Спецзаказ

      — Да-а-айчи, — простонал Терушима и перестал сдерживаться, плавно переключившись с поцелуями на грудь и живот Савамуры, иногда задевая бусиной пирсинга и посасывая соски, одновременно с этим дрожащими руками ныряя за пояс штанов вздрогнувшего мужчины.       С вынужденным вздохом оторвавшись от увлекательного занятия с поцелуями, Терушима быстро закончил начатое, несколько суматошно стянув с Савамуры штаны. Отбросив ненужный предмет гардероба в сторону, Терушима резко наклонился и прижался горячим ртом к паху Савамуры, надавав на очевидную выпуклость мокрым языком сквозь ткань ставших вдруг тесными хозяину боксеров.       Участившееся дыхание Савамуры подсказало, что движется он в верном направлении, поэтому затягивать с такой неконкретной лаской Терушима не стал, и через пару секунд боксеры постигла участь отброшенных ранее штанов.       Скользнув восхищённым взглядом по обнажённому телу, Терушима, влажно выцеловывая каждый кубик пресса, сжал рукой напряжённый член непривычно покорного Савамуры. Не давая партнёру ни малейшей возможности хоть что-то предпринять самостоятельно, Терушима переключился с поцелуями на внутреннюю сторону бёдер, а потом плавно накрыл вздыбившийся орган ртом, глубоко заглатывая и лаская языком.       Этого Савамура уже не мог спокойно вынести и громкий вскрик невольно сорвался с приоткрытых губ, а пальцы судорожно вцепились в «авангардные простыни». Но жадному в своей страсти Терушиме хотелось большего.       Выпустив член изо рта, всем телом скользнув вверх, он коротко поцеловал Савамуру и поднялся с кровати. Савамура с внутренней дрожью наблюдал, как эффектно выгнувшись, Терушима снимает с себя футболку, а за ней шорты с трусами.       Вид обнажённого Терушимы заставил Савамуру судорожно сглотнуть, а его член заметно дрогнуть. Савамура и сам не ожидал, что будет так остро реагировать, что больше всего в данный момент ему будет хотеться лишь одного — прижать Терушиму к себе и целовать-целовать-целовать до помутнения рассудка.       Терушима ещё какое-то мгновение покрасовался, а потом подошёл к кровати и, сжалившись над сгоравшим в нетерпении Савамурой, одним гибким движением уселся ему на бёдра.       Ощутив твёрдым членом прижавшуюся к нему горячую промежность, Савамура просто задохнулся от прошившего всё тело наслаждения и предвкушения. Невольно обняв Терушиму, руки Савамуры сжались на его талии и нервно дёрнулись по направлению к…       — Тихо, Дайчи, — неожиданно низким голосом проговорил Терушима. — Я сам.       Потемневшим взглядом Савамура наблюдал, как Терушима приблизил к его лицу руку и пальцами погладил губы, молча умоляя принять и немного поиграть с ними. Савамуру не пришлось долго уговаривать, пальцы Терушимы тут же оказались у него во рту.       Терушима облизнулся, сверкнув пирсингом (Савамура когда-нибудь точно свихнётся на почве неожиданного фетиша), рукой обхватил собственный член и, касаясь головкой живота Савамуры, стал двигаться всем телом, возбуждающим трением заставляя обоих постанывать от удовольствия.       Савамура, блуждая тёплыми ладонями по спине Терушимы, внезапно весьма ощутимо прикусил мокрые от слюны пальцы, выказывая нетерпение и провоцируя его на скорое продолжение. Понятливый Терушима тут же сменил пальцы на скользнувший в рот Савамуры юркий язычок, мгновенно завязывая с «противником» сладкую битву.       Тихо постанывая и продолжая целоваться, Терушима ввёл мокрые пальцы в анус, помогая быстрыми круговыми движениями растянуть сфинктер.       Задыхаясь от жажды действия, Терушима ласково прикусил нижнюю губу потерявшегося в ощущениях Савамуры и, приподнявшись, рукой направил его член себе между ног, приставив мокрую головку к расширенному отверстию и слегка надавив. Савамура потрясённым взглядом уставился на него, силясь что-то сказать, но… Терушима ждать не собирался, одним махом вбирая в себя налитый кровью орган на всю длину.       Савамура, хрипя от наслаждения, сильно сжал его ягодицы и рефлекторно притянул ближе к себе, ощущая, как член до предела наливается кровью и твердеет в горячем анусе Терушимы, который дрожал всем телом и громко стонал, постепенно начиная столь необходимое им движение.       Савамура никогда не думал, что секс с мужчиной может быть таким… таким ярким и потрясающим, как бы банально это ни звучало. И он больше не сдерживался, быстро целуя подставленные ласке горло и лицо Терушимы, жарко опаляя кожу любовника рваным дыханием, купаясь в полных огня и страсти стонах.       Терушима ускорил ритм, сильно выгибаясь и с каждым разом стараясь насадиться на скользкий от естественной смазки член глубже, словно хотел слиться с Савамурой в одно целое. Совершенно обалдев от происходящего, чувствуя, что вот-вот наступит разрядка, Савамура крепко сжал бёдра Терушимы, самозабвенно откликаясь на любое движение и толкаясь навстречу безудержным скачкам.       — Дайчи… Так хорошо, да? — обняв за шею, Терушима притянул его к себе, не прекращая подниматься, изгибаться, с каждым разом вбирая в себя всё больше и больше. — Да-а-айчи… — жарко прошептал в ухо Терушима и губами дотронулся до чувствительной мочки, нежно прикусив и поиграв с ней языком.       Чёртов пирсинг!       — Дайчи-и-и…       — Да! Да-а-а… — резко выгнулся Савамура, мощно кончая прямо в дрожащее от взрывов оргазма тело, чувствуя, как вокруг его члена сокращаются упругие мышцы стонущего в экстазе Терушимы. — Потрясающе. Ты — потрясающий! — Да-а-айчи, какой же ты всё-таки…

***

      — Даже странно, — задумчиво протянул Терушима.       — Что и-и-именно? — не особо желая знать ответ, зевнул Савамура.       — Ты здесь, рядом… спокойно лежишь… и никакого телефона… Кайф!       Секунда, вторая. Савамура резко подорвался, но… тут же упал обратно.       — М-м-м? — в удивлении вскинул бровь Терушима.       — Меня сегодня ждёт Суга, забыл? — хмыкнул Савамура и задумчиво протянул: — И, между прочим, давно ждёт. Я ведь обещал заглянуть к тебе на пару минут… — прикрыв лицо ладонью, он обречённо застонал.       — Нельзя обижать друзей, тем более, такого милашку, как твой Суга.       Савамура удивлённо на него посмотрел.       — А что? Он, действительно, милашка, — Терушима улыбнулся. — И его близняшки тоже, и…       — И я уже сильно опаздываю. Прости, Юджи, — встав с кровати и подняв разбросанные вещи, Савамура быстро оделся.       — Ничего, я понимаю… Но знаешь, давно хотел тебе сказать: ты слишком много работаешь, а твоя личная жизнь — кошмар!       — Главный кошмар моей личной жизни — ты, — ворчливо, но совсем необидно пробурчал Савамура.       — Зато я хотя бы есть, — засмеялся Терушима и внезапно тихо добавил: — По крайне мере, сейчас.       Почему-то последнее утверждение, острыми коготками царапнув по сердцу, не понравилось Савамуре, заставив нахмуриться. Но Терушима не стал развивать тему, а со свойственной ему бесшабашностью улыбнулся и, соскользнув с кровати, подошел к Савамуре.       — Всё у тебя будет хорошо, вот увидишь!       Савамура, немного смутившись, посмотрел на голого Терушиму, но тот, не обращая внимания на всякую (как он считал) ерунду, просто обнял Савамуру и чмокнул в подбородок.       — Юджи, я…       — Беги уже.

***

      Терушима вернулся к кровати и со всего размаху на неё запрыгнул. Расслабленно раскинув руки и ноги, всей кожей ощущая прохладу ткани, он отрешённым взглядом уставился в потолок.       — Думаю, это будет золото… — непонятно протянул Терушима, обращаясь, наверное, к пустой спальне и с достоинством выдержавшей первый бой кровати, на которой скомканным ворохом топорщились «авангардные простыни».