Сними с меня хренов ошейник!

Кошкодевочка где-то за экраном по-японски почесала кулаком ухо. Наверное, они все так делают. Странная национальная традиция, это не совсем удобно. Как разочаровать маму сильнее, чем употреблением наркотиков или любовью к “Пошлой Молли”? Конечно же, надо быть фанатом кошкодевочек. Минсок как раз из таких. Поэтому прямо сейчас эччи-комедия на его телефоне стоит на “паузе”, на экране детализированный кадр с панцушотом, а рука лезет в штаны. Уже около недели Минсок не ходит в универ. Почему? На улице холодно. Он умеет программировать и занимается фрилансом и без брюзжания бабки Ким над головой. Тетрадь потом вся в старческих слюнях. К тому же, Цзыюй все еще учится на том же факультете. Не понятно, грустит ли, что прямо после того, как она прилюдно бросила его, Минсок перестал выходить из дома, или горда собой. Да какая разница? Лучше не думать об этом. Плакать он не станет. Может, только если совсем чуть-чуть. Все равно у нее не было кошачьих ушей. Он бы так и жил, не видя белого света и питаясь тушенкой в миксе с “Дошираком”, если бы не чертов пес. Он ведь не кошкодевочка, в лоток не посрет. Словно старый дедок в женском вагоне метро, Минсок облизывает поджатые губы, оттягивает резинку трусов и касается ледяными от малокровия пальцами своего не дюже богатого азиатского полового органа. Ким слышал легенды о размытых пикселями японских членах. Вспоминая об этом, он грустно вздыхал и погружался в размышления о том, что в его штанах и цензурить особо нечего. Судя по всему, Цзыюй также пришла к этому неутешительному выводу. Собственно, как можно было догадаться, молодой и полный сил отаку принялся наяривать. Вернее, стимулировать ледяными руками свое достоинство на какие-нибудь активные действия. Процесс прервал громкий чих в коридоре. Минсок дернулся от неожиданного громкого звука. “Лукас, чтоб он уже помер, тупая собака,” - подумал Минсок, нахмурился и стал водить рукой по теплой поверхности упорнее, и вдруг остановился. Чих-то был ни фига не собачий. Человеческий такой, мясистый. В тишине квартирки даже было отчетливо слышно, как на пол капнула сопля. К тому же, Минсоку казалось, что псина спит - уже около пары часов цокота когтей по полу не ощущалось. “Твою мать, батя приехал,” - промелькнуло в студенческой голове, и Ким судорожно вытащил руку из треников, затем ногой толкнул под кровать упаковку салфеток и закинул жидкое мыло в рюкзак. Оно с каким-то подозрительным звуком плюхнулось на книжки, но в тот момент было не до этого. Зачем бате приезжать посеред недели к нему на квартиру? Вдруг из института позвонили сообщить о тотальных прогулах и попросили удостовериться, не сгнил ли его сын еще в ванной с порезанными запястьями? В таком случае, о съемной хате можно было забыть. Минсок судорожно поднялся на ноги, перекрестился и тихонько вышел в коридор. И умение распознавать чихи не подвело юного корейца: прямо в трёх метрах от него на корточках действительно сидел человек. Вот только это не был его отец. Некий белобрысый смазливый пацан глядел на Минсока снизу вверх совершенно спокойно, продолжая тереть пол рукавом красной толстовки. Погодите, это что, его толстовка? Немая сцена продолжалась около минуты. Наконец, белобрысый разинул пасть в широченную лыбу, произнеся какое-то невнятное “гы”. -Кто ты, блять? - хрипло от долгого молчания произнес Минсок, хлопая глазами. Неизвестный медленно поднялся с пола. По мере того, как он выпрямлялся, желудок Минсока сжимался все сильнее. Парень оказался выше него головы на две с половиной, его грудак, вероятно, мог вместить в себя одного сгруппированного Минсока. Красная толстовка трещала по швам и едва прикрывала пупок, оголяя красивые поперечные мышцы. В руках он держал открытый пятикилограммовый пакет “Педигри”. -Прости, хозяин. Запах пота в нос ударил, когда мимо твоей комнаты проходил. Там просто новый эпизод дорамы вышел, ну я и… - Какая дорама? Ты ку-ку? Я тут живу! - Так и я тоже. Вновь воцарилось молчание. Вдруг в темени коридора Минсок разглядел на шее индивидуума ошейник. Лукаса? “Твою мать, в мою квартиру забрался извращенец,” - стукнула по голове мысль, и Минсок сглотнул. “Что мне делать? Звонить в полицию? Телефон в комнате. Этот кент меня пополам может сломать! Что он, наверное, и пришел со мной сделать, после того, как выебет в латексе! Хозяином меня назвал, фетишист по ходу… Так! А если я для него хозяин, то он типа мой сабмиссив?” -С-сидеть, - промямлил ни с того ни с сего Минсок. “Еблетом о кабриолет, он же сейчас мне шею свернет!” Но белобрысый, выронив мешок с собачьим кормом, действительно сел на колени, продолжая невинными глазами глядеть на Кима. Минсок ошарашенно вытаращился на припизднутого посетителя. -Лукас хочет награду за то, что сделал, что попросил хозяин. Ты же всегда даешь мне награду. - Лукас это моя собака, а ты долбоеб. - Я не долбоеб. Я Лукас. Почеши мне животик. - Что ты несешь, фуфел? - Минсока начинала конкретно напрягать сложившаяся ситуация. - Я сейчас в полицию звонить буду, если ты не съебешься с моего дома. Парень развернулся на коленях и упал на спину лицом к Минсоку, так, что голова извращенца оказалась между его ступней. Полоска света упала ему на лицо, и Минсок увидел… собачьи уши. Они двигались в такт с быстрым дыханием. “Этого не может быть.” Несколько секунд Ким простоял таким образом без единой мысли в голове, затем медленно опустился на корточки. Трясущейся рукой он потянулся к голове парня в его ногах и двумя пальцами сжал ухо. Тонкое и теплое. В сосудике под подушечками пальцев пульсировала кровь. Вдруг парень извернулся и лизнул руку Минсока. Тот от неожиданности отпрыгнул. -Ты что вообще такое?! Парень с полными непонимания глазами поднялся с пола и снова сел на колени. -Я Лукас. - Нет, - резко выплюнул Минсок. - Лукас пес. А ты похож на человека, но ты… Что с твоими ушами, а? Я знал, что Корея продвинутая в плане пластической хирургии страна, однако никогда не… - Ты все время говоришь, что я - глупая собака, но ты, кажись, совсем идиот. За все то время, что я живу в твоей квартире, ты ни разу не заметил, что я не круглые сутки собака? Минсок оторопело глядел на человека перед собой. Во рту пересохло. Казалось, что парень ездит ему по ушам, но, несмотря на абсурдность ситуации, Ким все еще был способен сложить два и два. -Погоди-ка. Если ты мой пес, то докажи это. Скажи что-нибудь такое, что может знать только… Блять, собаки тупые, собаки ничего не знают! - Ты все время бухаешь. - Тоже мне, конфиденциальная информация. Еще. - Ты не мылся уже неделю. Минсок почесал затылок. -Допустим, аргумент. Но скажи-ка что-нибудь еще более убедительное. Лукас нахмурился и принялся скребать ногтем подбородок. Внезапно его взгляд прояснился. -Я на той неделе на ковре в ванной насрал. - Твою мать, Лукас! - Минсок подскочил на ноги, и парень последовал его примеру, но только от неожиданности. - Вот почему было так много!.. Погоди, - Минсок кругом обошел детину, заприметив поджатый хвост. Треники на белобрысом тоже принадлежали Минсоку и были тотально для парня малы. - Какого черта ты такая оглобля? Ты же ебаный корги, Лукас! - Почем мне знать? - парень обиженно отвернулся от Минсока. Ким увидел, что ошейник, предназначенный для маленькой собаки, давит на крупную шею, оставляя глубокую красную полосу на коже. - Почему ты ошейник не снимешь? Лукас оглянулся на него. -Я не понимаю, как он работает! Я еще не до конца научился использовать эти лапы. - Так ты начал мутировать не так давно? - Да, я не знаю, почему. И только по ночам. - А я думал, что это тариф на ТВ подскочил за последний месяц! Думал, откуда такой чек, я же сроду его не включаю. А это ты по ночам залипаешь, черт вонючий! Я уже обрадовался, что ты помрешь скоро, спишь целый день! - А ты ночами дрочишь и бухаешь! Кто тут из нас умрет первым, а? - Могу себе, знаете ли, позволить. Кошкодевочки - это святое. - Но я все равно тебя люблю. Минсок оторопел от такого заявления. Лукас поглядел на него с непониманием. -Ты же мой хозяин. Я люблю тебя больше всего на свете. Это странно? Минсоку трудно давалось связать своего толстого, тупого пса с человеком, которого видел перед собой. Высоченный, красивый парень, будто стажер SM. -Да, - честно признался Минсок. - Странно. Лукас потупил взгляд. Минсок подумал о том, что, скорее всего, его пес ожидал услышать, что хозяин тоже его любит. Его кольнула совесть. -Ко мне, Лукас. Парень угрюмо поглядел на него, но все равно подошел. Минсок потянулся руками к здоровой, как у коня, шее и отстегнул тонкий кожаный ремешок. Лукас облегченно вздохнул и принялся тереть рукой красный след. Минсок коснулся полоски большим пальцем, дабы оценить масштаб нанесенного ущерба, и оборотень вздрогнул. -Ты чего? -У тебя холодные руки. - Извини, - Минсок убрал ладонь от Лукаса, но тот выпалил: - Нет-нет, погоди, оставь, мне приятно. Ким поджал губы, услышав слово “приятно”, но положил обе руки на шею парня. Тот прикрыл глаза, улыбнулся и запрокинул голову. “Это не двусмысленно, Минсок, - твердил он сам себе в своей голове. - Это ж твоя собака. Это окей, трогать свою собаку.” Пока Минсок водил ладонями по шее Лукаса, они успели согреться, и Ким убрал руки. -Полегче? - Да. Не цепляй на меня ошейник больше, он и для собаки не комильфо. - Да ты ж убежишь куда-нибудь, дебил. - Ну ты надевай его хотя бы только на улицу. - То есть, ты не можешь мне гарантировать, что никуда не убежишь, да, дурак? Лукас сморщился. -Ненавижу, блять, кошек. Минсок улыбнулся и потрепал парня за ухом. Тот захихикал и внезапно облизнул руку Кима. Студент замер, но руку не убрал. Неуверенно оглянувшись на хозяина, Лукас лизнул руку снова. Потом он руками взял Минсока за запястье и стал облизывать пальцы. Кима бросило в краску: картина более чем эротичная, а это всё-таки собака. -Фу, Лукас, прекрати! - Почему? - парень обескураженно посмотрел на Минсока огромными невинными глазами и щекой коснулся ладони хозяина. - Ты раньше мне не запрещал. - Ты раньше и в человека не превращался. - Превращался, но ты этого не видел. Минсок принялся судорожно перелистывать в голове скудное хранилище остроумных аргументов, но отыскать необходимое не успел - Лукас наклонился и, взяв лицо хозяина огромными тёплыми ладонями, лизнул щеку. -СУКИН СЫН! - завопил Минсок. Он схватился руками за запястья блондина и предпринял попытку выбраться, но почувствовал, как чужие губы накрыли его собственные. Прислонившись друг к другу губами, они простояли так секунд десять, пока Лукас не отстранился от шокированного Минсока, открыв глаза. - Я видел, так в дорамах делают, - тихо произнес Лукас низким хриплым голосом. - Что ты, блять, творишь? - произнес Минсок, словно глядя не на парня, а куда-то сквозь него. Лукас расстроенно заморгал. -Ты… Мне так нельзя делать, хозяин? - Так? Нет. Вот как надо. Минсок ладонями притянул к себе лицо Лукаса и поцеловал. Плохо соображая, что делает, Ким рукой зарылся в мягкие пшеничные волосы и сжал их на затылке в кулак. Оборотень издал некий поощрительный звук, обнимая хозяина за талию. Минсок языком облизнул не свое верхнее небо. “Что я вообще делаю? Я как будто пил.” Лукас опустил руки на ягодицы Кима и тихонько сжал, заставляя хозяина запрыгнуть на него и обвить ноги вокруг его талии. -Я плохо понимаю, что делаю, - прохрипел Лукас, оторвавшись от Минсока. - Та же фигня, - ответил Минсок, механически гладя парня по голове. - Наверное, нам стоит остановиться. - Не-а, - парень впился в Кима вновь, прижимая к стене. Минсок, пользуясь устойчивым положением, стянул с Лукаса свою толстовку. Как у такого толстого пса может быть такое тело в человеческом обличии? Минсок провел пальцами от ключиц до границы треников вниз, оставляя за собой дорожку из мурашек. Лукас смахнул с кровати хлам и уложил на нее Минсока, нависнув сверху. -Я неделю не был в душе, Лукас. - Мне все равно. - Ты точно не моя тульпа? Лукас засмеялся. Парень стянул с себя штаны, оголив большой, крепкий стояк. “У моего пса член больше, чем у меня,” - подумал Минсок и прикусил губу. Лукас целовал его шею, оставляя засосы со следами от зубов, пока снимал штаны вместе с боксерами и с самого Минсока. У Кима кружилась голова от тепла огромного тела рядом с ним, и его бросало в дрожь от желания раствориться во всепоглощающем чувстве защищенности и комфорта. -Лукас, войди в меня. - В каком смысле? - В таком, - Минсок обхватил рукой член парня и приблизил к своему анальному отверстию. Лукас возбужденно вздохнул. -Ты уверен, хозяин? Там узко, тебе не будет больно, если я?.. - Не медли, пожалуйста, я больше не могу так. Лукас оторвался от шеи парня и навис прямо над его лицом. Кончики их носов соприкасались. В глазах блондина читались преданность и безоговорочная любовь. Он приблизился так сильно, что их губы почти соприкоснулись, и прошептал: -Вставай, зоофил, тебе в универ пора. Минсок резко проснулся в своей кровати с каким-то нечленораздельным звуком. Лукас перестал облизывать его ступню и вопросительно уставился на хозяина, повиливая хвостом. Выключив будильник, Минсок уставился на собаку. Корги чувствовал себя неуютно, думая, что его сейчас за что-то будут ругать. -Совсем ебнулся, - хрипло произнес спросонья Минсок и тут же прокашлялся. - Надо завязывать так пить. Или хотя бы антидепрессанты с водкой не мешать… Надо же сначала растянуть со смазкой, вот идиот! Лукас тяжело вздохнул.