Game Over. Индийский океан

1 A.M. База Муданьцзян имени Ким Хичоля Великолепного - Просто я хотел, ну... побыть с ним наедине, что ли, - Кюхён кивнул на сонного и слегка не отупляющего реальность Чанмина. - Разве не к этому всё шло сегодня? - Да он же пьян в дрова! - Хичоль пожал плечами. - И лыко не вяжет. О чём ты с ним говорить собрался? - Ну, не знаю, - стушевался тот. - А, что, он вообще никакой? - Ты сам посмотри! С сожалением встав с нагретого за столько часов сидения места, Кю подошёл вплотную к Максу, игнорируя вездесущий взгляд Хи. Он сел на землю напротив него, беря того за руки, и слегка их потряс. - Мин-а, - позвал Чо, - ты там живой? - Гхмн, - услышал он в ответ. - И что это значит? - хмыкнул Кюхён. - Можно мне переводчика с пьяного на корейский? - Он сказал, что он жив и даже тебя слышит, - ответил Релла. - Думаешь? - изогнул бровь тот. - Ну, или это, или он зачем-то сказал слово "гимн", одно из двух, - хихикнул Хичоль. - Как думаешь, ты справишься один? - Да, спасибо, иди уже, - кивнул он. Ещё немного с недоверием понаблюдав за безрезультатными попытками макнэ SuJu расшевелить пьяного друга, Хи поспешил в сторону палатки, краем глаза замечая при этом подсвеченную лунным светом обнаженную филейную часть Хёкдже, которая тут же спряталась в океане. - Ни стыда, ни совести, - он покачал головой. И завтра он обязательно подколет их по этому поводу. Оставшись у костра в гордом одиночестве и решив действовать более радикально, потому что не так он планировал провести эту ночь, Кю со всей дури стукнул втыкающего в пол Чанмина по щеке. Оглушительный шлепок неприятно отозвался в голове. А в ответ - тишина. - Эй, утырок! - Кюхён ударил его по лицу ещё раз, немного сильнее. - Ты какого хрена так накидался? - На-а-а, да, - глупо улыбнулся Шим, наконец, пробудившись и подняв голову наверх. - Алё, бля! - Чо помахал у того перед носом. - Ты тут? - Да тут, тут, - недовольно поморщившись и помотав головой из стороны в сторону, ответил Макс. - Чего тебе? - Мне чего? - опешил тот. - Мне сегодня нужен был ты, между прочим! - Я? Тебе? - не понял он, поднимая на того раскосые глаза. - А зачем? - А ты сам не догадываешься? - Кю прыснул, зажимая лицо Чанмина между своих ладоней, как будто бы фиксируя и заставляя тем самым смотреть только на себя. - Очнись уже, ну! Макс скривил губы в недовольной усмешке. - Чего тебе? - Ну, я, между прочим, ждал этой минуты с самого начала вечера, - заметил Кюхён, - потому что хочу поговорить с тобой наедине. - Ну, так говори, - фыркнул тот, стараясь зацепиться хоть за что-нибудь своим расфокусированным взглядом. - Чего? - Может, хватит уже дурью маяться? Давай поговорим о нас. - О, бля, - Чанмин скинул со своего лица чужие ладони, - и почему вам, девочкам, постоянно нужно обо всём поговорить? - Я сейчас пропущу этот твой комментарий мимо ушей и не заеду тебе со всего размаха в челюсть, - процедил Чо. - Ну, давай поговорим, - Мин закатил глаза. - Что у нас на повестке дня? Ты и твой возлюбленный, кажется? - Ну, в общем-то, да. - И как он? - Эм... что? - не понял Кю. - Ну, как он? Какие у вас взаимоотношения теперь? Вы уже признались друг другу? - Ещё нет, но... - Ты хочешь спросить у меня совета? - прыснул тот. - Хочешь, чтобы я подсказал тебе, что делать и как его вернуть? - Вернуть? Стой, ты вообще о чё... - Ты же рад, что он приехал на остров, не так ли? - снова перебил того разошедшийся Чанмин. - Скажи, рад? - Причём тут Сонмин вообще? - Кюхён схватился за голову. - Почему ты говоришь о нём? - Да так, - тот скрестил руки на груди. - Мне, конечно, доставляет удовольствие постоянно вставать между вами и натравливать всех остальных на ваши отношения, но, - он ненадолго задумался, - знаешь, это всё-таки больно и немного надоедает. - Ты, блять, покурил, что ли, чего-то запрещённого? - покосился на собеседника Чо. - Между мной и Сонмином всё кончено! Алё, ты это понимаешь? Кончено! Мы расстались ещё до моего приезда сюда! - А вот он, похоже, так не считает! - Да мне плевать с высокой колокольни на то, что он там думает и считает! - не сдерживая эмоций, возмущался тот, активно при этом жестикулируя. - Ты, блять, реально олень или прикидываешься? Сколько ещё мне намёков нужно сделать, чтобы до тебя дошло? Сколько ещё раз мне нужно обнять тебя ночью? Сколько многозначительных взглядов кинуть в твою сторону? Твой крошеный мозг вообще способен понять хоть что-нибудь настоящее? Алё! Проснись! Ты хочешь, чтобы я сказал это прямо? Я не люблю Сонмина! Он мне безразличен! Мне плевать на него и его чувства! Мне плевать даже на то, что он обо всём этом думает! И мне похуй на то, что по ночам ты сосёшься с Хичолем у дальней пальмы, наивно предполагая, что вас никто не видит! Мне похуй! Теперь ты - мой! Мой, ясно тебе? Я, блять, места себе не нахожу, когда ты на меня не смотришь! Ты то и дело отворачиваешься, не желая встречаться со мной взглядом! Ты общаешься тут со всеми, кроме меня! Заебал! Посмотри уже на меня, наконец! - он снова зажал щёки Макса между своими ладонями, заглядывая тому прямо в глаза. - Я хочу быть с тобой! С тобой, ты меня слышишь? Ни с Сонмином, ни с кем бы-то ни было еще! Мне нахуй в этой жизни никто не нужен, кроме тебя! Я, блять, каждый день мечтаю о том, чтобы просто подойти к тебе и поцеловать тебя! Я не хочу прятаться! Я хочу, чтобы ты каждую ночь обнимал меня! С тех пор, как мы впервые поцеловались, я не могу перестать думать о том, какие у тебя пухлые и соблазнительные губы! Я не помню, чтобы вообще хоть раз испытывал к кому-нибудь такие чувства! Ты это понимаешь, нет? Ты отупляешь вообще то, что я говорю? Сейчас-то до тебя всё доходит? Я хочу быть с тобой, слышишь? Я хочу быть твоим! Он шумно выдохнул, переводя дух. Все тело била мелкая дрожь, а на лбу от нервов выступила испарина. Чанмин, не опуская глаз, гипнотизировал его своим взглядом, и Кю видел, как в его расширенных зрачках отражались оранжевые языки пламени. - Всё сказал? - не своим голосом спросил Шим. - Или ещё что накипело? Кюхён медленно выпустил его лицо из своих рук, не разрывая зрительного контакта. - Есть ещё одна вещь, - уже чуть тише сказал Чо. - Я хочу извиниться за то, что сказал однажды, что меня, якобы, тошнит только от одного твоего вида. Это неправда. И наш первый поцелуй на самом деле значит для меня очень много. - Разве не ты говорил, что это всего лишь затянувшаяся неудачная шутка? - усмехнулся Макс. - Ты говорил, что тебе плевать на мои чувства. - Я на самом деле так никогда не думал, и ты это знаешь, - он сощурился. - Ну, если ты не полнейший идиот, разумеется. - Я полнейший кретин и идиот, Кю-а, и тебе придётся принять это, как данное, - он улыбнулся, - потому что отныне я твой идиот, твой кретин и только твоя головная боль. По телу разливалась приятная истома, как будто бы ноющий и мешающий в груди камень резко исчез, оставляя после себя лишь приятное удовлетворение. - Точно мой? - ухмыльнулся Кюхён. - Твой, - он кивнул, обвивая его шею. - С этого момента и до тех самых пор, пока эта шутка снова тебе не надоест. - Не надоест, - ответил тот, уже ощущая на своих губах чужое дыхание. - Никогда не надоест. - Ну, никогда - это слишком долго, тебе так не кажется? - надулся Чанмин. - Боже, заткнись и поцелуй меня, придурок, - закатил глаза Чо. - Иначе это сделаю я. И, дружно рассмеявшись, пытаясь скрыть за этим смехом непонятно откуда взявшееся смущение и стеснение, Макс притянул Кю к себе, ясно понимая, что теперь-то он, наконец, целует его по-настоящему, без последующих за этим разборок и истерик. Он целует его, своего парня, о котором мечтал столько времени. Он целует своего Кюхёна, отныне принадлежащего только ему и никому больше. В это же самое время, прячась за широкими ветками, Сонмин сидел на песке, поджав под себя ноги и стараясь успокоить бешено бьющееся сердце. Кажется, он услышал достаточно. И план вернуть Кюхёна, чтобы просто перестать просыпаться в одиночестве, был провален. Навсегда. - Мне одному сейчас хочется завизжать от радости? - злорадно хихикнул Хичоль, подминая под себя подушку. - Шшш, услышат ещё, - Дже приставил палец к губам. - Заткнитесь оба, итак нихера не слышно, - цокнул Итук. - Ну, что, мы, типа, теперь породнимся, что ли? - изогнул бровь Юно. - Похоже на то, - хмыкнул Канин. - Боже, поверить не могу, что у них это заняло столько времени, - покачал головой Чонсу. - Давно бы уже вместе были, два упёртых барана! - А зачем сейчас нужно было Сонмина-то приплетать? - не понял Джеджун. - Мне казалось, они с утра уже вышли на путь признания. Неужели Макс, и правда, такой тугодум? - Может, тугодум, - загадочно улыбнулся Хи, - а может, это была часть хорошо отрепетированного плана. - Плана? - изогнул бровь Чон. - Плана, - он кивнул, - в конце которого Чанмин делает вид, что жутко пьян, в очередной раз действует Кюхёну на нервы своей бессмысленной ревностью и вуаля! Не прошло и недели, а наш макнэ, наконец, высказал всё, что у него за эти дни накипело! Отличное признание вышло, я вам скажу, от души так! Четыре пары глаз с ужасом покосились на Реллу. - А ты страшный человек, Ким Хичоль, - выдохнул Юно. - Ебать ты стратег великий, - покачал головой Хиро. - То есть ты спланировал всё это, от самого начала и до конца? - охнул Канин. - Получите и распишитесь, - хмыкнул тот. - Всё в лучшем виде!