Когда смолкли выстрелы

Те, кому хоть раз в жизни приходилось хранить страшную тайну, скажут вам, что нет в мире ничего тяжелее, ничего невыносимее. Они не понаслышке знают каково это – каждую секунду думать о том, что сказать, или наоборот, не сказать, лишь бы тайна осталась тайной. И речь сейчас не о том, что, кто-то разбил любимую мамину кружку или съел последнюю шоколадную конфету, которую спрятал под подушкой младший брат. Нет. Сейчас речь идёт о других секретах. А секреты, как известно, могут убивать. Во благо ли была ложь, или злой умысел – это всегда действие умышленное. Оно может не иметь оправданий, а может иметь, но только в глазах того, кто лжет. Лжец всегда обманывает намерено, вне зависимости от целей, какие он преследует. С другой стороны, есть ещё одна разновидность обмана – говорить правду таким образом, чтобы в это нельзя было поверить. Мы смотрим спектакль, и думаем, что это даже забавно и местами смешно. Но когда со сцены уходят клоуны, там, как правило, появляются другие персонажи.

«Я видел Эрика за день до стрельбы. Он сидел на ступеньках и что-то рисовал в своём ежедневнике. Я спросил, что он делает, и он сказал «ничего особенного, просто планирую кое-что на завтра». «Мы столкнулись с ним в коридорах Колумбайн 19 апреля. Он улыбнулся мне, хлопнул по плечу и насмешливо пожелал хорошего дня. Он сказал» «хорошего дня тебе завтра». Я навсегда запомнил эти слова».

Вот ты сидишь за столом с парочкой твоих школьных друзей и обсуждаешь, что было бы неплохо взорвать эту школу ко всем чертям, мол, так осточертела химия. А вот ты стоишь перед телевизором, и не можешь в это поверить.

«Вам просто нужно было видеть его взгляд, и как холодный блеск в его глазах говорил: «я клянусь, в один из дней я сделаю это, я это сделаю» «Они убили 12 учеников и одного учителя, ранили 23 человека, а затем застрелили себя». «Долгие годы объяснение этому кошмару так и не было найдено».

Неважно, как долго и каким образом кому-то приходилось обманывать, угрызения совести, вызванные чувством вины, могут невольно стать причиной череды ошибок, которые затем приведут их к разоблачению. Они не допустили ни одной.

***

Дилан сегодня выглядел хмурым. Несмотря на то, что утро было добрым, начиная с погоды и заканчивая завтраком, который приготовили девушки, у Клиболда не было никакого настроения. Чего не скажешь о его лучшем друге. Рот Эрика ни на секунду не закрывался, он сидел за рулем, и постоянно что-то говорил и прерывался только тогда, когда ему хотелось подпевать под любимую музыку. Дил время от времени издавал какие-то непонятные звуки, лишь бы подать признаки жизни. - Давайте уже, - Харрис раздраженно фыркнул и посигналил группе парней, одетых в футбольную форму местной школьной команды. Первым уроком была физкультура. Парни ненавидели физкультуру и на то было много причин. Для тех, кто, возможно, не так хорошо проинформирован, то Эрик несколько отличался от остальных ребят. Ещё при рождении врачи поставили малышу неутешительный диагноз «деформация грудной клетки». И пусть это была начальная стадия, Эрик чертовски стеснялся того, что отличается от остальных мальчишек, которые могут скинуть одежду, чтобы понырять в местное озерцо. Позже Харрис все же решился на операцию, и в 93 году деформация была практически полностью устранена. Все, что осталось от былой проблемы – небольшой шрам, который горизонтально протянулся поперёк грудной клетки. Но и этих нескольких сантиметров хватило для того, чтобы парень вновь возненавидел своё тело. Они смеялись над ним каждый раз, когда он стягивал футболку. К концу одиннадцатого класса, Эрик прекратил переодеваться при всех. – Какого хера они стоят посреди дороги? На удивление, спортсмены расступились, давая автомобилю въехать на парковку. Клиболд вжался в сидение и настороженно взглянул на одного из парней. Тот лишь хмыкнул, уставившись прямо на Дилана. Обычно, кто-то из них может закинуть тлеющую сигарету в салон или запустить кому-то из ребят в голову банкой от содовой. Но те лишь молча проводили машину Харриса взглядом. - Что-то у меня плохое предчувствие, - протянул Дилан, наблюдая как парни смотрят им вслед в стекло заднего вида, - помяни моё слово. – Харрис не обратил никакого внимания на слова друга, поскольку они звучали из уст его друга более чем естественно. Он только пожал плечами и завернул на своё парковочное место. - У меня каждый раз такое предчувствие, когда я вижу эту школу, - хмыкнул Эрик и хлопнул дверью автомобиля, - чувак, это место отстой. Я, блять, ненавижу этих людей. - Аарон, капитан школьной команды и любимчик всех учителей, в этот самый момент поднимался по ступенькам в сторону главного входа в школу. На долю секунды их взгляды с Харрисом пересеклись и где-то в глубине души Эрик тоже почувствовал что-то неладное, поскольку Аарон остановился, нахмурился, но продолжил свой путь. Эрик закинул рюкзак за спину и взглянул на друга, который просто стоял рядом и смотрел себе под ноги, - ладно, идем. Будет в разы хуже, если мы опоздаем. - У нас такая новенькая, - Крис сидел в столовой, когда подошло время для ланча А. Он бесцеремонно закинул свои тяжелые армейские ботинки на стол и развалился на стуле. Перед ним на столе лежал надкусанный сэндвич с сыром и пол банки противной вишневой газировки. Во время Ланча, столовая – то место, где собирается практически вся школа, за исключением тех, кто поехал перекусить за её пределы, но таких немного. На Крисе по традиции был надет чёрный берет и темные солнцезащитные очки, которые он никогда не снимал, сидел в них даже на уроках. Напротив Криса сидел Эрик, и листал конспекты по китайской философии. Мистер Донсон уже давно обещает провести тестирование. Урок физкультуры прошел в обычном режиме. Ребят разделили на команды, раздали задания и те занимались своими делами. Эрик играл с другими парнями в футбол, Дилан просто бродил из стороны в сторону. На удивление, никто из спортсменов ни сказал не слова. Сейчас некоторые из них обедали за самым центральным столиком в кафетерии, это место принадлежало исключительно звездам спорта. – Она, вроде, из Флориды. Она говорила о себе, но я ни слова не понял, пялился на её сиськи. – Моррис искривил губы в противной усмешке. Харрис никак на это не отреагировал, он просто на секунду поднял глаза на Криса и принялся снова листать тетрадь. А вот Дилан немного поёрзал на стуле, покраснел и потупил взгляд. Но дело совсем не в пошлых разговорах друга, в конце столовой стояла Марла, девочка на класс младше. Такая маленькая и чертовски милая. Дилан приметил её ещё в прошлом году на шоу талантов, но подойти к ней так и не решился. И в этом весь Клиболд. – Кажется, малышу Заку здорово прилетело, - не унимался парень, возмущённый тем, что никто из друзей не хочет поддержать беседу, - аккуратно. – Громко вскрикнул Моррис, в момент, когда чья-та тяжелая рука вцепилась в плечо Харриса и со всей силы прижала парня к плоскости стола. - Ну привет, урод, - за спиной Эрика, прямо позади стоял Джордан Гримм, двухметровый безмозглый качок. Джордан лишился переднего зуба в прошлогоднем матче с калифорнийскими ястребами, и так сильно этим гордился, что по сей день ходил без него. Его лицо было покрыто прыщами и рубцами. Мало того, что он шепелявил, так ещё и отсутствие переднего зуба усугубляло ситуацию. – Помнишь меня? У нас с тобой старые счёты! – Гримм был в той кучке спортсменов, когда Эрик дрался с одним из них на парковке у школы. В кафетерии зависла звенящая тишина. Даже те, кто громко что-то обсуждал в очереди за обедом – притихли. Все выжидающе уставились на эту парочку. Джордан говорил очень громко, практически орал. - Ты меня всего слюнями забрызгал, убери руки, - Эрик поморщился от боли, ещё немного, и Гримм сломает ему лопатку, - мудак беззубый. – Прошипел тот. - Я бы мог свернуть тебе твою лебединую шейку, - пролепетал тот, послушно убрав руки. Харрис выпрямился и попытался встать, но Джордан не позволил ему, - тебе и, - он сделал шаг и оказался за спиной Клиболда, - твоей подружке, - с разных сторон послышались смешки, - но я решил сегодня сделать доброе дело, - он широко улыбнулся и сделал рукой жест в сторону двоих друзей, которые всё это время стояли на лестнице у входа в кафетерий, - и вернуть вам то, что вы потеряли. Этих двоих парни никогда не видели раньше. Они быстрым шагом направились к столику. У парня справа, темнокожего и коренастого, в руках было большое ведро. Такие, обычно стоят в кладовых. - Это ваше, - Эрик хотел вскочить, не успел. Гримм выхватил у парня из рук ведро и перевернул его прямо парням на голову. Из ведра вылилась что-то липкое, вязкое и бордовое. Вонючая жижа из далека напоминала смесь кетчупа, майонеза, и всяческих специй, но со стороны это выглядело просто отвратительно. Несколько литров жижи разлилось по столы, тетрадям, еде, полу. Вонючая дрянь забрызгала всех, кто сидел в радиусе метра от парней. Вся одежа, лицо и волосы были перепачканы этой непонятной субстанцией. Харрис просто застыл на месте, Дилан даже не шевельнулся. Сейчас на них смотрела вся школа. Никто не знал, как повести себя. Все просто молча переглядывались, в конце кафетерия было слышно, как кто-то перешёптывается. Никто не хотел получить порцию дерьма себе на голову. – Это, кстати, тоже, - Гримм громко расхохотался, продолжая стоять за спиной Харриса, который так и не повернулся. Парень достал из кармана упаковку тампонов, раздербанил её и высыпал содержимое сверху. – Не благодарите. – Он смял пустую упаковку, бросил её под ноги Дилана и просто пошел дальше. Все продолжали молчать. Обычно, в такие моменты, Эрик приходит в ярость, но сейчас он не мог даже думать ни о чём. Его не хватало ни на что, даже на эмоции. Он поджал губы, взял рюкзак и медленно вышел из кафетерия. Следом за ним, так же спокойно и размеренно, вышел Дилан. - Хорошо выглядите, - раздалось в тишине, и толпа парней громко рассмеялась. Дверь в кафетерий захлопнулась вслед за Диланом.

***

- Могли бы сегодня пропустить школу, - Брукс и Ким уже заходили в школьные коридоры, когда закончился третий урок. Сегодня они вызвались помочь тётушке из Денвера свозить его любимую кошку к ветеринару, поскольку она уже несколько дней выглядит вяло и практически ничего не ест. И это действительно странно, поскольку та кошка, о которой сейчас идёт речь – опасный для общества зверь. Эту кошатину практически нельзя контролировать. Она держит в страхе всю улицу, постоянно дерётся с собаками и даже бросается на людей. Но тётушка считает, что это милое создание рождено для любви и ласки. Обследование, естественно, ничего не выявило. Скорее всего, это переутомление. – Или планируется что-то важное? - Все важное мы уже пропустили. Был тест по философии, - Брукс засмотрелся на проходящую мимо блондинку и споткнулся о мусорное ведро, - черт, понаставили мусорок. - Ну да, действительно, - рассмеялась Браун, когда на встречу вывернул Крис, весь перепачканный чем-то непонятным, - это кровь? Крис, что это за херня? Ты дрался? – Ким принюхалась и поморщилась, - чем это воняет? Что это? – Она неаккуратно ткнула в огромное коричневое пятно на серой футболке. - Смешные шутки наших местных недозвёзд, - фыркнул Моррис. Он сначала не хотел говорить, но потом решил, что все в этом коридоре должны послушать эту историю. - А где парни сейчас? - Был тест по философии, который вы, к слову, пропустили, - как-то насмешливо заявил Моррис, засунул руки в карманы штанов, - им пришлось досидеть урок. - Они сидели урок в таком виде? - Они переоделись в форму для физкультуры, - хмыкнул тот, - но все равно от них воняло, а потом они уехали. - Куда? – Ким просто представила, что может сотворить с собой Дилан в таком состоянии, и что Эрик может натворить вокруг себя. - Домой, наверное, - пожал плечами тот, - я бы на их месте тоже уехал, это был полный пиздец, Ким. Ну, я видел Дилана с Робин у входа, а Эрик не знаю. Ладно, пойду я, - тот поплёлся по своим делам. - Идём, иначе мы опоздаем, - Брукс потянул сестру в сторону кабинета, - потом их найдём. - Я подойду попозже, иди в класс, - Браун ничего не сказал, просто кивнул и зашагал дальше. Ким подождала, пока брат скроется за поворотом, а потом развернулась и побежала к выходу.

***

- Спасибо, Тиф, - девушка удачно встретила Тиффани у входа в школу, и та сразу согласилась подбросить девушку куда надо. – Ты меня выручила. – Она захлопнула дверь автомобиля и зашагала в сторону дома Харриса. Эрик жил в двадцати минутах езды от школы. Да, впрочем, какая разница, если на уроки она уже не вернётся. Входную дверь открыли практически сразу, видимо женщина, которая стояла на пороге, была в этот момент в коридоре. Увидев на пороге дома девушку, она даже не попыталась скрыть удивление. Она вздёрнула брови и уставилась на неизвестную гостью: - Добрый день, - она была светловолосой худощавой женщиной средних лет, с приятной улыбкой и острыми чертами лица. Её младший сын Эрик был чертовский похож на неё. – А, вы к Кевину? – Воскликнула она, словно что-то осознала. – Его нет. - Здравствуйте, - Улыбнулась Ким. Сразу стало понятно, что к Кевину дамы заглядывают куда чаще, - нет, я к Эрику. Он дома? - Он только что вернулся со школы, - женщина как-то устало улыбнулась. Для них Эрик был достаточно проблемным ребёнком, хоть и отлично успевал по учёбе. На секунду показалось, что она хотела что-то спросить, но не решилась и просто промолчала. Интересно, что чувствует мать, когда твой ребёнок возвращается из школы в таком виде? - Но я не знаю, он, скорее всего, спит. - Мне буквально на минутку, - протянула девушка, и женщина сделала шаг в сторону, - спасибо огромное. - Проходите, - она указала рукой, - вторая дверь налево. Будьте аккуратнее, там лестница вниз. – Женщина добродушно улыбнулась, предложила чай или перекусить, но Ким вежливо отказалась, объяснив это тем, что ей нужно просто кое-что узнать. Она тихо постучала в дверь, но никто не ответил. Она постучала снова, потом снова и снова. - Эрик, я знаю, что ты не спишь! – Она в наглую открыла дверь комнаты и аккуратно спустилась по лестнице. У него была на удивление уютная комнатка, на полках разбросано много коллекционных безделушек: каких-то машинок и банок, на стенах расклеены билеты с концертов и кино. Над кроватью висит футбольная форма школьной команды. Куча дисков на компьютерном столе, несколько стопок книг. В комнате стоял спёртый запах, и девушка сразу поняла, что это от кучки вещей в углу комнаты. Белая футболка была вся испачкана в том же, в чем был Моррис, когда его встретили в школе. Харрис лежал на кровати, он уткнулся лицом в подушку, отвернулся к стене и упорно делал вид, что спит. – Я знаю, что ты меня слышишь. - Я не хочу говорить ни о чём. Сейчас, - пробубнил тот в подушку, - и видеть тоже никого не хочу. – Тот агрессивный и пугающий Эрик сейчас сидел в своей комнате, наедине с собой. И было так страшно. Ким скинула рюкзак на пол и подошла к окну, привстала на носочки и закрыла темно-синие занавески. В комнате сразу стало темно. - Ну всё, теперь можешь меня не видеть, почти, - улыбнулась девушка и аккуратно присела на край кровати, - и можешь не говорить. Я просто посижу тут, - Эрик наконец-то повернулся и вопросительно уставился на девушку, - ты просто знай, что я тут. Что ты в комнате не один. Парень привстал на кровати и подвинулся ближе к Ким. Девушка ничего не сказала, просто молча обняла Эрика. Обняла так крепко, что-то хрипнул. Его трясло. Это от нервов. Он тяжело дышал Ким в шею, потом что-то промычал, тихо всхлипнул и уткнулся девушке в плечо. Ким почувствовала, как её футболка промокла. - Я не могу уснуть, - пожаловался тот, словно обиженный ребенок. Браун легла на край кровати, устроилась поудобнее рядом с парнем, тот продолжал лежать у неё на плече. Он ничего не говорил, даже взгляда не поднимал, просто тяжело вздыхал девушке в плечо. Эрик потихоньку успокаивался. Ким почувствовала, как парень расслабился и крепче вцепился девушке в плечо. Она просто гладила его по волосам, пока он не заснул. Она даже не заметила, в какой момент Эрик уснул, слышал ли, что его мама стучала в комнату, спрашивала, будут ли дети чего-нибудь. Сначала Эрик хмурился, но потом улыбнулся во сне. Часы показывали пол второго дня. Уроки в школе уже закончились, Ким пора было возвращаться домой. Она тихонько встала с кровати, аккуратно убрала руку Эрика. Он во сне так упорно не хотел отпускать футболку девушки, что Ким стало смешно. Он будет в порядке. Он перевернулся на другой бок и засопел.