Caramel macchiato

      Ужасно пусто. Последний раз в кофейне было так тихо, когда это помещение еще пустовало. Когда его еще не наполнили людские разговоры, смех, где-то тонкий, где-то низкий и громкий, резкий звон колокольчика, который висит над дверью. Сейчас же, кажется что все вернулось назад. К началу. Холодный ветер бьется в окна, пытаясь расшевелить занавески в помещении, но напрасно, он просто не может достать их. Тихое тиканье часов эхом разносится по помещению. И дождь, бьющийся толстыми, тяжелыми, громоздкими каплями в окна и омывающий ими асфальт.       Можно подумать, что в кофейне пусто, что ее оставили, бросили, забыли, но это опровергают люди сидящие за столиками, пытающиеся справиться со своими эмоциями. Слезы. Эти маленькие блестящие капли можно увидеть в их глазах, они перемешаны с жуткой, раздирающей болью, которая рвет сердце. Тихие всхлипы разносятся по помещению. Похороны это страшно. Похоры близких людей еще ужаснее. Погода играет в такт мелодии боли, непринятия. Ведь, казалось, вот эти люди, рядом, смеются, радуются, спорят, ссорятся, кричат и… и вот их уже нет. Ужасное, горькое чувство отчаяния витает в воздухе. Наполняет легкие, в нем можно погрязнуть с головой. Утонуть в нем и не выбраться. Идти ко дну, долго, долго и стремительно. А есть ли дно вообще, есть ли та граница, где боль граничит с отчаянием. Переходит из отвратительного, тягучего чувства в острое, колкое, режущее тупым лезвием по сердцу, до рваных ран. Там где боль становится иступленной, а отчаяние бьет ножевыми. Пространство прорезает хриплый голос Анжелы. — Р-ребят, — девушка тихо всхлипывает, — я, наверно, пойду домой, я очень вымотана и, — ее речь прерывается плачем, — и я правда устала, всем нам нужен перерыв, — еще один всхлип разносится в помещешении, — и как только вы решите опять собраться, или, может, что-то сделать, вы можете н-написать или позвонить, — к концу ее голос садится и заменяется плачем. Она еле берет себя в руки. — Вообщем, буду рада услышать от вас хоть что-то, пока. Девушка медленно выходит из кофейни и тихий звон колокольчика разносится по помещению. — Это сильно ударило по всем нам, — Рома отчаянно моргает, пытаясь убрать слезы, которые катятся огромными каплями, — но мы, — он запинается, — мы не должны сдаваться. Мы все ещё есть друг у друга и мы же поможем и не оставим друг друга. Он срывается на рыдания. Резко поднимается с сиденья и выбегает из кофейни. Даша бесцветной тенью выходит за ним, пустым взглядом осматривая помещение. Теперь тут пусто и холодно. И это место не кажется таким родным. Или это просто кажется? Аня тихо похлопывает Диану по плечу, она отсутствующим взглядом смотрит в окно, на дождь, на капли, которые медленно стекают по стеклу. — Не сиди долго, тебе тоже нужен отдых, как и всем нам, — в ее голосе чувствуются слезы. Аня придерживает за плечи Сабину, смотрящую в одну точку, и выходит вместе с ней из кофейни. Помещение погружается в тишину. А часы все тикают. А время все идет.       — Ну, эм, привет — раздаётся голос Анжелы, — это так неловко, ну знаешь, разговаривать самой, зная, что тебе не ответят, — она усмехается и упирается взглядом в надгробие. — Когда мы с тобой последний раз виделись, я с тобой так и не попрощалась. Нормально не попрощалась. Казалось бы, мы только вчера шутили по поводу того ножа, который ты пыталась поймать, рискуя своей жизнью, между прочим… Господи, я упрекаю в этом мертвого, — она издает смешок, в этом смешке слышится боль.-Я сходила на могилу к Джу и знаешь, та ссора теперь кажется незначительной, теперь все кажется незначительным, — она горько усмехается. — У меня все хорошо, это первый день когда я вышла на улицу за 3 недели. Знаешь, они пролетели слишком быстро, — Анжела всхлипывает, утирает тыльной стороной ладони слезы, которые струились по ее щекам. Тут она что-то вспоминает. И резко, суетливо шелестит пакетом. — Ты как-то сказала, что хочешь себе игрушку свиньи, ну ту, которую ты увидела на витрине и «эта свинья вылитая я, я хочу ее». И я ее тебе купила. Девушка аккуратно кладет игрушку на могилу, попутно поправляя цветы.-Думаю теперь ты рада, что у тебя есть собственная копия, — она немного приподнимает уголок губ. — О, ты тоже здесь, — девушка резко оборачивается, замечает за собой Диану. — Я часто сюда прихожу, — она говорит, опережая вопросы девушки, — мне здесь нравится, тихо. И к Джу я тоже хожу, иногда. Недавно я видела Рому, он очень долго стоял, положил цветы и резко выбежал. Он очень чувствителен, ему больно, я его понимаю. Я видела и Аню, и Дашу, и Сабину. Все они приходили. И вот пришла и ты. Девушка села на маленькую скамейку, она была намертво вкопана в землю. — Знаешь, я думаю что это стоит пережить и, может, — девушка пожала плечами, — забыть. — Что? -Анжела нахмурила брови, — повтори то, что сказала. — Ну, знаешь, я думаю стоит отпустить и забыть, люди умирают каждый день. Да эта потеря сильно ударила по нам, но просто забудь и живи. Закончив фразу, черноволосая направилась к выходу кладбища. Анжела ошарашено смотрела ей вслед, ее слова сильно задели, и что-то едкое начало тесниться внутри. <      — Ты правда думаешь, что алкоголь — это решение всех твоих проблем? — спросила Аля, облокотившись на косяк двери, — ты пьешь уже неделю… может пора прекратить свое существование и начать жить? — Не твое дело, — тихо проговорила Аня, положив голову на стол. — Очень даже мое, — девушка покачала головой.— Ты сдохнешь, если продолжишь так пить. — Так это замечательно! — преувеличенно воскликнула Аня. — Да ты смеешься что-ли, — вспылила девушка, — потеря близкого человека не является причиной для того, чтобы себя довести до могилы. Да, больно. Но люди умирают каждый день и… и ты не к чему не придешь, просто загубишь себя и свое здоровье. Думаешь твои проблемы сами пройдут, если ты будешь заливать в себя бутылки с алкоголем? Да нихуя. — О, так если тебя что-то не устраивает, ты можешь уходить. — Ха… — смешок прокатился во внезапно возникшей тишине. Аля застыла на месте. — Да, знаешь, ты права. Раз ты забыла, кто помог тебе, когда тебе было еще более хуево, кто тащил тебя до комнаты, когда ты не могла встать, кто держал тебе волосы, когда ты блевала от отравления алкоголем. Но тебя даже это не остановило, — девушка медленно пошла к двери.— Да, ты добилась своего, — она усмехнулась, — Я ухожу! Резко по квартире пронесся оглушающий хлопок от захлопнувшейся двери.       Скрип двери и звон колокольчика раздались в тишине кофейни, ручка поддалась довольно легко. В помещение ввалилась Анжела, чихнув от облака пыли, что поднялось во время резкого движения. Оглядев помещение, она заметила парня, стоящего за барной стойкой, он что-то агрессивно печатал. — Эм, — подала голос девушка, — привет? — Привет, — парень резко поднял голову от телефона, — ты…? — он вопросительно посмотрел на девушку. — Я здесь работаю, — немного подумав, она добавила, — поваром. А ты…? — А я брат Алины и, да, по совместительству новый хозяин этой кофейни. — Эм, ок? — неуверенно произнесла девушка, — хах, — раздался неуверенный смешок. Следом за ним скрип дверей ведущих на кухню. Ветхая тишина продержалась недолго. — Почему здесь осколки от тарелок… и почему здесь осталось только 2 тарелки из целого набора?! — крик Анжелы раздался в помещении, она медленно вышла из кухни с тарелкой в руках. — Я просто делал инвентаризацию, — тихо произнес Даня, отходя назад. — Удачно, да? — девушка медленно надвигалась на него, — или ты решил, чем меньше тарелок, тем проще? — Я случайно. — Я тебя тоже сейчас отпизжу этой тарелкой… случайно. — Тогда останется только одна тарелка. — Я смотрю с математикой у тебя все хорошо. Хоть с чем-то повезло, раз руки из жопы. — Да, повезло, — Даня попытался разрядить ситуацию, правда, не очень удачно. — Беги, сука.       Когда Даша узнала, что Алины больше нет, то отказывалась в это верить, просто не хотела верить. Она каждое утро ждала, что Алина позвонит ей и накричит, что Даша опять опаздывает на работу, а потом запыхавшаяся она забежит в кофейню и получит подзатыльник от все той же Алины, потому что «господи, ты так надоела опаздывать». Но на похоронах, когда Даша подошла к гробу, она поняла, что больше Алина не позвонит, больше она не даст подзатыльник за опоздание, больше она не услышит ругань Алины с Анжелой, потому что Алина опять что-то уронила на кухне. Потом начался нескончаемый поток слез, не помогало ничего: ни успокоительные, ни снотворное, тогда Даша начала забываться в алкоголе, только с помощью алкоголя она могла наконец-то уснуть, хоть сон и был не долгим, но все же лучше, чем ничего, так она думала. «Эхх видела бы меня сейчас Алина, сразу бы окатила своим ледяным взглядом и дала бы подзатыльник»: подумалось Даше. «Ну или села бы тоже пить»: вспомнив о любви Алины к алкоголю, добавил мозг. Через два дня весь алкоголь в ее квартире кончился, Даше пришлось выйти. Она не хотела ни с кем говорить и надеялась, что ее никто не окликнет, но ее надеждам не суждено было сбыться. -Хэй, извини, тебе же есть 18? -, окликнул Дашу парень. На вид ему было лет 17, на его красивом лице была какая-то татуировка, толи палки какие-то, то ли проволока. -Да, есть, тебе купить что-то нужно? -безжизненным голосом сказала Даша -Если не сложно, то сидр и камэл синие-, услышав голос девушки, парень стушевался, но все равно протянул деньги. «ей явно не до меня»: подумалось ему. -Жди здесь выйдя из магазина и протянув парню все, что он просил, Даша никак не ожидала получить приглашение посидеть вместе, потому что «знаешь эффект попутчика? У тебя вроде какие-то траблы, у меня тоже. Так почему бы нам друг для друга не стать попутчиками?». А Даше как-то все равно, поэтому она и согласилась.       Парня как оказалось зовут Тимофей, он попросил называть себя Тим. Они болтали долго, Даша рассказала об Алине, парень рассказал о каком-то другом парне, в которого он влюбился, после они просто болтали обо всем и ни о чем одновременно. Разошлись они ближе к двум часам ночи. Выйдя на следующий день в магазин за сигаретами, Даша никак не ожидала опять встретить Тима, но уже не одного, а в компании, состоящий из двух девушек и одного парня. Тимофей опять попросил дашу купить алкоголь и сигареты, а после они опять разговаривали, но теперь в разговоре участвовали еще три человека. Ближе к ночи они все были уже порядком выпившие, Даша позвала их к себе, потому что одной в квартире находится было уже нереально. Буквально все напоминало об Алине. Так прошло ещё две недели. Даша пила, но уже не одна, отключалась от алкоголя, но опять же не одна. Никто не заметил, как в компании Даша стала своим человеком. Даше перестал помогать уже даже алкоголь. Даже наоборот, казалось он делает все только хуже. Ей казалось, что Алина всегда рядом, она чувствовала ее леденящий, осуждающий взгляд. Даша понимала, что катится в пропасть, но не могла остановится. К алкоголю прибавились наркотики. Даша снова начала спать. Даша все ближе приближалась ко дну. Даша оправдывала все тем, что "я не завишу от наркотиков. Я легко могу без них". И Даша могла, у неё все еще есть шанс вернутся к нормальной жизни. Без наркотиков, вечных пьянок, прокуренных легких, хуевой компании. Даша начала понимать, нужно подниматься, нужно жить дальше. Так хотела бы Алина. «Сейчас уже даже Алина не села бы с тобой пить, во что ты превратилась. Нужно кончать со всем. Напишу Тиму, скажу, что больше мы общаться не будем»: подумала Даша, когда увидела себя в зеркале. Но до телефона Даша дотянуться не успела. Дисплей засветился, показалась фотография Анжелы. Заиграла песня бибера -Сейчас Алина начала бы подпевать, -сказала вслух Даша. Она до сих пор помнит тот момент, когда песня бэйби стала их локальным мемом.       Даша не хотела разговаривать ни с кем из кофейни, потому что они бы опять подкинули воспоминания об Алине, но вспомнив, что Анжела обычно делает при встрече с теми, кто ее игнорирует, Даша все-таки взяла трубку -Алло? -Анжела будто не верила, что Даша взяла трубку. Последняя усмехнулась, -как ты? -А ты? -Даша решила сразу перевести стрелку на Анжелу, потому что ей ну очень не хотелось отвечать на этот вопрос -Ты готова снова приступить к работе? Уже почти все в сборе. А еще у нас новый начальник, — «я знаю, что ты так же как и я хочешь спрятаться под одеяло и забыть, но ты молодец, ты сильная, и я должна брать с тебя пример. Алина бы хотела именно так»: подумалось Даше -Да? И кто же? Когда приступать к работе? -Брат Алины. Ты знала, что у нее был брат? А на счет работы. Желательно сегодня, нужно все убрать. А завтра уже начнем ебашить, -«ебашить? Хах, Алина обожала это слово»: опять невпопад подумала Даша. -Брат? Нет, не знала. Сейчас соберусь и приеду, -не дождавшись ответа Даша сбросила.