговорить, — я никогда не умела хорошо заводить беседу, но, наверное, у нас не очень хорошо начался разговор. — Я…       Я не успела договорить, как парень сделал шаг назад, и дверь просто захлопнулась перед моим носом! Что произошло? Что это было? Этот парень псих? Я опять начала стучать по двери и нажимать на звонок, но сама прекрасно понимала, что он не случайно ее закрыл.       Зная, что это не даст никакого результата я решила действовать по-другому. Наверное, это было не самое мое лучшее решение, как, впрочем, и большинство всех моих абсурдных идей, но этот парень не дал мне выбора. Буркнув что-то себе под нос, я обошла весь дом, хорошенько осмотрев его, и только сейчас смогла понять, насколько он большой. С обратной стороны этого невероятно красивого дома я увидела достаточно большое окно, которое было слегка приоткрыто. Насмотревшись фильмов, я уже знала, что обычно такое окно легко открыть до конца, хорошенько дернув его, как впрочем, я и сделала. Радуясь, что просмотры детективов мне хоть когда-то помогли, я начала залазить в дом, и только тогда поняла, что это больше похоже на ограбление и… БАХ! С подоконника с неимоверно громким звоном упал огромный цветок, и весь пол оказался в земле, а стебель самого цветка переломался в нескольких местах, отчего я закрыла рукой лицо, приходя в осознание того, что натворила.       — Вот черт! — в очередной раз тихо выругалась я.       — Господи, из тебя ужасный грабитель, — услышала я голос того самого Стайлса, который скорее всего услышал как я зашла, если это так можно назвать.       — Я не хотела тебя обворовывать! — я говорила на повышенных тонах, потому что понимала, что совсем не хотела, чтобы так все получилось. — Я просто… Ты вообще нормальный?! Кто закрывает перед самым носом дверь?       — Если ты одна из тех школьниц, которые пишут мне любовные записки и хотят вытащить на свидание или пригласить на вечеринку, то…       — Чего? — в моем голосе так и слышался гнев и негодование. — Неужели к тебе приходят поговорить только об этом!       Парень молчал, но смотрел на меня так, как будто спрашивал: «Так ты не за этим?»       — О нет, — я немного улыбнулась и покачала головой, — очередной парнишка, который слишком высокого мнения о себе.       — Да ладно? — он слишком игриво посмотрел на меня. — Какое тогда у тебя мнение о себе? Во-первых, ты разбудила меня. Пробралась в мой дом через окно, разбила любимый мамин цветок, а теперь ты стоишь в этой земле и говоришь, какой я плохой, даже не зная моего имени?       — Герма… Грюн… Глэ…– тщетно пытаясь вспомнить его имя, я тихо вздохнула и как маленький ребенок опустила взгляд.       — Гарри, — парень звонко засмеялся, что еще больше смутило меня.       — Ты сам виноват, что я стою в куче земли и топчусь по цветку, — опять начала оправдываться я. — Нормальные люди не закрывают дверь перед девушкой.       — Если ты хотела сказать, что я ненормальный, то я тебя услышал, — он начал медленно разворачиваться. — Это все? Выход вот та…       — Нет! — слишком громко и с ноткой безысходности пропищала я, и парень повернулся ко мне обратно лицом. — Извини, я отдам деньги за этот цветок. Я пришла поговорить, может, пройдем в гостиную?       — Нет, — достаточно грубо сказал парень, — я тебя слушаю, только давай побыстрее.       — Моя мама работает у тебя, — я поняла, что нарвалась на грубость сама и что не такого результата ждет мама, ведь теперь из-за меня она может потерять работу. Я решила начать все сначала, пока есть время. — Извините, моя мама работает у Вас. Она домработница, но сегодня ей совсем стало плохо, она серьезно заболела. Я хотела попросить Вас о разрешении заменить ее, пока она не поправится.       Я ждала ответа и понимала, что не послушала единственного совета мамы о том, что мне не стоит ему грубить. Вполне вероятно, что он может выгнать меня сейчас, ведь ему все равно, кто я такая.       — Ты? — он опять засмеялся, потирая затылок. — Ты уверена, что не сбежишь после того, как я дам тебе тряпку в руки?       — Неужели…– во мне был виден негодующий взгляд, и я была уверена, что парень только и ждал от меня очередной грубости в его адрес. — Неужели Вы думаете, что я та девушка, которая бегает на маникюр каждую неделю и боится, что от мытья посуды у нее испортятся ноготки?       — А готовить что-нибудь кроме яичницы ты умеешь? — Очередной вопрос в упор, этот парень точно не умеет общаться с девушками.       — Лягушачьи лапки в клюквенном соусе с лимонными дольками у меня, конечно, не очень получаются, — я не смогла удержаться от сарказма, — но, думаю, с лазаньей или с жаркое я справлюсь.       — Твоя мать — очень хорошая и приятная женщина, — он сказал это искренне, но потом добавил: — Думаю, ты пошла в отца.       — Моя мама говорила, что ты неплохой парень, — я посмотрела на него и увидела очередную улыбку. — Думаю, она соврала.       Гарри так громко засмеялся, что я невольно улыбнулась, но попыталась быстро скрыть свою улыбку.       — Хорошо, ты можешь работать у меня, — он посмотрел мне прямо в глаза и сделал пару шагов вперед. — Но не думай, что это будет так легко.       Я нахмурилась от этих слов, но выбора у меня не было. Мне итак повезло, что он вообще взял такую грубиянку, как я.       — Когда можно начать работу? — как можно увереннее спросила я.       — Ты начнешь сразу после того, как уберешь весь погром, который устроила, — он кинул быстрый взгляд на сломанный цветок и, развернувшись, оставил меня наедине с кучей проблем и забот.       Когда через полчаса все было убрано, я никак не решалась зайти в гостиную, где Гарри смотрел телевизор и даже не обращал на меня внимания.       Наверное, только сейчас я поняла, что совсем ничего не знаю: ни о своих задачах, ни о том, как мне стоило бы себя вести, ни то, как мне называть парня. Гарри? Мистер Стайлс или вовсе просто на «вы»?       Именно такие мелочи обычно и портят все, а между нами уже возникла небольшая неприязнь. Самым моим умным поступком за сегодня стало решение о том, что мне следует вести себя тихо и молча выполнять свои обязанности. Набравшись смелости, я зашла в светлую и просторную комнату и негромко, но так чтобы парень услышал, откашлялась.       — Все убрано, — я говорила спокойно, немного виноватым голосом, но это было еле заметно.       — Хорошо, — отрывисто сказал парень и продолжил смотреть какой-то фильм.       «О боже, из этого парня и слова лишнего не вытянуть», — подумала я и, тихо вздохнув, продолжила говорить:       — Вы сказали, что я могу начать работать сразу после того, как уберу.       — Да, ты можешь приниматься за работу, — Гарри как будто был в другой вселенной, а его разум не хотел принимать информацию о том, что мне нужны дальнейшие указания.       Я же всем своим видом показывала, что нуждаюсь в небольшой помощи или совете. Мне нужна была эта помощь, я ничего не знала и была в полной растерянности. Куда идти? Что делать? Да скажи же ты, подлый парнишка! Зачем мучить меня, зачем испытывать мое терпение? Именно это он и делал. Смотрел на то, как я и слова вымолвить не могла и лишь пыталась что-то проговорить, но у меня ничего не выходило.       — Ты что, совсем тугодум? — не выдержав, спросила я, забыв обо всех приличиях. Гарри засмеялся так, что мне в очередной раз стало стыдно. За сегодня я уже наслышалась его смеха, и каким бы милым он ни был, меня это жутко бесило.       — А почему не на Вы? — он рукой поправил волосы, вставая с дивана. — Я ведь безумно похож на какого-то старикашку, который забрызгает тебя слюной, если обратишься на «ты».       — Я не знаю, как обращается с Вами моя мама и…       — Она иногда называет меня засранцем, — перебил меня Гарри, но я уже знала, что у них действительно очень теплые и дружеские отношения с моей матерью. — Представляешь, ты можешь звать меня по имени. Здорово, правда?       — Не разговаривай со мной как с ребенком, — съязвила я и с улыбкой добавила: — Герман.       — Ты знаешь, что меня зовут Гарри.       — Но Герман идет тебе больше, — с небольшим смешком сказала я парню, и тот посмотрел в небольшое зеркало около стола.       Он смешно поморщился, представляя на себе имя Герман и всем своим видом показывая, что ему оно ужасно бы не подошло. Я достаточно громко засмеялась, но тут парень вновь обратился ко мне:       — Как тебя зовут?       Я хотела ответить, но лишь слегка приоткрыла рот, понимая, что он действительно до сих пор не знает моего имени. Я замолчала. Почему? Да я и сама, наверное, не знала. А зачем ему мое имя? Он не узнал его, как только я зашла, не узнал и тогда, когда я уже убирала за собой весь погром. Обычно представляются тогда, когда хотят общаться, дружить, но у нас не тот случай. Он узнает мое имя для того, чтобы каждый день давать мне задания, и чтобы к вечеру они были успешно выполнены, а я получила свои деньги. Он узнает его всего на две недели, которые я проведу в этом доме. А потом что? Потом он, скорее всего, забудет его, забудет, что такое имя вообще звучало в его доме. Все это должно быть естественно для меня, потому что я прекрасно знала, на что иду и не рассчитывала на дружбу с этим парнем. Все же я не хотела, чтобы он узнавал мое имя всего лишь на две недели.       Я до сих пор стояла, так и не назвав своего имени. Парень негромко позвал меня, выводя из собственных мыслей:       — Если ты хочешь, чтобы мы называли друг друга на «вы», — он говорил это с небольшим презрением, но достаточно мягко. — То я на это не подписывался. Это будет просто ужасно.       Я молчала, ничего не ответив.       — Ладно, Саманта, — сказал Гарри, загадочно посмотрев на меня и немного прищурив глаза. — Если ты хочешь поиграть в игру…       — Не угадал, — с вызовом посмотрела я на него, — не Саманта.       — Я все равно выиграю в ней, — закончил Гарри фразу, на которой я его перебила.       — Отлично, — я радостно хлопнула в ладоши, — теперь ты можешь рассказать мне о моих обязанностях?       Парень глубоко вздохнул, показывая, что это ужасно не нравится ему, но выбора другого нет.       — Все очень просто, — он развел руки в стороны и продолжил. — Представь, что ты здесь живешь, и делай все, чтобы тебе было приятно заходить в этот дом.       — Что значит все? — я была недовольна таким объяснением. — То есть я могу…       — Да, ты можешь все, — за сегодня Гарри еще ни разу не был таким серьезным. — Это значит, что ты можешь все поменять здесь, если захочешь. Ты можешь повесить на стены картины, даже если они мне не нравятся. Ты можешь сделать перестановку или завести аквариум с рыбками, который каждый день будет раздражать меня.       — Что за…– я поправила волосы, которые падали мне на лицо. — Ты не можешь разрешить мне делать все, что захочу.       — А почему нет? — спокойно спросил парень, и только сейчас я заметила, что он уже не в спальных штанах, а в каких-то черных джинсах и растянутой белой футболке. — Как-то я уже рассказывал твоей маме, что мои родители сильно настаивают, чтобы в моем доме была домработница. Видите ли, им так спокойнее, но в любом случае я не собираюсь переносить эти все ужасные обряды, которые выполняли все горничные, принятые до твоей мамы. Каждое утро они приходили до того, как я просыпался, и открывали на окнах шторы, в том числе и в моей комнате.       Я вопросительно посмотрела на него, не понимая, почему это так бесило парня, но он продолжал все объяснять.       — Именно так они будили меня, — он говорил это как о самых плохих воспоминаниях. — Это будет первым правилом в моем доме: не смей будить меня ранним утром. Каждая горничная делала так, считая это своим самым главным долгом, и надолго здесь не задерживалась. Кроме того они вечно носились с тряпками и моющими средствами, хотя весь дом итак блестел. Они убирали каждый божий день, когда это даже не требовалось.       — Но в обязанности домработницы в первую очередь входит уборка, — твердо сказала я, как бы защищая всех тех, кто просто старался как можно лучше выполнять свою работу.       — Если у тебя есть целый устав для домработниц, — он говорил это с улыбкой, показывая ямочки на щеках, которые я заметила только сейчас, — то можешь добавить туда, что убирать надо по мере загрязнения, а не потому, что прошло два часа.       — Ладно, хорошо, я поняла, — как бы сдаваясь в этой борьбе, сказала я. — Что по поводу готовки?       — Ты можешь покупать еду в соседних ресторанчиках и разогревать мне.       — Серьезно? — неуверенно спросила я у парня, поправляя свою кофту.       — Конечно же нет, — он спрятал руки в карманы, продолжая говорить. — Обычно люди едят несколько раз в день. Не устанешь так часто готовить?       —Не волнуйся об этом, — быстро ответила я, чтобы парень перестал упрекать меня тем, что я ничего не умею делать.—Что именно ты любишь?       — Удиви меня, — быстро ответил парень и, развернувшись, ушел в другую комнату, пока я не начала заваливать его своими возмущениями и вопросами.