7 дней

Солнце во всю светило летним днем, согревая растения, животных и людей. «Такой замечательный денек просто невозможно было испортить. Но все же мне его испортили», недовольно подумал шатен, следя со скукой за пролетающими мимо домами, деревьями, людьми. Вдруг, они остановились перед двухэтажным частным домом. Мальчик поморщился от слишком яркого цвета, что просто резал глаза. «Желтый? Серьезно?», бросив взгляд на желтые волосы мужчины за рулем и заметив его взгляд желтых глаз, он сразу заинтересовался своими кедами — Ну что, Диппер, приехали, — поворачиваясь к шатену, улыбнулся мужчина. Парень лишь бросил еще один взгляд на дом и небольшую клумбу рядом с ним и вновь начал рассматривать свои кеды. Вздохнув, мистер Сайфер вышел из машины и решил пока сильно не напирать на паренька. А этот самый паренек успел вынырнуть тихонько из машины и продолжал смотреть вниз, стараясь даже меньше смотреть на все окружающее его. — Ох, вы уже приехали, — раздался звонкий голос. Подняв глаза, Диппер сразу столкнулся с недовольным взглядом голубых глаз. Переведя взгляд немного вбок, он увидел улыбающееся лицо женщины. Миссис Сайфер была очень яркой и эффектной женщиной, как успел заметить малыш Диппер. В ее русых волосах проглядывались радужные пряди, а взгляд голубых глаз был таким теплым и казался таким родным, что хотелось довериться этому человеку. Но вот рядом с ней стояла полная противоположность. Как успел рассказать мистер Сайфер, Билл недолюбливал чужих детей в их доме и поэтому они никак не могли брать участие в этом ежегодном мероприятии, ведь Сайфер-младший просто доводил детей до нервных срывов и истерик. А ведь сами по себе Сайферы были очень дружной и доброй семьей, готовой помочь любым нуждающимся. Но это желтоволосое чудо (сразу ясно, с мамой они одного поля ягодки) пытался перерезать все попытки помочь детдомовским детям. Билл был противником закона, который был принят еще век назад. Он видел в этом угрозу своему маленькому миру, в котором был лишь он и его семья. И всяким там детдомовцам, хоть и на неделю, не было в нем места. И Диппер его понимал. Успевший уже в 11 лет повзрослеть, он понимал всю жестокость этого закона. Да, власти хотели, как лучше, но получилось лишь еще хуже. Хоть детдомовских детей уже не так сильно унижают, и дети с удовольствием принимают их в свои семьи, как и родители, но этот закон слишком жесток к самим же детдомовцам. Это как выпустить птицу на волю, дать полетать ей неделю, почувствовать вкус свободы, и затем поймать, и вновь посадить в клетку на год или полгода, если повезет. Так себя чувствовал Диппер, уже в который раз за свою недолгую жизнь побывав в многих семьях, но все они это делали лишь для собственной выгоды, ведь на эту неделю государство выделяло небольшую сумму денег данным семьям, а для того чтобы не подорвать экономику страны, для детдомов составили график, по которому они должны организовывать подобные мероприятия. И ведь многие пользовались этим ради собственной выгоды. И вот Диппер в очередной семье, и он надеется, что эта семья будет лучше всех предыдущих. — Пайнс? Его фамилия Пайнс? Значит будет Сосенкой, — вырвал его из раздумий насмешливый голос над ухом. И когда только успели подойти, только мелькнуло в голове, как напротив оказались холодные голубые глаза, что смотрели с насмешкой и презрением. — Хэй, я к вам обращаюсь, уважаемая Сосна. Вы видимо настолько дибил, что от Вас даже родная мать отказалась. А может и нет. В сердце больно кольнуло, а Сайфер-младший заорал, пытаясь освободить ухо из захвата матери. — Извинись немедленно, Билл! — отпустила она его ухо и нахмурилась, ожидая извинений сына. — Прости, Сосна, — прошипел блондин, бросая недовольный взгляд на мать. — Все в порядке, — натянув фальшивую улыбку, ответил Диппер и почувствовал, как на его плечи легли большие ладони. — Надеюсь, вы подружитесь, ведь нам хотелось-бы почаще с тобой видеться, Диппер. После этих слов, Билл лишь фыркнул и, развернувшись на пятках, ушел в дом. — Не переживай. Он добрый, просто дай ему время, — улыбнулась миссис Сайфер. — Ох, что же мы это стоим на улице. Вы, наверное, устали после долгой дороги. Берите вещи и заходите в дом. Фредерик, покажешь Дипперу его комнату? — Конечно, милая, — мужчина подхватил небольшой чемодан шатена и, приобнимая его за плечо, повел в дом.

---

Дом был внутри очень уютным и ярким, как и его хозяева. А спальня Диппера привела просто в восторг. На одной стене были фотообои, на которых был красивый вид с какого-то обрыва на озеро и лес вдалеке, рядом стоял книжный шкаф, полностью забитый книгами. А также двуспальная кровать с бело-голубым постельным бельем. Оставив чемоданчик возле двери, Диппер сразу подошел к кровати и рухнул на нее, испытывая невероятное удовольствие от ее мягкости и удобства. С нее просто не хотелось вставать. Но тихий стук в дверь и голос мистера Сайфера заставили с неохотой слезть с уютного места и спуститься вниз, на семейный обед. Всю трапезу Билл сверлил его взглядом, лишь изредка кладя себе в рот небольшие кусочки вареного куриного филе и тщательно его жуя. Сайферы старшие пытались разрядить обстановку, но после пятой неудачной попытки, они просто молча продолжили есть, бросая на детей испуганные взгляды, ожидая чего угодно от их сына. — Спасибо за обед, мамуля, — вставая из-за стола, и поцеловав мать в щеку, чем очень ее удивил, он взял посуду и направился на кухню. Но проходя рядом с Диппер, он «случайно» вылил на него остатки своего сока. — Билл! — завизжала мать и сразу вскочила, начиная хлопотать вокруг офигевшего Диппера. — Чужакам здесь не место, — через плечо бросил он. «Ахуеть, просто», подумал Диппер и остановил миссис Сайфер. — Все в порядке, я сейчас просто схожу в душ и переоденусь. Все равно это была уличная одежда. А на Билла я зла не держу, ведь что взять, с треугольника с тупым углом, — улыбнулся шатен и встал из-за стола. — Спасибо, было очень вкусно. На кухне раздался звук разбившегося стакана. — Как ты только что меня назвал, сука?!

---

После часа беготни по дому и долгой лекции родителей, дети наконец оказались в своих комнатах. Но тут появилась новая проблемка. — Эм, миссис Сайфер? — заглядывая в гостиную, позвал женщину Диппер. — Прошу, называя меня Лизи, — улыбнулась Элизабет, повернувшись к парню. — Лизи, я тут заметил, что забыл взять свою пижаму и хотел спросить, может у вас осталась… — К сожалению, старые вещи Билла мы отдали, но я могу попросить у него футболку, она должна подойти. — Нет, не надо! Мне кажется я и так слишком много создал ему проблем, — замотал головой шатен. — Что ты, он просто еще не привык к тебе, вот и ведет себя так. Но я уверена, он не откажет помочь тебе, идем, — подойдя к нему, Элизабет потрепала его кудряшки. Билл, конечно, выслушав просьбу, сразу начал ворчать, но все-таки дал футболку, которая была ему немного великовата, а Диппер вообще в ней тонул из-за своего маленького роста и телосложения. — Кипарис, — прыснул в кулак Сайфер-младший. — Почему? — наклонив голову в бок, поинтересовался Диппер. — Ну, раз ты сосна — значит относишься к хвойным деревьям. А кипарис — это хвойное дерево, только не большого размера. Ну точно меньше сосны, — с удовольствием объяснил блондин и сразу начал выталкивать названного «брата» из комнаты. — Но мне скучно, а до сна еще очень долго, — начал Диппер, но перед его носом захлопнули дверь. — Ладно, до завтра. Солнце уже начало подходить к горизонту, из-за чего меньше света начало попадать в окна дома Сайферов и в коридоре образовался неприятный полумрак. Поежившись, Пайнс заскочил в свою комнату, сразу включая свет и спокойно выдыхая. «Надеюсь, сегодня обойдется».