Секрет волшебника

🎶스몰토크 (Small Talk) — Magic🎶

Пак Чимин был сконфужен. Несмотря на рациональные доводы рассудка помочь Наён с сыном, он не мог позволить себе привязываться и тем более привязывать их. Ли Наён, не сводя глаз со спины Чимина, обняла себя за плечи, чтобы унять дрожащие руки. В ней было столько нерастраченой нежности, что окутывая любовью лишь одного Чонуна, заставляла последнего задыхаться, захлёбываться в ней, словно в безмерном океане. На улице было так тихо и спокойно как перед грозой. Чанун осторожно подбирался к уткам, которые беспечно расслабились на газоне, чтобы затем с победным криком разогнать их восвояси. Наён покачала головой, улыбнувшись, а потом шуточно погрозила пальцем сыну, который взглянул на мать, ища одобрение. Чимин как раз обернулся, чтобы заметить эту сцену и тоже улыбнулся. Они бродили без слов, держась за руки, все трое как единое цело. Как семья. И всем хотелось, чтобы так было дальше. — Нам нужно что-то прикупить к ужину, — сказал Пак, когда они приблизились к магазину напротив дома. — У тебя полно риса дома, — засмеялась Ли, а потом ойкнула, — ой, простите, я не имела права… — Ты имеешь право — парень перехватил девичью ладонь, отнимая от губ, — давно пора отбросить формальности, — и он прижался к её губам, а потом через пару секунд отступил назад, смутившись от своего порыва. Девушка не могла тоже взглянуть на него, застыв на месте. Пак же, пытаясь спасти неловкую ситуацию, подхватил Чануна на руки, пока тот ничего не заметил и повернулся было к магазину. А потом вернулся за ней и, взяв дрожащую ладошку, повёл за собой. — Лучше возьмём куринные битки — мясо нежнее и быстрее готовиться, — сказала Ли, делая выбор между двумя упаковками. — Хорошо, как скажешь, дорогая, — тут же ответил Чимин, дажа не глядя в сторону холодильника. Наён поджала губы, замирая внутри, но никак не отреагировала. — Чанун-а, — Пак подхватил ребёнка на руки, чтобы тот мог видеть и верхние стелажи, — ты любишь ореховые или молочные вафли? — Пожалуйста, прекрати его баловать, — мама мальчика забрала сладости из детских ручек, — и он отлично умеет ходить, не нужно его постоянно таскать на руках. — Этот ребёнок вовсе не разбалован, чтобы подобное внимание его могло испортить, — Пак пожал плечами, ставя Чануна на пол и протягивая им обоим свои ладони, — как впрочем и ты. И я собираюсь это исправить — какое мороженое покупаем? Домой снова шли молча. В этот раз Чанун шёл между взрослыми, Чимин нёс пакет с продуктами, а Наён рассматривала небольшие домики, любителей собак, которые выгуливали своих питомцев, детей, которые проезжали мимо на велосипедах и самокатах. И думала, что именно о такой жизни даже не мечтала. — Дорогая, что там у нас с ужином? — Пак появился на пороге кухни в тот самый момент, когда ли разогнулась, подкрутив лампочку духовки. — Чимин-ши, прекрати уже, — сердито взмахнула она кухонным полотенцем и натянула рукавицы, — это даже не смешно. — А где заметно, что я смеюсь? — возразил Чимин, — максимум улыбнулся, когда заметил, что наша пища богов готова. — Не называй меня так. — Почему нет? — удивился он, делая шаг к девушке, которая схватилась за ручку духовки, но не успела ещё открыть, — точно так же, как я называю тебя по имени, Наён-а, потому что тебя так зовут, я называю тебя «дорогая», потому что ты мне дорога. Неужели сама не понимаешь? Воздух между ними натянулся как струна. Наён пришлось сглотнуть и опустить глаза, чтобы снова быть в состоянии заговорить: — Давай…ужинать, — охрипшим голосом молвила она. — Едва ли еда поможет мне сдерживаться и дальше, — мрачно ответил Чимин, отступая к двери и прислоняясь к стене. — Сдерживаться? — девушка воспользовалась увеличенным расстояним, чтобы наконец достать приготовленное м’ясо из духовки. — Чтобы не поцеловать тебя… — выдохнул парень, спускаясь по стене из-за внезапно подскосившихся ног… — Чимин, дурачок, — бормотала Наён, увлажняя лоб Пака, одной рукой приподнимая его подбородок. — Сама дурочка, знаешь ли, — слабо отозвался тот, но девушка его услышала и фыркнула: — Неужели от своего признания потерял сознание? Или всё-таки от голода? — Пахнет, кстати, вкусно, — улыбнулся Чимин, приподнимаясь на стуле. — Ты должен мне ответить. — Обязательно, после того, как поем, — подмигнул Пак, снимая марлю со лба и осторожно вставая на ноги, — не волнуйся, Наён-а, — он чуть приобнял девушку за плечи и заглядывая ей в лицо, — не умру, пока ты меня не поцелуешь. — А если не поцелую — то умрёшь? — Ну да. А потом перерожусь и опять найду тебя. Волшебники, они такие. — Бессмертные? — Влюбленные… Их губы соприкоснулись, разливая жар по всему телу и пуская тепло в застывшие сердца: всё происходит правильно.