Destroyed

Эдди Каспбарк слегка потирает руки от прохлады, что сочится из не самых новых окон в спальне Беверли, пока она, в свою очередь, игриво улыбается, лежа на кровати. У них двоих сложилось четкое мнение о том, что Кэролайн наглая врунишка, а еще имеет очень плохую память, раз забыла о том, что еще утром упомянула о командировке Розы на месяц. Эдди с некой досадой видит, как машина «тети Розалины» подъезжает к углу дома, аккуратно останавливаясь, и вздыхает. Он привык, что Ричи Тозиер занимает в сердце Кэролайн Кокс особенное место, но после того, как она вернулась, он наивно полагал, что все изменилось. Эдди не очень любил признавать, что он ошибается, особенно если это касалось его немного больной темы, идущей прямиком из детского возраста. Он и сам понимал от части, почему все самое лучшее всегда доставалось Ричи, но это не мешало ему слегка поджимать губы, когда всеобщее внимание вновь уделялось темноволосому товарищу, а не ему. Эдди его лучший друг, Каспбарк никогда не отрицал, что даже он сам безумно тянется к общению с балаболом, и со временем он почти отпустил все свои странные детские обиды. Все кроме одной. — Она всегда выбирает его, и я не понимаю почему, — Каспбарк, слегка наклоняет голову, не отрывая взгляда от окна, но Беверли понимает, что он обращается к ней. — Я думала ты уже с этим смирился, — девушка сочувственно пожимает плечами, не зная, что именно хочет услышать Эдди, а метаться между двух огней ей очень сильно не хотелось. — Да, просто… Бесит. Оба замолкают, а тишину неожиданно нарушает хлопок двери внизу. В ту же секунду в поле зрения русоволосого появляется девушка, которая обнимая себя руками, не торопясь, двигается к парню, что облокотился на бампер автомобиля. Неловко подходит и, топчась на месте, поднимает голову, чтобы смотреть Тозиеру прямо в глаза. А Ричи слегка улыбается, без особых приветствий открывая ей дверь на пассажирское место, а затем негромко захлопывает ее, стремясь скорее оказаться за рулем. Эдди слегка хмыкает про себя, когда задергивает шторы, и обещает себе, что когда-нибудь ему будет глубоко на это наплевать.

***

Ричи слегка отбивает пальцами ритм незамысловатой мелодии, что приятными волнами льется из магнитолы. Я слегка поворачиваю голову в его сторону, наблюдая за выражением его лица, и он, на мое удивление, достаточно спокоен, губы, как всегда, сложены в легкой полуулыбке, а руки достаточно расслаблено держат руль. Накрываю пальцами глаза, слегка на них надавливая и пытаясь вернуть себе свою внешнюю невозмутимость, а заодно придумать себе оправдание почему я тут нахожусь, и куда мы, в конце концов, направляемся. С того момента как я села в машину, мы ни разу не заговорили, что заставляет меня чувствовать некоторую неловкость, и я ерзаю, слегка стягивая джинсы на коленках, чтобы унять дрожь рук. Мне не нравится, что я при Ричи чувствую себя словно припадочная взбалмошная женщина с шестой улицы, которую мы с неудачниками нежно прозвали «Чокнутая». Отворачиваюсь к окну, не находя на его лице никакой реакции на мой взгляд, и задумываюсь, подпевая мелодии.

/flashback/

— Ну и куда мы направляемся? — девушка игриво вздергивает нос, глядя прямо перед собой, где пейзаж слегка расплывается из-за количества выпитого спиртного. — Я не знаю куда тебя лучше отвезти, — наблюдает за небольшим недоумением, появившемся на лице подруги, — Ну а вообще, я склоняюсь к тому, чтобы скинуть тебя где-нибудь в канаве, — черноволосый слегка усмехается, когда до его ушей доходит недовольное ворчание, — Но лично я еду туда, где могу войти в примерно такую же кондицию, как и ты. Девушка слегка вытягивает шею, слишком медленно осознавая, дошедшую до нее, информацию. — Мы едем еще пить? — удивленно моргает, заправляя за ушко выбившуюся из прически прядь, и всем телом разворачивается к парню, практически ложась на сидении, словно находиться в своей кровати. — Нет я же уже сказал, — выдерживает мучительную паузу, мысленно хваля себя за актерское мастерство, — Тебя сейчас в лес по-быстрому, а дальше я уже в состоянии без некоторых разобраться чем мне заняться, — продолжает издеваться, уже открыто улыбаясь и смеясь над своей попутчицей, что недовольно складывает руки на груди, всё-таки отворачиваясь. Темноволосая, на самом деле ни чувствуя никакой настоящей обиды, решает показательно не смотреть на своего спутника, и уставляется в окно, не желая разговаривать с этим заносчивым придурком. Ей хочется как-нибудь отомстить, может быть, даже как-то подшутить над этим треплом, но в голову абсолютно не приходит ни одного остроумного ответа, поэтому просто закусывает губу слегка погружаясь в себя. — Ладно, так уж и быть, — приятный голос парня выдергивает из собственных мыслей, и она вновь переводит свое внимание на него, — Скажи спасибо, что я сегодня добрый, — голубоглазая фыркает, но все же улыбается в ожидании конца реплики, — Ты пойдешь напиваться со мной, но при одном маленьком условии, — голосом переходит на шепот и замолкает, пытаясь создать интригу вокруг своей очередной шутки. — Я вся во внимании, — приподнимает бровь, устанавливая зрительный контакт. — Ты пойдешь со мной, взамен на свою девственность! Последнюю фразу кудрявый радостно выпаливает, и даже убирает руки от руля, чтобы сделать несколько радостных хлопков, словно аплодируя себе за такую гениальную идею. — Боже, Ричи, ты такой придурок! — Восклицает, слегка вскидывая руки, — Надо было вот чушь какую-то сморозить обязательно, — хмурит брови, желая отстоять свою честь, — Я ни за что не отдам тебе свою невинность, — вновь отворачивается, не желая рушить свой правдоподобный образ глупым смехом. — Почему это? Ты ее продать что ли хочешь? — Чего? — уже не сдерживаясь хихикает, вновь глядя в глаза парню, который не дает ей покоя ни во снах, ни в жизни. — А того. По-моему, нету никаких других причин, чтобы отказаться от потери невинности со мной, — скидывает руку вверх, начиная показательно загибать пальцы, — Во-первых, я чуткий и осторожный, — первый палец, — Во-вторых, обещаю, — в доказательство поднимает руки, — Я не буду над тобой смеяться, — второй палец, — И, наконец-то, в-третьих, — третий палец, — Я никому не расскажу, даже если ты будешь очень, — специально растягивает слово, улыбаясь словно чеширский кот, — Очень плоха. Девушка молниеносно ударяет нахала в плечо, а затем быстро прячет лицо в ладонях, желая скрыть свои раскрасневшиеся щеки. — Обязательно рассмотрю ваше предложение на неделе. — Нет уж, милочка, это никакое не предложение, это целый обряд, — в очередной раз улыбается, наблюдая за смутившейся подругой, пока в голове рождается тысяча и одна шутка на счет поросят, — Так сказать, подготовка к попойке с Ричи Тозиером. — А можно вместо этого я поеду трезветь домой? — Вызывающе стреляет глазами в сторону парня, которого мысленно обозвала сатанистом, — Мне такой обряд больше по душе, буду откровенна. — Нет, мне будет скучно без твоей компании, а тебе совесть не позволит бросить своего лучшего друга в такой ситуации, — вздыхает с наигранным сочувствием, покачивая головой из стороны в сторону, — Можешь отдать должок попозже, я не тороплю. Подмигивает, заглушая автомобиль, так как они уже доехали до точки назначения.

***

— Ну что? — губы Ричи растягиваются в уж слишком хитрую улыбку, после которой он хитро щурит взгляд, — Вернешь должок? Кэролайн в непонимании наклоняет голову в сторону, пытаясь анализировать сказанное. О чем он говорит? Какой должок? Зависает, смотря ему в глаза и с непониманием поднимает бровь. Ричи доволен такой реакцией, поэтому кратко хохотнув, отворачивается, глядя на дорогу, но вовсе не переставая улыбаться. — Девственность, — улыбается еще больше, добродушно пожимая плечами, — Ты задолжала мне. Кэролайн охватывает дрожь и легкое смущение, что как назло вспыхивает на щеках. Как он вообще это вспомнил, если даже она словно вычеркнула этот эпизод из своей памяти. Ричи играет бровями, в тот момент как Кокс ругает себя за еще больший ступор в присутствии балабола. — К сожалению, мне уже нечем отдавать тебе должок, — слова успевают вырваться быстрее, чем девушка успевает их осмыслить, и ее глаза в моменте расширяются от осознания того, что она только что сказала. Она ждала, что Ричи сейчас расхохочется ей в лицо, покрутит пальцем у виска, но ее встретил лишь укол карих глаз и молчание. У Ричарда Тозиера неприятно сжалось, где-то в районе груди или лопаток, и он искренне пытался вернуть себе веселый настрой, чтобы не показывать своей подруге настолько непривычную реакцию от него. Ричи почувствовал горькое послевкусие после ее слов, и, если честно, пытался убедить себя, что он не знает, что на него нашло, что это были в любом случае просто дурные шутки, и Кэролайн давно выросла. Но черноволосый осознавал, что дело не в его волнении и в опеке, и даже не в том, что это мог быть какой-нибудь хрен, который ей воспользовался и обидел, дело в чувствах, которые он старательно игнорировал, как и звонки своей уже экс (?)-девушки. Кэролайн. Кэролайн. Кэролайн. Это чертово имя крутилось в голове сутками, с утра и до вечера, после сна и перед сном, и парень пытался прогнать это словно шум в голове, ведь так нельзя. Они всего лишь друзья, и он считал, что те чувства, что он испытывал к ней до ее летнего уикенда, должны были исчезнуть вместе с ее укатыванием в Речной, что так искренне и всей душой возненавидел Ричи. Ведь именно этот город забрал его Кэролайн, этот город пережевал ее и выплюнул обратно новым человеком, совсем не той, кем она была раньше, и с кем так близок был Ричи. Они будто вновь стали незнакомцами с ее приезда. Ушла теплота, и было проще вести себя как мудак, думать как мудак, отгоняя прочно засевшие мысли о былой нежности. «Ебаная Кэролайн», «Дуреха Кокс», «Раздражает», «Заебала» — гребаная ложь, крепость в которую закрыл себя Ричи, лишь бы только не начинать думать, образ, который он не допускал себе разрушить в своих мыслях о ней. Ведь так проще. Так надо. И Тозиер был в ярости, после того, как заметил ее изменения, ведь она словно ускользнула у него сквозь пальцы, несмотря на то, что он сам сбегал от своих чувств, которые длились много лет. Скрывал, не давая никому даже намека на то, что они существуют, забывался в девушках, грубил ей и насмехался с целью отодвинуть ее из своей жизни подальше, а затем сам, подобно псу возвращался и был рядом. Как друг. Ее самый близкий друг. Который в упор не видел того, что эти чувства взаимны. Все влюбленные — слепы, не так ли? Молчание затянулось, и Ричи натянуто усмехается, совсем не так как он планировал, вводя девушку в еще большее заблуждение своим резко сменившимся настроением. — И как оно? Понравилось? — горечь в голосе въелась в голову к Кэролайн и ей стало стыдно. Хотя, чего ей собственно стыдится? С чего вообще такая реакция, и Кокс злится, выдавая: — Знаешь, а мне даже очень понравилось, — смотрит в глаза с вызовом, не понимая каким образом градус в машине так накалился. Ричи ухмыляется, как-то уж очень горько и в этот момент неожиданно съезжает с дороги, останавливаясь вдоль леса как-то уж очень резко. Кэролайн дергается от легкого испуга, и хочет было открыть рот, чтобы выругаться, но Ричи перебивает ее. Он неожиданно сильно притягивает ее за подбородок к себе, чуть ударяясь зубами о губы девушки, и совершенно не обращая на это внимания, ослабляя хватку, целует. Кэролайн готова поспорить, что ей это снится, и ей хочется рассмеяться Ричи в лицо, будто это очередная его шутка. И она понимает, что все достаточно реально, когда после замешательства отвечает на поцелуй. Тозиер целует жадно, не сбавляя обороты, будто очень давно этого хотел. А он ведь и правда хотел. Кэролайн еле дышит, стараясь отвечать также умело, хочет показать ему, что тоже этого хочет, а в доказательство этого сердце ускоряет свой ритм настолько, что в грудной клетке становится тесно. Ричи нравилось ее целовать. Он притягивал ее ближе насколько это позволяла коробка передач между ними, и не думал останавливаться. Его руки проникали под футболку отдавая жаром кожу спины Кэролайн, и словно в медленной пытке проводили ей от позвоночника к копчику. Кокс жадно хватала воздух ртом, когда с губ Ричи перешел на шею. В животе стягивался тугой узел, а голова опустела в тот момент, когда он языком провел от ключиц до мочки уха она лишь сильнее сжала кудри Ричи, слишком томно выдыхая. Нет это не сравнится с ее первым разом, это вообще ни с чем не сравниться. И Ричи осознает, с каким желанием он тянет ее на себя, утыкается носом в ямочку на шее, прежде чем снова накрыть ее губы своими. Он слишком быстро дышит, внутри творится хаос, и он не понимает, почему еще жив, ведь чувства, которые копились столько лет своим выплеском способны сломать ему все ребра. Он не понимает, как он мог в кого-то «в л ю б и т ь с я», если он уже был влюблен, все это время он был влюблен в ебаную Кэролайн, в свою, сука, мать его, подругу. Поцелуй разрывается, и никто из них не может сказать сколько времени прошло. Они тяжело дышат, прислоняясь к друг другу лбами, но отдышаться не получается. — П-прости, — Ричи не узнает свой голос, который заметно осип из-за пересохшего горла. Кэролайн слегка отклоняет свою голову от его, заглядывая Тозиеру в глаза. Мир в секунду треснул от мысли, что он скажет ей, мол все это была ошибка, закругляемся и забываем. И девушка готова поклясться, что она готова умереть прямо тут и сейчас, если это окажется правдой. — За что? — поникший голос режет собственные уши, и она горько улыбается, готовясь услышать то, чего не хочет. — За то, что соврал тебе. Тогда на пороге. И Кокс резко поднимает голову, снова с трепетом глядя в глаза Ричи. Он улыбается, вновь прикасаясь к ее губам, а затем ко лбу, прикрывая глаза с облегчением вздыхая. — Я тоже тебе соврала, — Ричи разглядывает ее лицо, заметно мрачнея, — Первый раз был отвратительный, а другой попытки у меня не было. И они смеются, тихо, искренне. Ричи ругает за то, что старался, как можно грубее отзываться о ней в своих мыслях, врубая защитную реакцию в ответ на свои чувства. А Кэрри, не понимает в какой момент плана «Забыть Ричи Тозиера» она свернула не туда.