Наша история, или Любовь под музыку!

— Привет! Прости, немного задержался, — влетает запыхавшееся чудовище по имени Энди. — Немного? Эн, уже восемь, ты час назад должен был приехать! — возмущённо пыхчу. — Ну, прости, в пробках застрял! — Ладно, всё, времени на разборки нет. Подхожу к шкафу, в котором были спрятаны обновки, открываю дверцу, и оттуда вываливается куча вещей, под тяжестью которых, не устояв, валюсь на пол. — Ааай! Бл*дь… — громко выругался я. Поднявшись на ноги, смотрю на огромную гору вывалившихся шмоток. Я когда-нибудь говорил, что у меня мало вещей? Забудьте! — Ты как всегда, — смеётся Эн — Неужели трудно было всё разложить, а не запихивать, м? Не обращая внимания на друга, ныряю в «барахолку» и достаю нужные мне вещи. Белая футболка и чёрные джинсы. Надеваю. — Черт, а это откуда? — досадно-то как. В районе колена красовалось засохшее пятно кетчупа. — И почему я не удивлён? — Эн закатил глаза. — Будешь держать одежду в такой помойке, найдёшь пятно от чего-нибудь другого! Уточнить от чего? — Обойдусь, придурок. — И ещё, футболка как из задницы. Меняй! Оглядев себя в зеркало, пришёл к выводу, что я «бомж». Во всяком случае, сейчас точно. Вновь начинаю рыться в тряпках, практически ползая на полу. В итоге, встаю с черной футболкой, рисунок которой напоминал череп. Быстро натягиваю её на себя. По телу ползут мурашки от холодной ткани. — Вот! Это то, что надо! — смотря на меня немного прищуренными глазами, говорит Эн. — Так, теперь низ нужен. — Иди в трусах! Ноги у тебя от ушей, зад что надо! Тому понравится. — Идиот! Помоги лучше. Блондин подходит к горе вещей и начинает копаться. Через пару минут вытаскивает тёмные джинсы, немного зауженные книзу. Хм. Симпатично. Надев нижнюю часть гардероба, достаю заранее приготовленный чёрный лакированный ремень и серые подтяжки. Затем взял шкатулку с бижутерией и большую косметичку. Устроившись на кровати, выворачиваем всё содержимое, выбирая подходящие украшения. Периодически дебоширя, мы всё-таки смогли найти нужное. Чёрный браслет со стразами, куча колец, довольно массивная серебряная цепь на шею. Главное не удушиться! Следующие двадцать минут я красился и укладывал волосы. Ярко накрашенные глаза, бесцветный блеск визуально полнит губы и добавляет сексуальности. Ногти покрыты чёрным лаком. Всё, я идеален! Поправляю причёску — примятый ёжик, выхожу из комнаты.* Идя по светлому коридору, мы с Энди болтали на тему: «хитрожопый план по захвату сердца». Бред полный, но нам весело. Кстати, об Энди, он выглядит великолепно: светлые коротко стриженые волосы, которые были залакированы в причёску под названием «торчу куда хочу». Синие рваные джинсы, красные замшевые ботинки на шнуровке (я тоже такие хочу!), чёрная футболка с белым принтом, чёрная кожаная куртка с высокой посадкой и подвёрнутыми до локтя рукавами. Перчатки без пальцев в тон ботинкам. — Ты, кстати, ту гору не убрал, не боишься приехать ночью пьяным и повалиться прям на неё? — хохотнул Эн. — Блин, не подумал, – ага, как же, я просто лентяй. — Ну и ладно, утром разберу. Выходим на улицу, в лицо дует прохладный ветер. — Билл, тебе не холодно? Конец октября на дворе! — Да ладно? А то я не знал! — Давай без сарказма, я, может, волнуюсь за твоё здоровье. — Да, нормально всё, мы на такси. Идём к главным воротам. Вдалеке видны два силуэта. Ну, думаю, всем понятно кто это. Когда мы подошли вплотную, Георг и Том обернулись, а мой мозг решил отключиться, крыша летела, махая черепицей. Дебильная ситуация. У всех нас четверых упала челюсть, и никто не мог пошевелиться, чтобы её поднять. Я жадно рассматривал соседа, давясь слюной. Как и в прошлый поход в клуб, Том был весь в белом. Но в этот раз все вещи были по размеру. Белые джинсы облегали стройные ноги, футболка, которая подчёркивала широкие плечи, и поверх неё блейзер. На голове повязка, на ногах кеды Nike. Шею украшали несколько цепочек, а запястье — часы. Внутренний голос орал: «Так, Билл, спокойно, посмотри на Георга!» Еле как оторвавшись от соседа, который распускал феромоны направо и налево, я перевёл обалдевший взгляд на Гео. За всё время знакомства, я впервые вижу его с собранными в хвост волосами. Светло-коричневые брюки с множеством карманов, тёмно-синяя кофта с длинными рукавами, и чёрные ботинки. Энди во все глаза рассматривал меня и Тома, потом выдал: — Да вы как Ангел и Демон, — а ведь он прав! Я весь в чёрном, он — в белом. Осталось только крылья приклеить. — Что-то мы дружно затормозили, — отойдя от шока, говорит Георг. — Билл, у меня нет слов. Ты фантастически красив, да, Том? Все как по команде уставились на бедного парня. А сам парень стоял и тупил. Потом, вроде, очнулся и стал мямлить: — А, ага, всем привет! — и это всё, что ты можешь сказать? Вот же скотина! Я, значит, старался, приводил себя в порядок, а он: «А, ага, привет». И снова все заткнулись, рассматривая друг друга. Пора спасать ситуацию! — Ребят, познакомьтесь, это мой лучший друг Энди. — Рад знакомству! — Эн пожимает парням руки. – Ты, значит, Том? Подходит к «Ангелу» и в наглую лапает за всё, что попадётся. — Ты что делаешь? — Том аж подпрыгнул. — Исследую. Расслабься! — затем, подходит к Георгу, повторяет то же самое. — Если мы и дальше будем здесь стоять, в клуб попадём не скоро. — Согласен, двинули. Вызвали две машины, Том с Листингом, я с Энди. В такси, как всегда, заткнуться мы не могли. — Блин, Би, я одобряю твой выбор. Он нереально красивый! — Знаю, а ещё несносный, вредный и сволочной! — Кто бы сомневался, — рассмеялся друг. — Когда мы встретились, Том просто пожирал тебя глазами! Я не экстрасенс, да и не психолог, но могу сказать точно, ты ему очень даже нравишься. — Не факт. Я просто хорошо выгляжу. Георг натурал, но смотрел так же. — Не-е-т, у Георга взгляд восхищения, а вот у Тома оценивающий и даже похотливый. — Наблюдатель хренов! Минут двадцать мы ехали до места назначения. Весь путь мы проржали как кони. Водитель смотрел на нас как на умалишенных. И был абсолютно прав! А нам плевать. Выйдя из машины, мы схватили Тома с Георгом в охапку и потащили к входу. Дело в том, что управляющий клубом — родной брат Энди, поэтому мы тут постоянные гости. Прошли спокойно, вне очереди. Все люди на улице пялились на нас как на божество. Ещё бы! Таких красавцев поискать надо! — За глазами следите, а то вывалятся скоро! — проорал я, перед тем как зайти. Посмеиваясь над очередной шуткой Гео, мы прошли к VIP-местам и уселись за свободный столик на четыре персоны. — Что-нибудь будете заказывать? — к нам подошёл парень, на вид лет двадцати, симпатичный. — Так, мне коктейль Араго, — отозвался я. — Мне бренди, – Том. — Мохито с ромом, — Энди. — А мне пиво тёмное, — Георг решил отличиться. Официант принял заказ и удалился. Дальше пошли самые разные темы разговоров. Много говорили о детстве, оказалось, Том с Георгом знакомы чуть ли не с детского сада. Рассказывали про школу, про то, как Том подорвал класс химии, а Георг разыгрывал учителя по физкультуре. Я, в свою очередь, поделился про свою школу, как однажды за пятёрку закрыл учителя в подсобке до следующего дня. Потом рассказывали, как мы с Энди познакомились. Он у меня телефон по пьяни стащил на одной вечеринке, а дня через два позвонил на домашний, просил прощения. Телефон, естественно, вернул. Мы начали общаться, а в дальнейшем стали лучшими друзьями. Потом темой стала Академия. — Билл, ты мне так и не рассказывал, как ты учишься. Я хочу знать всё! — уже изрядно подвыпивший, говорит Эн. Я закатил глаза, вспоминая прошедшие полтора месяца. — Билл и Том лучшие в нашем потоке. Да что там, лучшие среди вторых курсов, — вставляет своё слово Георг. — Даже так, а я всегда был убеждён, что Билл дурак, и кроме как голосить ничего не умеет. — Эн, я тебя сейчас коктейлем оболью! - вот зараза! — А ещё у нас есть завистники, которые портят нам жизнь, — это уже Том. — О как! — оживился блондин. — И что они сделали? Мы с соседом переглянулись и заржали, вспоминая картинки с голым задом и приступы смеха Георга. — Устроили бесплатный урок анатомии. Правда всего одной части тела, но нам и этого хватило. А вообще, Нейтон, конечно, задолбал. — Оу. Неужели так сильно надоел? — Ага, он нам как кость в горле, то записки с угрозами, то хрень какую-нибудь выкинет. Короче говоря, мы мстить собрались! — смотрю на друга, тот в свою очередь гаденько так улыбается. — Мстить, говоришь? — Да-а-а, и мстя наша будет ужасная! — протянул я. Эн немного подумал, потом резко расширил глаза. Это означает, что к нему пришла идея. Для полного счастья осталось лампочку над его головой зажечь. — Билл… скрипка! Ты играл на ней? Я вопросительно посмотрел на друга. — Нет, смысла не было, - пожимаю плечами. — О, ты играешь на скрипке? — вмешивается Гео. Мы с Энди дружно залились смехом. — О да… Ещё как! — еле выговаривал блондин. — А если честно, при игре Билла лопаются бокалы и вылетают стёкла. — Всё настолько плохо? — поинтересовался Том. — Ты даже не представляешь! И, кстати, моя игра первоначально должна была быть для тебя, Том. Эн смеялся пуще прежнего, а сосед уставился непонимающим взглядом. — Вспомни, как мы познакомились, — Том нахмурился и кивнул. – Ну, так вот, когда нас в одну комнату поселили, я хотел сыграть на скрипке, дабы заставить тебя биться головой об стену. Ну, выводил ты меня! Потом всё само собой наладилось, и я забыл. А Эн вдруг вспомнил, только не пойму для чего, — я стал коситься на успокоившегося друга. Тот снова заулыбался. Том лишь хмыкнул и отвернулся. Обиделся что ли? — Слушайте, а в Академии есть студия или что-то в этом роде? — задаёт вопрос Энди, делая глоток какого-то коктейля. — Ээ… ну есть, только доступ даётся с разрешения или для занятий, — информирует Гео. — Чёрт, надо найти возможность туда попасть. — Тебе-то зачем? — не понимаю. — Что задумал? — Расскажите мне об этом Нейтоне. — Ты решил помочь? — Ага. — Нейтон Лойс, ученик второго курса. Он был что-то типа знаменитости, один из лучших. Отличная учёба и всё такое. Вот ему-то и не понравилось, что за столь короткое время, Том и я стали новыми «знаменитостями» Академии. Он решил нас припугнуть, но пока у него это плохо получается. — О как, знаете в какой комнате он живёт? — Ну и… — Вот что хочу вам предложить! — Эн делает мудрую моську и начинает. — Найдите возможность записаться в студии. Точнее записать игру Билла. Поверьте, такого ужаса вы не слышали. Потом это скинуть на Рикшет.** — Стоп, стоп, — перебивает Гео. — Что такое Рикшет? — мы уставились на него как на идиота. — Устройство, которое воспроизводит любые звуки, закачанные на него через USB. Для него не требуются колонки, так как его подключают к общей сети. — Что значит «к общей сети»? — спросил я. — Ну, смотри. В школах есть система объявлений. Что-то вроде радио. В Рикшете есть специальный программный диск и его нужно запускать в рубке на главном компьютере. Прога чем-то похожа на вирус, только не вредит. И вот, когда записанные звуки нужно воспроизвести, на пульте от прибора надо нажать только одну кнопку, остальное сделает прога, — довольно улыбнулся друг. — А что сделает-то? — всё ещё не понимал Жора. — Автоматически подключит все колонки привязанные к радио и они одновременно заорут тем, что вы поставите. Громкость регулируется на самом Рикшете от пульта, так что даже если отключат звук, это не поможет. Только если вырубить саму прогу, но так как её нет на рабочем столе, вряд ли кто-то поймёт, в чём дело. Это нереальная громкость. Можно даже до выбитых стёкол довести. Ну, если колонки не сломаются раньше. Хм. За это можно и из Академии вылететь… Но если никто не узнает? Или даже можно подставить Нэя. — Так вот, — продолжил Эн. — Записываете скрипку Би и под любым предлогом проникаете в комнату этого парня. Там спрячете прибор, и одним нажатием пульта, Рикшет заорёт надрывными струнами несчастного инструмента. Говорю сразу, радиус действия — километр. Так что всё найс. — А зачем в его комнату? — не понимал Листинг. Ох, даже я уже понял. — Чтоб Рикшет потом у Лойса нашли и обвинили его, — зло говорю, предвкушая сладкую месть. — Энди, ты гений! — я в порыве страсти обнял друга до хруста костей. — Ты меня задушишь… — прохрипел блондин. Я на радостях захлопал в ладоши как маленький. Ещё полчаса мы беседовали на тему Рикшет. Продумали всё до мелочей, даже придумали предлог, под которым Том попадёт в комнату номер сорок девять. Затем Эн подцепил какую-то девочку и умотал в неизвестном направлении. Георг тоже успел смотаться. (30 Seconds to Mars — Up In The Air — Влючаем) В огромных колонках заиграла знакомая музыка. Точнее сказать, не знакомая, а любимая. Да! «Марсы»! Это их новая песня, которая вышла буквально в прошлом месяце! Хватаю Тома за руку и тащу на танцпол. «Oh oh oh oh oh, Whoah Oh oh oh oh oh Oh oh oh oh oh, Whoah Oh oh oh oh oh» В клубе поднялась шумиха, почти все стали подпевать, махать руками и заезжать по лицам неосторожных людей. Я протолкнул нас с Томом в самый центр. Нас тут же окружили пьяные подростки, кто-то прыгал, кто-то, несмотря на быстрый трек, обнимался и явно находился на своей волне. А мы начали орать вместе с колонками. Благодаря алкоголю стало легко, все проблемы отошли на второй план. Сейчас я наслаждался вечером, музыкой и человеком рядом со мной. Мы подняли руки и стали немного подпрыгивать. Часто соприкасаюсь друг с другом. «I'll wrap my hands around your neck so tight with love, love» В этот момент, какой-то ненормальный схватил меня за горло и потянул на себя. Я от страха аж взвизгнул не своим голосом. Том, увидев это, быстро среагировал и, обогнув меня, въехал мужику по роже, потом взял за запястье и резко дёрнул на себя. Я, не удержав равновесия, валюсь в объятия соседа. Мы так и застыли. Его сильные руки в районе лопаток, а подбородок прижат к виску. Я ощущаю аромат одеколона, который можно почувствовать, лишь вплотную приблизившись к Тому. Сердце забилось где-то в горле, грозясь вырваться наружу. Простояв так ещё пару секунд, я сам отрываюсь от столь желанного тела и делаю шаг назад. Боюсь сорваться, не удержать себя и впиться в его губы. — Ты в порядке? — прокричал Том. — Да! Всё хорошо, спасибо! — точно так же кричу ему в ухо. И всё продолжается. Музыка немного разрядила обстановку, мы снова стали на полную зажигать под марсов. Довольно часто я смотрел на его тело — гибкое, подвижное. Он быстро извивался под звуки трека, вышибая у меня последние остатки разума. «A thousand times I tempted fate. (Take no more) A thousand times I played this game. (Take no more) A thousand times that I have said. (Take no more) Today, today, today». Блин, как всё подстроено-то, даже слова песни под моё настроение. Сейчас, здесь, в этом клубе, я осознаю, что начинаю влюбляться в Тома. В его улыбку, глаза, которые начинают гореть, когда ему на ум приходит очередная идея, в его голос, низкий с хрипотцой, сильные руки, музыкальные пальцы… Чёрт, Билл, прекращай! Вот только возбудиться сейчас и не хватало! Песня заканчивается, и я так этому благодарен. На лице играет улыбка, я доволен. (Выключаем) — Супер, обожаю эту песню! — Да, классный трек. Я, признаться, раньше не слушал 30STM, но теперь буду, — Том улыбается. Уже собираюсь уйти, как начинается новая песня, медленная. (One Republic — All The Right Moves — Влючаем) Том хватает меня за локоть и притягивает к себе. — Под твою любимую песню мы танцевали, теперь играет моя любимая, и я приглашаю тебя на танец! — шепчет на ухо. Кожа покрывается мурашками. Том протягивает мне руку, мол, соглашайся, насильно заставлять не буду. Бог мой… Сердце вновь пустилось в пляс. Я протягиваю ладонь, и меня тут же заключают в объятия. Начинаем двигаться в такт музыке. Его руки легли на мою талию, крепче прижимая к себе. Я обвил его руками и, уткнулся носом в изгиб шеи, вдыхая головокружительный запах. Господи, дай сил сдержаться! Разноцветные огни гуляют по разгорячённым телам, много пар танцуют под песню. Я раньше слышал её, но как-то не зацепило, а теперь она станет одной из самых лучших для меня, точно. «I know we’ve got it good But they’ve got it made And the grass is getting greener each day I know things are looking up But soon they’ll take us down Before everybody’s knowing our name» Том прижимает меня ещё ближе, хотя, казалось бы, куда ближе-то? Но нет, практически впечатывает в себя. Руки начинают гулять по спине, вызывая стадо мурашек. Чувствую его сердце, оно так быстро бьётся, неужели из-за меня? Чувствую его дыхание у себя на щеке. Закрываю глаза, полностью отдаваясь во власть его рук и своих эмоций, которые, к слову, зашкаливают. Ощущаю его тепло, хотя, нет, скорее жар. Да, именно. Жар его тела. Для нас перестаёт существовать всё вокруг, только мы, музыка, соприкосновения тел. Песня всё играет, мы плавно двигаемся, прижимаясь. И тут Том целует меня в шею. Я распахнул глаза, находясь немного в шоке, а Том, тем временем, начинает тереться носом о скулу и, не почувствовав моего протеста, повторно целует. Немного отодвигаюсь и заглядываю в глаза. В них столько нежности, что в животе, как это называется, «запорхали бабочки». Не выдержав, подаюсь вперёд и прикасаюсь к его губам лёгким поверхностным поцелуем. Мягкие, тёплые… Так приятно, волнительно. Он ответил. Ответил! Прижимаюсь настолько, насколько это возможно, не углубляя поцелуй. Отрываемся буквально на секунду, для того чтобы втянуть в лёгкие воздух, а потом вновь припадаем друг к другу. Сейчас мы «на своей волне», не обращая внимания на косые взгляды, наслаждаясь пухлыми, податливыми губами друг друга. Его пирсинг сводит меня с ума. Интересно, когда он почувствует штангу в моём языке, как отреагирует? Песня подходит к концу, мы отстраняемся и, взявшись за руки, идём обратно к столику, за которым сидели Георг и Энди с довольными рожами. М-да, стопроцентно, всё видели.