По следам предательства

      Северная Атлантика. 1763 год.       Сын ветров гулял по вечным ледникам, царапая их грани кончиком сапога. Он то спускался на водную гладь, флиртуя с морскими девицами, то поднимался высоко в небо, мягко целуя щёки розовых облаков. Подолы его плаща трепали кровавые волосы потерявшейся среди морей богини. Она, подобно осеннему лепестку, следовала за воздушными потоками, далеко-далеко, где никто не бывал прежде. Изредка на её пути попадались ледяные осколки, оставлявшие на тёмной коже неглубокие порезы. Но они не портили красоту девы, наоборот, таким путём открывали ей новые секреты и знания, чтобы королева войн по-прежнему была самой могущественной воительницей среди морей.       О «Морриган» бились шумные волны, прокладывали дорогу своей спутнице к невидимой суше. Матросы мерили шагами палубу, получше закрепляя нужные узлы, вычищая доски от птичьих сюрпризов или потягивая ром из многочисленных бутылок. За штурвалом стоял совсем незаметный паренёк, тупо ведущий корабль по заданному курсу. Ни капитана, ни старпома на мостике не разглядеть. Оба прятались в самом сердце корабля, подальше от чужих глаз, и каждый был занят своими мыслями.       Кормак сидел за письменным столом. Его руки покоились на гладкой поверхности, раздвинув в стороны пожелтевшие карты и миску с позеленевшими фруктами. Голова опущена и повёрнута набок, ресницы прикрыты, а грудь мерно и тихо то вздымалась, то опускалась. Шэй спал. У него была тяжёлая ночь, полная сражений, крови и трупов. Сил не осталось ни на что, кроме как допетлять до стола, сесть на стул и тут же пропасть в тени сновидений. Такому же примеру последовал Гист, предварительно выпив кружку эля для… Более крепкого сна.       Темнота перед глазами медленно расплылась. Вобрав в грудь побольше воздуха, ирландец громко промычал, не хотя расставаться с прекрасной гостьей, но его служба такова, что долго оставлять команду без присмотра не стоит, даже если доверяешь им, как самому себе. Мужчина потёр переносицу, пару раз сильно зажмурился, чтобы поскорее проснуться, а затем благоговейно потянулся вверх, разминая затёкшие мышцы. Когда картинка кругом стала более ясной, ирландец отодвинул кресло, поднялся и направился к выходу из каюты.       После долгого пребывания в замкнутом пространстве солнечный свет с терпимой болью выжимал из него маленькие капли, скапливающиеся в уголке глаз. Ветер, на удивление спокойный, обдувал лицо капитана тёплыми касаниями, что после пронзительных холодов было весьма приятно. Даже гуси решили прогуляться по шероховатой коже, нежно щекоча приходящее в возбуждение тело изнутри. Сегодня повезло не только с погодой, но и с могучим спутником, от которого зависели все корабли того времени. Осталось ещё не долго до момента, когда можно будет ступить на твёрдую землю и на какой-то период времени избавиться от бесконечной качки. Поскорее бы. — Доброе утро, капитан. — рулевой почтительно кивнул в сторону ирландца, зашедшего на мостик. — Доброе, Марко. — Шэй наклонил голову в ответ. Матрос уступил место у штурвала его настоящему хозяину, а сам встал неподалеку, ожидая каких-нибудь поручений, но вместо этого получил лишь немного вопросов, требующих развёрнутых ответов. — Всё было спокойно? — Кормак двумя руками взялся за ручки штурвала, обратил взгляд на светловолосого матроса. — Да, сэр, никаких нарушений во время Вашего отсутствия. — Вести есть? — Никак нет. За последнее время мы даже ни одного корабля не встретили. — Думаю, это даже к лучшему. Нам и вчерашней битвы хватило. — поделился Шэй и снова вернулся к наблюдениям за линией горизонта. — Спасибо. Можешь вернуться к своим делам.       Юноша жестом поблагодарил капитана и тут же спустился на палубу, собираясь, видимо, немного расслабиться. Кормак же вглядывался вдаль, мечтая увидеть сушу там, где виднелся лишь бесконечный океан. Поручение магистра выполнено, и теперь можно возвращаться в Бостон с чистой совестью и свежими шрамами на теле. Интересно, какое задание ему дадут ещё? С каждым месяцем ассасинов становилось всё меньше и меньше, а что будет, когда они исчезнут вовсе? Скорее всего, появится огромный сундук времени, который некуда будет девать, и потому он станет бесконечно трещать от переполняющего его содержимого. А хотя, к чему гадать? Очень часто ожидания не соответствуют реальности, и Кормак не шибко надеялся, что этот раз станет исключением. С Великим Магистром этот номер не проходит.

***

      Бостон. Город новой жизни и огромных возможностей для всех, кто покидал родные города и страны и рвался к неизведанным берегам. Кому-то удавалось начать всё заново и почувствовать себя счастливым, другие терпели крах и разорение, а третьи так и остались дрейфовать на том статусном уровне, где они были до этого, и все видели разные причины своего успеха или неуспеха. Одни серчали на злодейку фортуну, вторые благословляли случай, последние ссылались на отсутствие должного опыта, и все в какой-то мере были правы. Но есть люди, которые не обращали внимание на бытовые, чуждые им трудности. Для таких на первом месте стоял долг.       Именно он и направлял Шэя в сторону старенькой таверны, пользовавшейся большой популярностью в городе. Гист, к сожалению ирландца, не успел отоспаться к приезду, а потому его было легче оставить на корабле, чем тащить с собой и постоянно следить, чтобы он не заострил чего лишнего. Подвыпивши, он часто становился чересчур болтливым. Старпомовские разговоры развлекали Кормака во время долгого и скучного плавания, но, когда дело касается встречи с магистром, на которую Шэй и собирался, разговорчивым людям следует придержать язык за зубами.       Ирландец ни разу не посещал «Зелёный дракон» прежде, лишь периодически слышал о нём то от матросов, то от других тамплиеров. Встав перед дверьми, Шэй почувствовал тихий восторг, присущий лишь детям, только-только ставших изучать новый мир. Он переступил порог заведения, и его тут же встретила пухлая хозяйка с отработанной за долгие годы работы улыбкой, где проглядывали желтые зубы, скорее похожие на не дожёванную бумагу, чем на здоровые кирпичики организма. Шэй вежливо ответил, что ему не нужна ни комната, ни выпивка с едой или любые другие услуги, которые она могла бы ему предложить. Он лишь поинтересовался, не приходил ли сюда человек в синей треуголке (с которой магистр никогда не расставался). Женщина, раздосадованная отказами, молча указала на второй этаж, а затем, не сказав ни слова, вздёрнула подбородок и скрылась за барной стойкой. Что ж, Кормаку всё равно не было до неё никакого дела.       Мужчина поднялся по лестнице, и его взгляд тут же зацепил фигуру, элегантно сидящую за столом и терпеливо стучащую пальцами по его кромке. На тамплиере как всегда была надета идеально вычищенная одежда благородных оттенков, и можно осмотреть её хоть сто двадцать раз с увеличительным стеклом, не пропустить ни один сантиметр его костюма, но не найти ни дырочки, ни неправильного стежка, ни малюсенького пятнышка. Перед ним словно была реалистично нарисованная картина, выверенная до последнего миллиметра и сразу же радующая глаз своей недостижимой безупречностью. Да, безупречностью. В делах, внешности, одежде — она ощущалась во всём. Находясь рядом с измученным шедевром, чувствуешь себя недостойным даже лицезреть его красоту… — Магистр Кенуэй. — Шэй окликнул его, прежде чем Хэйтем обернулся, услышав приближающиеся шаги. — Мастер Кормак. — уголки губ приподнялись вверх, а сам грандмастер встал с неудобного стула и протянул тонкую ладонь. — Рад видеть Вас после столь долгого отсутствия. — Взаимно, сэр. — Кормак радушно улыбнулся в ответ. — Как прошли поиски? — они уселись за круглый столик в самом углу, чтобы не привлекать излишнего внимания. Хэйтем откинулся на спинку кресла, в то время как Шэй, словно массивный медведь, нагнулся вперёд, сцепил руки в замок, положил их на поверхность стола и поднял взор на магистра. — Я нагнал ассасина в Северной Атлантике. Мы взяли его корабль на абордаж, допросили, обчистили его каюту, но ничего существенного не нашли. Он просто спасался бегством, как и многие другие. После мы наткнулись на французскую экспедицию, которая явно была нам не рада. — Приятно видеть, что с этой неприятностью удалось справиться. А французы и в самом деле потеряли всякий страх в последнее время. — посетовал Хэйтем, у которого были свои причины ненавидеть лягушатников. — Я послал двух наших людей в западные леса, чтобы разузнать чуть больше про укрытие ассасинов. Судя по последнему письму, им тоже мешает французский сброд, оставшийся от разбитых армий. — Братство может сотрудничать с ними. — вслух подумал Шэй, подняв взгляд куда-то вверх, и, не найдя там ничего занимательного, вновь опустил его. — Хотя… Люди Ахиллеса так слабы, что вряд ли с ними захотят иметь дело. — И именно поэтому нам нужно скорее с ними покончить, пока ассасины вновь не стали разрастаться. — твёрдо заявил Кенуэй с привычно холодной интонацией. — Для Вас есть новое задание. Я хочу, чтобы Вы отправились в форт к мастеру Уиксу и поторопили его со слежкой. Я не могу дольше ждать сведений. Пусть вернуться с тем, что уже успели раздобыть. — Я готов отправиться, но мне бы не помешали карты. — Шэй выпрямился, почему-то почувствовав себя в этот момент немаловажной персоной. — Лучше возьмите с собой Гиста. Он знает дорогу, да и сможет поспособствовать Вашему делу. На этом всё. — закончил Хэйтем, как престарелый учитель заканчивает всякое занятие, по прошествии которого в тупой голове избалованного ребёнка осталась лишь пыль от неработающих там шестерёнок. — Прошу извинить за такую спешку, но у меня ещё есть дела, не терпящие отлагательств. — Не смею Вас задерживать, сэр.       Кормак, наслышанный о тамплиерских планах на ближайшее будущее, вполне понимал желание Кенуэя поскорее со всем закончить. Капитан поднялся и отдал дань уважения Хэйтему, прежде чем тот успел скрыться из виду. Лаконично, точно, ясно — именно так Шэй мог бы описать их совсем короткую встречу, никаким образом не пересекающуюся с дружеской беседой. Впрочем, друзьями их трудно назвать. Если не принимать во внимание тот факт, что ирландец находился в безоговорочном подчинении этого человека, им бы больше подошло определение «соратники». Но для Кормака эта иерархия занимала сто пятьдесят девятое место, то есть, совсем не волновала его. По сравнению с предыдущей жизнью ассасина, полной сомнений и неуверенности, сейчас капитан твёрдо знал, чего он хочет, и что он идёт по правильному пути. Сейчас же его тропа простиралась к западным чащам материка, где его ждало очередное поручение…