VI
14 декабря 2018 г., 12:35
Питер удивленно смотрел на мужчину, то и дело намереваясь сказать что-то, но осознал, что ни одна мысль сейчас не дойдёт до Старка — настолько тот был в ярости. Он говорил вещи, которые юноша попросту не мог понять. Видеть боль на лице этого человека было…неприятно.
Паркер не врал ни единой минуты, когда говорил о том, что занимается проектом. Под конец он даже начал ненавидеть эту бестолковую идею, которая не давала ему отлучиться от склянок буквально на пару часов. Ему приходилось проводить много времени в кабинете биологии, а потом устало идти домой, чтобы доделать остальные занятия. Бросить патрулирование не позволяла совесть, а потому парень буквально увядал на глазах: стал плохо спать, осунулся и вообще превратился в довольно печальное зрелище.
Он тосковал по Старку, по их совместным вечерам, по возможности просто видеть этого человека. Днём было много забот, но под вечер это чувство накрывало с головой. Особенно, когда приходила Мишель. Питер рад был общаться хоть с кем-то, но осознание факта, что это время он мог провести с Тони, окончательно портило всё его настроение.
Близилось Рождество, от наблюдения за счастливыми парочками становилось тошно, но Питер успокаивал себя тем, что сегодня последний день перед сдачей проекта. Они с Мишель сделали всё как минимум очень хорошо, если не идеально, а потому были в предвкушении сегодняшнего вечера. Финальные измерения, которые стоит только внести в отчёт и вот она — долгожданная свобода. Только вечером Паркер вспомнил, какой сегодня день недели, а потому, переживая дикую неловкость и чувство стыда, ринулся извиняться перед Старком и забрасывать его смс. Ответа ожидаемо не последовало.
И вот сейчас. Именно сейчас мужчина стоял перед ним и, казалось, отчитывал Питера за то, что тот предал его. Самая невероятная глупость, которую тот только мог сказать.
И этот поцелуй, чёрт, он буквально выбил всю почву из-под ног, заставляя Паркера вцепиться в прохладное железо, прижимаясь ближе. Ошарашенный, он неумело отвечал на поцелуй, пытаясь разобраться в своих ощущениях. Слишком это было приятно и горячо, к своему стыду юноша почувствовал тепло внизу живота, обещающее, что, если он сейчас не прекратит, весь Нью-Йорк будет любоваться его вставшим членом.
Юноша нехотя отстранился и столкнулся с ошарашенным взглядом Старка. Видимо, эмоции сошли на «нет» и мужчина понял, что только что произошло. Так или иначе, отстраниться он не пытался.
— Мистер Старк, вы ошиблись, — мягко начал Питер, пытаясь подобрать слова, чтобы не наворотить ещё больше дел. Кажется, это было именно тем переломным моментом, когда их отношения могли как перерасти во что-то большее, так и закончиться самым неприятным образом. — Между мной и Мишель ничего нет, даже быть не может. Все эти дни, когда мы не виделись, я безумно скучал по вам…по тебе и по твоему обществу. Я бы никогда не смог променять чувства к тебе на что-то другое.
— То есть каждый вечер ты не был счастлив компании той девушки, а просто сидел и тосковал по мне? — через некоторое время спросил Старк, видимо, делая для себя какие-то определённые выводы, которыми пока не спешил делиться.
Паркер кивнул, и Тони аккуратно отстранился от него, чтобы в следующую секунду с силой ударить по своему бедру, кажется, разнося звонкий звук по всему городу. На фоне всего этого Питер смог разобрать только слова о том, что кто-то из них двоих является непроходимым идиотом.
— Мистер Старк, с вами всё в порядке? — неуверенно начал он, вглядываясь в лицо миллиардера.
— Я пришёл сюда, потому что ежедневно чувствовал тревогу. Будто надвигается какая-то угроза, на появление которой я никак не способен был повлиять. А потом эта девчонка, твой многонедельный проект, отмена нашего ужина. Ты стал будто замыкаться в себе. Тревога усиливалась, и я подумал, что это та самая связь родственных душ, предупреждающая о том, что ты мог увлечься кем-то другим. Мне и в голову не приходило, что на самом деле это могло быть отражением твоих чувств. Хотя это было логичнее! — последнюю фразу он едва ли не выкрикнул, тяжело дыша.
Питер внезапно понял, что сейчас творилось со Старком. Не привыкший показывать своих истинных эмоций, то, что копилось в нём всё это время, вырвалось наружу самым неприглядным способом из всех. И теперь, несмотря на то, что он пытался сдержаться — ничего не получалось.
Юноша подошел ближе и обнял мужчину, прижимая к себе. Он не знал, насколько это было правильное решение. Его ощутимо потряхивало, то ли от холода, то ли от испытываемых эмоций. Но он не мог сейчас позволить своей неуверенности всё испортить. Если Тони так тяжело принять себя, то пусть. Он не станет требовать от него невозможного, нельзя переделать человека под себя, по щелчку пальцев научив не сдерживать свои эмоции и желания.
— Я не нуждаюсь в ком-то, кроме вас. Мои чувства не продиктованы обществом, поощряющим сиюминутную любовь к истинной паре, вы были важны для меня задолго до нашей первой встречи. Как пример для подражания, но я не мог назвать те чувства любовью, просто потому что не знал вас настоящего. Но теперь, когда мы столько времени провели вместе, когда я вижу в вас личность, а не супергероя с обложек, мне хочется с уверенностью заявить: вы мне небезразличны. Именно такой, какой есть, — Паркер сбивчиво зашептал это на ухо Тони, изредка запинаясь и останавливаясь из-за кома в горле. В этом всём было слишком много эмоций, и юноша надеялся лишь на то, что мог передать хотя бы малую часть того, что терзало его все эти месяцы.
Когда его обняли в ответ, неожиданно сильно стискивая руками, хотелось смеяться от облегчения. Кажется, хоть немного, но у него получилось.
***
— Ребят, вы что, косплееры? — спросил их мужчина за кассой, еле сдерживая смех. Не каждый день к нему приходили настолько забавные гости. — Что ж, будем считать, что у нас сегодня день костюмов! Сделаю вам небольшую скидку. Питер буквально чувствовал недовольство Тони, но, несмотря на это, быстро расплатился за еду и потащил Старка в самый дальний угол ресторана. Они вновь вернулись в то место, где некогда ели китайскую лапшу. Радовало только то, что перед самым закрытием народа тут было не особо много. — Напомни ещё раз, пожалуйста, кому принадлежала идея прийти сюда после всего случившегося? — спросил миллиардер, так или иначе, послушно присаживаясь на мягкий диван. Было видно, что ему всё ещё неловко, но возмущаться он не спешил. — Мы же не можем игнорировать нашу традицию совместных ужинов, даже если это скорее относится к ночному перекусу, — ответил парень, пожимая плечами и разламывая палочки. Он натянул маску до переносицы и без лишних угрызений совести начал есть, комментируя, что сегодня в лапше уж слишком острый соус. Старку ничего не оставалось, как последовать его примеру.***
— Что же, кажется, маленьким паучкам пора спать? И не смотри на меня так, пусть ты и почти сдал свой проект, никто не позволит тебе завтра пропустить школу. Я лично позвоню тёте Мэй, чтобы удостовериться в этом, — сказал Старк, посмеиваясь и совершенно отказываясь признаваться в том, что ему не требуется звонить, дабы узнать, где находится парнишка. Тот забавно покраснел, принявшись доказывать, что он не поступил бы так, да и вообще, звонок его тётушке — это самое нечестное, что Тони может совершить в этой жизни. Он продолжал и продолжал свой монолог, пока не заметил, что мужчина едва сдерживается, чтобы не засмеяться — настолько мило это выглядело. Тогда, набравшись смелости, Питер быстро поцеловал миллиардера в уголок губ, сразу срываясь с места на паутине. «Спокойной ночи, мистер Старк!» — прокричал он на прощание, видимо, чтобы не показаться невежливым. Тони прижал руку к губам, всё ещё удивлённо поглядывая в сторону мальчишки. Кажется, они оба поняли, что в эту ночь между ними что-то изменилось.
