Плод нашей нелюбви: наше кареглазое чудо

Восемь часов утра. Громкие звуки будильника, смешанные с вибрацией и очень-очень быстрыми скачками на прикроватной тумбочке, разнеслись по всей комнате дребезжащей трелью. «Нет, еще пять минут, еще чуть-чуть» — подумал Билан и, не открывая глаз, попытался нащупать рукой телефон, однако ломота в теле позволила только скинуть айфон, который тут же замолчал, на пол. Он спрятал руку под теплое одеяло, снова погружаясь в свой чудесный сон. Пять… Четыре… Три… Два… Один…. — Что, опять? — тихо выругался молодой человек, еле-еле дотягиваясь до телефона, валяющегося рядом с кроватью, и выключил будильник. Бурная ночь и трехчасовой сон давали о себе знать: горло невыносимо першило, детородный орган нещадно болел и голова хоть сейчас была готова расколоться на две половинки, как грецкий орешек. Мда, веселеньким будет сегодня прямой эфир. — Поль, — он, улыбнувшись, ласково провел ладонью по лицу спящей жены, почти невесомо касаясь пальцами ее губ, и вспоминал прошедшую ночь. — Полюш, пора вставать, работа ждет. Она лишь поморщилась и повыше натянула одеяло, спрятав в него нос, желая таким образом отгородиться от всего, что препятствует ее сну. — Пела-аге-ея, — прошептал Дима, обдавая лицо Поли горячим, почти обжигающим дыханием, и вывел на обнаженном плече незамысловатый узор пальцем, замечая, как по ее коже побежали мурашки. — Еще пять минут, любимый, пожалуйста, — ее голос настолько сел, что прозвучали ужасные хрипы, будто она — это мужчина с пятидесятилетним стажем курения. Услышав свой голос, Пелагея широко распахнула глаза и обалдело уставилась на Билана. Осознание случившегося медленно, но верно приходило, наводя панику. — Масянь? — Я тебя предупреждал, чтобы ты громко не кричала, — влюбленно улыбаясь, усмехнулся он, и коснулся ладонью ее щеки. — Теперь у меня есть мой домашний Джигурда. — Не смешно, — нахмурила брови Поля, все же поддаваясь мужской руке, и непроизвольно улыбнулась в ответ, перебравшись на плечо молодого человека, уткнувшись в его шею и страдальчески простонав. — Что делать будем? — хриплым шепотом спросила она и подняла на него глаза. — Что-что… Молчать до прямого эфира будешь, больше воды и травяного чая пить, — Дима чмокнул девушку в кончик носа. — И никакого кофе. — Как так? — искренне изумилась Пелагея, предвкушая поистине «бодрый» день. Мало того, что не выспалась, так и любимый напиток, способный ее хоть немного разбудить, нельзя. Повисло неловкое молчание, и блондинка вспомнила, что сегодня в прямом эфире должна была спеть с участником. — Дима! — повысила голос, тут же закашлявшись, и ровно села на постели, жмурясь и укладывая руку на горло. — Я должна была петь! — А вот это уже проблема, — Билан уселся рядом с женой и озадаченно почесал затылок, отвесив себе десятки подзатыльников за вчерашние/сегодняшние выходки, виновато посмотрел на поникшую Полю и приобнял ее за плечи. — Солнышко, не переживай, мы что-нибудь обязательно придумаем… — Больно, — дернувшись, она скинула с себя его руки, потерев красные пятна, оставленные Димой на ключицах, плечах и шее. — Как же мне хреново-о! — Скажи еще, что ты жалеешь о вчерашнем, и я обижусь, — нахмурился Дима, поднимаясь с кровати и вперевалочку подошел к шкафу, вытаскивая из него халат. — У меня, между прочим, вся спина в царапинах от ваших когтей, Пелагея Сергеевна. — Как я могу жалеть о лучшей ночи в моей жизни? — упав на подушку, счастливо улыбнулась Поля, протянув руку к любимому. — Не вздумай обижаться, слышишь? — С твоим голосом с трудом, но слышу, — рассмеялся он, присев на краешек постели и, наклонившись, коснулся распухших губ, сжимая ее ладонь в своей. — Ты не представляешь, насколько ты прекрасна: сияющие глаза, пухлые губы, вся в моих метках… а главное — весь день молчишь, — договорив последние слова, молодой человек едва успел отскочить в сторону, уворачиваясь от ладони супруги, закрываясь руками, защищаясь. — Видишь, не все так плохо, раз ты в состоянии драться.

***

Приехав на Мосфильм, супруги были радушно встречены Нагиевым, который перехватил медленно и осторожно направляющихся в свои гримерки, державшись за руки, Диму и Полю в коридоре. На первый взгляд казалось, что молодые люди абсолютно никуда не спешат, имея в запасе целый вагон времени. Об этом подумал и ведущий. Однако те просто боялись сделать любое малейшее движение, которое с болью отдавалось в теле. — Да вы у нас, я смотрю, сама пунктуальность, — звонко произнес Нагиев, без колебания наваливаясь на друзей, обнимая их за плечи. Пелагея тихонечко пискнула и подняла ворот свитера чуть повыше, пряча в нем замерзший нос. — Готовы к эфиру? — Конечно, готовы, — кивнул Билан, незаметно освобождая супругу из объятий ведущего, с чувством посмотрев в серо-зеленые глаза и улыбнувшись одними губами. — Ты чего так рано приехал? — Чтобы следить за не такими пунктуальными, как вы, — усмехнулся Дмитрий, поправив на носу любимые солнцезащитные очки. — А чего наша пташечка сегодня молчит? — с подозрением посмотрел на блондинку. — Полька, аж не привычно, скажи хоть что-нибудь. — «Что-нибудь» от меня ты услышишь только в эфире, — шепотом ответила она, прижавшись щекой к груди мужа, обняв его одной рукой за торс. — И то, если повезет. — Что с голосом, мать? — Простыла, — коротко ответил за Полю Дима, мысленно усмехнувшись, и поцеловал ее в висок, задержавшись на нем губами, вдохнув аромат блондинистых волос. — Приходит вчера с репетиции домой вся опухшая, глаза больным блеском горят, температура высокая, — разошелся молодой человек. Он практически поверил собственным словам, но, встретившись с женой взглядами, понял: чем-чем, но больным блеском серо-зеленые глаза явно не страдают. — Отпустил, называется, одну на репетицию, — понизил голос, удерживая смешок в груди, глядя на блондинку, которая так же странно хмыкнула. — Так, у нас тепло в павильоне, — недоумевал ведущий, судорожно пытаясь понять, где Поля могла простудиться за одну ночь. — Ну и как ты с температурой будешь? — Уже нет температуры, а это намного упрощает задачу, — прохрипела девушка, подыграв мужу. — Горло только болит и голос сел. — Ох, ребятки, ребятки, поседею я с вами, — покачав головой, сочувственно протянул Дмитрий Владимирович, коснувшись ладонью лба Поли, проверяя наличие температуры. — Лечись давай, тетушка Пульхерия, чтобы вечером была как огурчик. — В ее случае только маринованным огурчиком она может стать, — хмыкнул Билан, оставив на макушке любимой жены поцелуй. — Ладно, Димыч, пошли мы и вправду лечиться, скоро репетиции начнутся. — Давайте, бегите, — похлопав друга по плечу, Нагиев скрылся в коридоре, оставляя супругов наедине. — Ага, побежали, — усмехнулась Поля, выбираясь из объятий Димы, направляясь в свою гримерную. Ничего не ответив, лишь улыбнувшись неуклюжим движениям девушки, Билан пошел следом, пытаясь отчаянно придумать что же делать с ее голосом, а точнее номером одного из участников команды. Была одна идея, вот только как отреагирует на нее Пелагея, певец не мог даже предположить. Оставив вещи в своей гримерке, Дима, заварив для любимой травяной раствор в столовой, отправился к ней, заставляя полоскать горло. Отмахиваясь от мужа что были силы, всем своим видом демонстрируя, что никакой чай ей не нужен, и вообще можно прекрасно восстановить голосовые связки исключительно молчанием, Пелагея сдалась спустя десять минут, обиженно топнув ножкой, все же принимая кружку из его рук. Еще дома они решили, что репетиции с обеими командами проводит Дима в присутствии Поли, командуя ребятами девушки под ее чутким руководством. Подтянув горло свитера до подбородка, Поля, словно нахохлившийся воробушек, устроилась в своем кресле, прильнув головой к руке Димы, что устроился на подлокотнике того же кресла, сжав в руке микрофон. Первый прогон был с командой Димы, потому наставница могла расслабиться и просто наслаждаться процессом, чувствуя рядом тепло любимого мужчины, который время от времени, поглаживал ее по спине, не отрывая глаз от сцены. — Настюш, все хорошо, — проговорил наставник в микрофон, когда последняя его участница закончила петь. Услышав из уст мужа уменьшительно-ласкательную вариацию имени Анастасии, Пелагея подняла на Диму хмурый взгляд, сморщив лоб, глазами спрашивая: «Не офигел ли ты, Димочка? Какая она тебе Настюша?» .— Сергей Сергеевич, а если попробовать взять октаву повыше? — Дим, вот ты как всегда, — засмеялся Жилин, отвечая наставнику в свой микрофон, — меняешь все за два часа до эфира. Оставь как есть, она идеально звучит. — Я перфекционист, — засмеялся в ответ Билан, опуская взгляд на Полю, встречаясь с грозными серыми глазами. — Все, понял, оставляем так, как есть, а то меня сейчас Пелагея взглядом испепелит. — Не называй ее Настюшей, — прохрипела блондинка, не беспокоясь, что ее ревностные возмущения могут услышать чужие уши. — А ты не разговаривай! — не уступая Полиному тону, также строго предупредил Билан, отпуская своих участников отдыхать и готовиться к выступлениям. — Я специально тебе тетрадку с ручкой брал, чтобы ты все писала, не напрягая горло! «Я пока напишу — забуду, что хотела сказать!» — ровно вывела она на клетчатом листе, рисуя длинные восклицательные знаки. «И не кричи на меня!» — А я и не кричу, а возмущаюсь, — смягчился Билан, забирая у Поли ручку и аккуратно вывода синими чернилами сердечко с надписью: — Я тебя люблю. «И я», — совсем рядышком письменно ответила ему блондинка, подняв на мужа сверкающие счастья глаза. И каких сил стоило Диме, чтобы не наклониться и не коснуться желанных губ, она не представляла. — Так, ребят, команда Пелагеи Сергеевны, — возвращая взор на сцену, объявил в микрофон Билан, почувствовав, как Поля отстранилась от него и села на второй подлокотник, чтобы быть выше и прочувствовать рабочую атмосферу получше, — сегодня я голос вашей наставницы во время репетиции, — засмеялся он, увидев недоумение в глазах участников. — Можно вопрос? — спросил Георгий, бегая растерянным взглядом от наставницы к Билану. — Поль, а что делаем с песней? — Жор, — прохрипела блондинка, забрав из рук Димы микрофон, через секунду почувствовав на себе довольно-таки выразительный взгляд. Вот упрямица-то! — Я долго думала, что с этим сделать… Придется тебе одному ее спеть, подвела тебя наставница, — почувствовав, как в горле неприятно заскребло, девушка закашляла, отвернувшись от команды. — Сергей Сергеевич… Однако договорить она не успела, как ужасный кашель вновь одолел ее, отдавая микрофон Билану. Потянув девушку за руку, Дима усадил супругу в кресло, присаживаясь рядом и положил раскрытую ладонь на ее грудную клетку, оттягивая немного ворот в надежде, что это хоть как-то избавит Полю от страданий. — Тише, Поль, — заметив на глазах любимой непрошенные слезы, вызванные кашлем, Билан уже сам испугался за Полю, которая чуть ли не задыхалась, ярко покраснев в щеках. И слава Богу, что приступ вскоре закончился. Поддав супруге бутылочку с водой, Дима помог ей сделать несколько глотков. — Дыши спокойно и глубоко. Лучше? Ничего не ответив, лишь утвердительно кивнув, Пелагея откинулась на спинку кресла, прикладывая ладонь ко лбу, прикрывая глаза… А денек только начинался. Что же будешь дальше, если уже сейчас так плохо? — Жор, забудь, что тебе сказала эта женщина, — укоризненно покачав головой, проговорил Билан, вернувшись на полюбившейся подлокотник, когда Поля вновь спокойно задышала, — покажи мне какую партию пела Поля. Я спою вместо нее «Что? Дим, не надо!» — спешно написала Пелагея, подняв на мужа испуганный взгляд, — «Будет очень странно, если наставник из другой команды поет с моим подопечным». — А что ты предлагаешь? «Он справится сам» — Поля, да пойми ты, что вам полностью выступление переделывать придется, а за три часа вы ничего стоящего не сделаете, — настаивал на своем мужчина, подозвав Георгия к ним. Спустившись со сцены, молодой человек подошел к креслу наставницы, и каково его было удивление, когда в тетраде он увидел взаимные признания в любви. <i>«Жор, что ты думаешь?» — быстро перевернув листок, написала Пелагея, разворачивая тетрадь к участнику. — Я думаю, Дима прав, — поддержал Билана молодой человек, предвкушая интересный дуэт. — Нет, Поль, если ты не согласна, то я переделаю песню на одного исполнителя, но лучше перестраховаться, если есть такая возможность. — Вот! — всплеснул руками певец, злясь на характер жены. — Хоть один раз ты можешь выключить в себе упрямого барашка и сделать так, как будет правильно! «Не кричи на меня!» — поджав губы, нервно написала блондинка, из-за чего ее буквы скакали в разные стороны. — «Я не упертый баран, а реалист. Дима, блин, ты только представь, что потом начнется».  — Так, все, короче, — устав спорить, Дима поднялся с кресла и отошел вместе с Георгием в сторону, обсуждая песню. И стоило Диме услышать название композиции, которую выбрала Поля, то мужчина окончательно для себя решил, что споет ее. Shape of my heart. Любимая песня девушки, которую она не раз упоминала как на «Голосе», так и в жизни, не переставая плакать под нее каждый раз как в первый. И Дима часто пел ее на любых мероприятиях, где было возможно, дабы порадовать любимую. Внимательно выслушав участника, разложив с ним текст, Дима поднялся на сцену, жестом показывая Сергею Сергеевичу, что можно начинать. Первые строки волшебной композиции предназначались по плану сначала Поле, а теперь плавно перешли в распоряжение Билана, что он и сделал, красиво исполнив несколько слов, с первых нот растворяясь в мелодии. Услышав голос любимого, Поля подвинулась к краю кресла и положила голову на руку, согнутую в локте, упершись им в колено. Прикрыв глаза, она наслаждалась нежным и родным голосом, тепло улыбаясь. И как бы она не противилась, не упиралась, Поля была очень сильно благодарна Диме за его поддержку и готовность прийти ей на помощь в любую секунду.

***

— Тук-тук, можно? — предварительно постучавшись в дверь, Дима заглянул в гримерную любимой, восторженно ахнув, когда та развернулась к нему лицом. Поля полностью была готова к эфиру, а ее образ сражал на повал. Всегда нежная и воздушная тетушка Весна превратилась в дерзкую Пелагею Сергеевну, от одного взгляда на которую холоднела кровь. Девушка была облечена в черную блузку с длинным рукавом и воротом, скрывающим темные засосы, что остались на ее теле после вчерашней/сегодняшней ночи. Соблазнительные бедра подчеркивала черная кожаная юбка с баской. Волосы, собранные сбоку в низкий хвост и обмотанные черной лентой, придавали образу строгость. А завершал картину смокиайз, над которым трудилась Алена около полутора часа: черные глаза с растушёванными тенями на веках и острыми стрелками выразительно подчеркивали серые глаза, которые казались глубокими, словно бездонный омут, и холодными, как у хищника. — Охренеть, — изумленно присвистнул он, на мгновение застыв на месте. — Надеюсь, это можно считать за комплимент, — засмеялась Алена, подкрашивая Полины губы розовой матовой помадой. — А вы, ребят, круто будете смотреться вместе. — Ага, строгая учительница и провинившийся ученик, — усмехнулась Алпатова, окинув Билана взглядом, когда тот вошел в гримерку. Белая рубашка и костюм троечка сидели на мужчине идеально, а очки, идеально подобранной формы, делали из ночного хулигана Дмитрия Билана скромного ученика-ботаника Димку или даже Митьку. — Девушки, приклоняюсь перед вами, — улыбнулся мужчина, послав Алене и Свете воздушные поцелуи, тут же ловя на себе гневный взгляд любимой. — Не-е-ет, Поля, не смотри на меня своим любимым взглядом с таким макияжем. Ты — хищница. — Вот и бойся меня, — к вечеру голос Поли решил сжалиться над девушкой и частично вернулся, позволяя ей произносить звуки вслух, но не сильно громко, что, несомненно, обрадовало всех работников проекта. Хриплая Пелагея — не молчаливая Пелагея, а значит, что эфир пока еще не до конца обречен на провал. — Сколько у нас времени? — Через 15 минут должны быть в креслах, — пожал плечами наставник, встав рядом с супругой, оценивающе пройдясь по их отражению в зеркале. — А Света права: реально очень клёво смотримся. — Поль, мы тогда пойдем уже в зал, — забрав все необходимое: лак для волос, расческу, пудру и губную помаду, — блондинки вышли из гримерки, оставляя супругов наедине, чему был рад Дима. Как только дверь за девушками закрылась, молодой человек повернулся лицом к Пелагее, опустив ладони на ее талию, — учитель и ученик… — Нет, дорогой, даже не думай, — усмехнулась певица, сразу же уловив ход его мыслей. — Пока у меня все тело болеть не перестанет, даже на обычный секс не рассчитывай. Меня итак Лапина сегодня спрашивала, что я сделала с губами, почему они так распухли и потрескались. — Провела с мужем ночь, — счастливо улыбнувшись, Билан прижал любимую к себе, ласково целуя ее в щеку. — Между прочим, когда начинаешь заниматься спортом, и тело болит после первых тренировок, нужно, наоборот, продолжать тренироваться, чтобы мышцы привыкли к нагрузкам. Ты-то уж должна знать, занималась же своим пилатесом. — Ты вчера на месяц вперед перевыполнил свой супружеский долг, — хихикнула блондинка, подняв на него счастливые глаза. — Поэтому, извини, но… Договорить Поля не успела, как Дима резко поддался вперед и заткнул ее поцелуем, нежно лаская ее губы. Он бережно поглаживал ее по спине и медленно целовал, растягивая удовольствие, чувствуя, как та улыбается сквозь поцелуй. — Пойдем, скоро эфир начнется, — с трудом отрываясь от ванильных губ, Билан взял девушку за руку и переплел их пальцы, выводя из гримерки, предварительно глянув в зеркало, убеждаясь, что помады на его губах нет. Когда до подсвеченного коридорчика оставалось каких-то полтора метра, Поля резко остановилась, дернув мужа назад, после чего тот взволнованно посмотрел на нее. Прижавшись спиной к холодной стене, блондинка подняла на Диму взгляд, заставляя его испугаться за ее состояние. — Лисеныш, ты чего? Что случилось? — заключив ее лицо в свои ладони, Дима внимательно заглянул в испуганные глаза наставницы, пытаясь в них получить ответ на свой вопрос. Однако то, что произошло дальше, приятно его удивило: накрыв руки мужа своими, Пелагея чуть поднялась на носочки и врезалась в губы, проталкивая язык внутрь, сплетая с его, самоотверженно целуя. Никто не мог объяснить этот порыв страсти, но уже в следующую секунду, Поля была прижата к стене мужским телом и томно простонала, когда Билан медленно прошелся ладонью по ее телу к обтянутым кожаной юбкой ягодицам, чуть их смяв. — Дим, я боюсь, — честно призналась она, с трудом оторвавшись от желанных губ, прерывисто дыша. — Что мне делать с процентами? — Здесь и сейчас, Поль, помнишь? — прикрыв глаза, Дима коснулся кончиком носа ее носика, потеревшись об него, словно котенок. — И старайся поменьше говорить, хорошо? Можешь сказать пару слов шепотом на обсуждении наших команд, поберечь голосок для своей. Меня заодно похвалишь, — засмеялся Билан, покрывая лицо девушки краткими поцелуями. — Мы с тобою шепотом, шепотом, — пропела едва слышно девушка, поглаживая ладонью щеку Димы, чувствуя, как едва заметная щетина покалывает кожу. — Спрашивали: «Что потом? Что потом будет?» — подхватил Билан, прижав девушку к себе, позволяя уткнуться в его грудь. — Пиздец, — хмыкнула Поля, отвечая на вопросы в песне, сразу же получив по своему мягкому месту из-за грубого слова. — Я, конечно, извиняюсь, что прерываю, — Билан вздрогнул, когда Нагиев, появившийся словно из воздуха, положил свою ладонь на его плечо. — Семь минут до эфира, а они тут обжимаются. — Ну не минута же, — фыркнула Пелагея, выбираясь из-под тела любимого, реагируя чуть резче, чем следовало бы. — Ой, я смотрю, у нашей тетушки… — осмотрев Полю, у ведущего не повернулся язык назвать ее ласково, — голос прорезался. — Ну, так, волшебный отвар сделал свое дело, — засмеялся Билан, приобняв Полю за плечи. — Все, Дим, идем. — Позови Алену, пожалуйста, — на ухо супругу прошептала Пелагея, прикусив губу. — Мне кажется, у меня помада размазалась.

***

— Дмитрий Николаевич, у меня вопрос к вам, — когда участники Пелагеи после своих выступлений выстроились на сцене в одну шеренгу, ведущий обратился к Билану. — Вы команды перепутали? По залу прокатился смешок и громкие аплодисменты, вызвавшие у наставника смятение, а у Поли — смущение. Прикусив губу, девушка повернула голову в сторону мужа, мысленно умоляя его перевести все в шутку. До сих пор не отойдя от выступления Димы и Жоры, блондинка чувствовала, как по щечкам скатываются слезы, вот только останавливать их не было никакого желания… — А что не так? — закинув ногу на ногу, поправив на носу очки, усмехнулся Билан, облокотившись локтем на подлокотник. — Думаю, получился не плохой дуэтик, не так ли? — обратился он к залу, получая в ответ громкие визги и крики положительного «Да». — А наставница не ревнует, что вы с ее участниками поете? — Ревновала бы, давно уже голову откусила, — засмеялся певец, улыбнувшись любимой, подмигнув. — За шесть лет мы настолько породнились со всеми вами, дорогие коллеги, что уже и не замечаешь твоя это команда или нет, главное, чтобы ребята были талантливые… — И рейтинги высокие, чтобы зарплату платили, — закончил за него Нагиев, вызывая смех у всех присутствующих. Ведущий дал слово каждому из наставников, чтобы выразить восхищения в сторону Пелагеи и критику, которую нашел Александр Борисович, — Ну, что ж… Полечка, как видишь время больше тянуть я не могу. — Угу, — всхлипнув, Пелагея смахнула слезы и, набрав побольше воздуха, перевела взгляд на сцену. — Дорогие, любимые мои друзья, во-первых, спасибо вам большое, мне кажется, сейчас с нами все случилось то, о чем мы говорили, мечтали, вот… — девушка старалась предать голосу как можно больше уверенности, что очень плохо получалось, и с каждым словом говорить было все сложнее и сложнее. — Я бесконечно вам благодарна, потому что я знаю чего вам стоило это успешное выступление, для каждого из вас это была действительно огромная работа, очень тяжелый путь, который вы прошли с честью и достоинством, и я не знаю, как распределится судьба, как распределится публика наша, которая, я надеюсь, сейчас очень голосует, и для меня вы все втроем одинаково прекрасны, знайте, и спасибо вам еще раз за вашу работу, — зал взорвался аплодисментами, а Поля перевела взгляд на внимательно слушавшего ее молодого человека, сидящего по правую руку от нее: — Ну и не могу не сказать спасибо тебе, Дим… За эти две недели ты для меня стал… не знаю, как это правильней сказать, — «чтобы не спалиться» — пронеслось в голове певицы, — спасательным кругом что ли… Спасибо. — Ну говорить можно разное, сейчас участники ждут только проценты, — громко проговорил Нагиев, читая подсказки с суфлера, спускаясь по лестнице со сцены, направляясь к креслу девушки. — И я прошу наставницу вынести приговор, и отдать конверт мне. — сняв с маркера колпачок, Пелагея опустила взгляд на листок, расчерченный на три колонки: Джулиан Робберт, Георгий Литвинов и Маргарита Лазина. Здесь и сейчас… Она помнила слова Димы, вот только они никак не смогли ей помочь. Даже после выступлений девушка не могла договориться сама с собой и с чистой совестью расставить злосчастные цифры. Подняв жалостливый взгляд на Билана и увидев в его глазах невероятную любовь и поддержку, певица дрожащей рукой расставила проценты, от волнения закидывая маркер в конверт, запечатывая и отдавая ведущему. — Я так понимаю, это было тяжелое решение, но его пришлось принять, — сочувственно протянул Нагиев, вынимая маркер, усмехнувшись, — сидишь тут уже двенадцать лет, — отдав вещь, Дмитрий вернулся на сцену, объявляя пятиминутную рекламу. Участники оставались на сцене, от волнения заламывая пальцы и смотря в потолок в то время, как их наставница боялась на них посмотреть, пряча взгляд куда-то вниз, сковыривая на ногтях алый лак. Заметив состояние Пелагеи, Билан подошел к ее креслу и присел на корточки, накрывая ее руки своими. Вздрогнув, блондинка перевела взгляд на любимого, сжав его пальцы в своих, нервно выдыхая. — Ну чего ты так нервничаешь? — шепотом спросил мужчина, переживая за состояние супруги, — Поль? — А если я ошиблась? — ее голос дрогнул, перейдя на шепот, а в уголках глаз собрались слезы, — Дим, я чувствую, что что-то не так. — Послушай меня, хорошо? — певец заставил ее посмотреть в глаза и внимательно слушать, затаив дыхание, — Это твой выбор, только твой, слышишь? Даже если он абсолютно разойдется со зрителями. Ты сделала так, как считаешь нужным. Полюш, ты знаешь на что они способны, знаешь какой путь прошел каждый из них, и кто по-настоящему заслужил место в полуфинале. Зрители же видят только картинку на выходе, у них складывается совершенно другое мнение и видение ситуации. — Да, но я же должна предугадать, как проголосует зритель. — Ты никому ничего не должна, — строго произнес певец, поднявшись на ноги и присев рядом с любимой в ее кресло, обняв за плечи. — Ты наставница, а главное слово всегда остается за тобой. В конце концов, мое мнение тоже не совпало со зрителями, но мне как-то все равно. Ты за Жору проголосовала? — Да, — кивнула блондинка, сминая в руке ткань пиджака мужа. — Умница, я бы тоже его выбрал, — одобрительно улыбнувшись, Дима по-дружески поцеловал Полю в щеку и вернулся в свое кресло, заметив на экране цифры, показывающие последние секунды до возвращения в эфир. — Мы с тобой. — Спасибо, — улыбнувшись, Пелагея смахнула слезы и выпрямила спину, когда Нагиев вернулся на сцену, а режиссер объявил, что они в эфире. — В эфире первого канала супер проект «Голос». На сцене тройка из команды Пелагеи. Я закрываю линии для голосования, и пока результаты подсчитываются, мы узнаем какое решение приняла сама наставница, — проговорил ведущий, и на сцену опустилось три луча, а на экране появились лица участников. — Ах, Маргарита Лазина — 30, Георгий Литвинов — 50 и Джулиан Робберт — 20, — объявил шокированный Нагиев, совершенно не понимая решения наставницы. По его мнению, выступление Джулиана было в разы сильнее, чем Жоры, несмотря на то, что у него был дуэт с одним из наставников, да и зал, по-видимому, разделял его мнение, неодобрительно загудев. Поля заметно напряглась. — Ну, э… э-это решение наставницы, мы не вправе его обсуждать, а прямо сейчас мы узнаем мнение телезрителей. Покажите нам результаты голосования, — в эту же секунду проценты побежали на экране напротив каждого участника команды, и с каждой секундой сердце девушки уходило в пятки. Ошиблась. ОЧЕНЬ СИЛЬНО ОШИБЛАСЬ…. Георгий — 26 и Джулиан — 52. Опустив голову, певица закрыла лицо ладонями, помотав головой. — Потрясающе… страна — за Джулиана, наставница — за Георги. Суммируйте, пожалуйста, — а дальше все, как в тумане. Пелагея не помнила, как объявили полуфиналиста, которым оказался Жора, как выбывшие участники говорили свою прощальную речь, благодарили свою любимую наставницу, совершенно не держа на нее зла. Как только режиссер объявил о том, что съемки закончены, девушка вскочила на ноги и, не обращая внимания на зрителей, своих коллег, туфли на высоком каблуке, рванула в свою гримерку, распутывая на ходу ленту, обматывающую ее хвост. — Поль, Пелагея, — девушка практически забежала в свое укрытие, как кто-то перехватил ее за локоть и крепко прижал к себе, бережно обнимая. Почувствовав родное тепло, сорвав наконец чертову ленту, чувствуя, как волосы рассыпаются по ее спине, блондинка обвила торс Димы руками, утыкаясь носом в его шею, чувствуя, как ее потряхивает изнутри. — Ну чего так разнервничалась? — Дим, я сейчас себя такой дурой выставила перед зрителями, — прошептала певица, прикрывая глаза, пытаясь успокоиться в надежных объятиях, — минимальный разрыв и абсолютная противоположность в процентах. — Господи, когда же ты у меня стала воспринимать все так близко к сердцу? — заводя девушку в гримерку, закрывая за ними дверь, усмехнулся Билан. — Если ты так переживаешь, то сделай на полуфинал для Жоры такой номер, чтобы у зрителей поотваливалась челюсть, и они поняли, кого они чуть не выгнали. — Я так устала от всех этих проектов, — зарывшись пальцами в свои волосы, массируя кожу головы, прохныкала блондинка, жалобно посмотрев на мужа, — когда же это наконец кончится? — Через две недели, Полюш, через две недели.