Пара перевертышей

Лили и Джеймс сразу и не догадались, на что именно они подписались. Саманта Лорен на самом деле оказалась беспощадной и бесчувственной девушкой — только такая могла настолько бессердечно вытащить их из теплых, уютных постелей ранним утром. Поттер бесконечно ворчал по этому поводу, пока они с Эванс шли вслед за старостой школы в пустую гостиную; еще бы, ведь было… Лили задумчиво глянула на свои часики и тут же проснулась от накрывшего ее шока. Пять утра? Когда легли они только в двенадцать ночи?!.. Лорен жестока, мысленно согласилась Лили с Джеймсом. — Итак, наши храбрые конкурсанты, — с гордостью в голосе произнесла Саманта, смотря на несчастных шестикурсников сияющим взглядом. Она совсем не выглядела сонной — будто и не ложилась вовсе! — На вас пала честь представлять нас на соревнованиях между факультетами, и я думаю, что вы справитесь. Джеймс недовольно фыркнул, и Лили, к своему удивлению, вновь разделила его чувства. Лорен говорила так, будто они с Поттером по своей воле на подобное согласились!.. Да им же выбора не оставили! Голосок разума, который твердил, что выбор есть всегда, Эванс благополучно заглушила. Раз факультет выбрал ее, она не могла отказаться — ведь это означало, что в нее верили, а обманывать чьи-то ожидания девушка не любила. — Почему такие унылые лица? — недовольно произнесла Лорен; Джеймс скорчил гримасу, слегка напоминающую улыбку, и Саманта кивнула. — Так-то лучше. Тебе, Поттер, сложнее будет — на каблуках учиться ходить начнешь сегодня же. — Каблуках? — громко и пораженно воскликнул Джеймс, явно не ожидавший подобного развития событий. Глядя на равнодушное лицо старосты школы, он кинул умоляющий взгляд в сторону Лили, которая с трудом сохранила непроницаемое выражение лица. Вздыхая и тем самым подтверждая свое поражение, Поттер сказал: — И, конечно же, вы меня накрасите. — А как иначе? — проговорила Саманта, довольная сообразительностью парня. — Еще и платье тебе подберем, и волосы чуть удлиним. Красоткой будешь! Поттер вновь заворчал, недовольный таким поворотом. Лорен сохраняла спокойный торжественный вид, но вот Лили себя сдерживать уже не могла — смех так и рвался наружу, стоило ей только представить Джеймса в подобном амплуа. Гостиная заполнилась ее звонким смехом, наверняка будя несчастных гриффиндорцев; староста школы и Поттер удивленно посмотрели на Эванс, явно не ожидая такого от нее. Успокаиваясь, Лили заметила, что в настроении Джеймса что-то изменилось: он больше не ворчал недовольно, а на губах играла скрытая улыбка. — Итак. Думаю, вы удивлены, что я подняла вас так рано, — заговорила Лорен, когда Лили успокоилась окончательно и перестала хихикать. — Но, боюсь, времени у нас слишком мало, а ведь вам всему надо научиться! Лили, ты должна перевоплотиться в парня, понимаешь? И для этого ты должна изменить походку, стиль речи, и… — Волосы обрезать не буду! — схватилась за голову Эванс, вызвав смешок Поттера. Решив его проигнорировать, Лили подняла умоляющий взгляд на Саманту, которая выглядела несколько удивленной. — Естественно, нет. Подберем шляпу или что-то вроде того, чтобы скрыть твои волосы… Их обсуждение всех нюансов затянулось надолго: настолько «надолго», что в гостиную уже стали прибывать первые сонно зевающие гриффиндорцы, которые, впрочем, при виде парочки тут же начинали ехидно улыбаться. Лили чувствовала себя неловко: и почему ей кажется, что их ехидство вызвано лишь тем фактом, что совместно выступают Лили Эванс и Джеймс Поттер? Джеймс же, казалось, совсем не замечал посторонних взглядов, занимаясь изучением стен. Наконец, Саманта решила сжалиться над своими подопечными и отпустить их на завтрак; Джеймс и Лили поднялись с дивана, разминая затекшие конечности, Поттер оглушительно зевнул — и в этот момент за их спинами неожиданно вырос Сириус, который положил на их головы ладони и оценивающе всмотрелся. Джеймс так и замер с раскрытым ртом. — Ну ты и коротышка, Эванс, никогда раньше не замечал, — фыркнул Блэк, убирая ладони с голов однокурсников и направляясь в сторону выхода. — Парочка-то колоритная получается: гном и олениха! — Сейчас к ним ярчайшая звезда небосклона присоединится, — ответила Лорен, пресекая возмущенные возгласы со стороны оскорбленных. Сириус развернулся и галантно поклонился с ядовитой усмешкой. — Вынужден отказаться. Саманта лишь кивнула, но на ее лице расцвела улыбка — Лили подумала, что загадочнее улыбку видела только у Дамблдора. Возбуждение, которое было очень велико в воскресный вечер, не утихло и в понедельник; наоборот, все студенты выглядели более активными, а немалая часть учеников — девушки — были еще и опасными. Если еще вчерашним вечером хогвартские леди лишь запугивали несчастных джентльменов, то теперь происходило нечто невообразимое! Лили лично пришлось пару раз отскочить в сторону, чтобы дать пробежать мимо озверевшим парням с размазанной косметикой по лицу, и Лили лично получала несколько предложений от девушек, которые беспрестанно хихикали, разукрасить лицо какого-нибудь индивида мужского пола. Никто уже и не сомневался: к концу недели накрашенными побывают все, поскольку дамочки искали новых жертв. И лишь один защитник был у перепуганных мальчиков — профессор Макгонагалл, которая с самого утра беспрестанно обходила Хогвартс и спасала невинных жертв. Под ее сердитым взглядом даже бессовестным девчонкам было стыдно… — Сумасшедший день просто, — заключила Лили, после занятий вернувшись в гостиную Гриффиндора. Алиса хихикнула, но, тем не менее, согласно кивнула. — Зато весело, согласись? Ни разу Макгонагалл в такой ярости не видела, — радостно защебетала Пруэтт, но быстро замолчала, увидев направляющуюся к ним Саманту, которая тащила за шкирку вслед за собой сопротивляющегося Джеймса. Кажется, у старосты школы начинало входить в привычку подобное обращение с бедным Поттером… Лорен скупо улыбнулась. — Направляемся в спальню Поттера, там и будем дальше вести разговор. — Неужели переодеваться? — шепотом поинтересовалась Алиса у Лили, которая неопределенно мотнула головой и направилась вслед за Лорен с Поттером. Радостно пискнув себе под нос, Пруэтт побежала за подругой — подобное зрелище она не пропустит!..