Господа стихийники

— Дети? Читосе перекосило. Боги, и почему именно дети, почему нельзя было дать задание, более подходящее будущему герою, чем игра с детишками. Эти беснующиеся молокососы выводили из себя. Сэндо сама еще считала себя ребенком. И, как ребенок, не выносила, когда основное внимание направлено не на нее. Ее эгоизм преобладал над возрастом в такие моменты. Однако… Черт, эти детишки очень напоминали ей Лоло. Такую же наивную и беззаботную дурочку, которую ввязали против воли в игры Триады. Читосе вдруг задумалась. Лоло, как она там, дома? Наверняка скучает без возможности выходить на улицу. Это ведь так опасно. Ее могут похитить. А этого допустить было нельзя. Лоло, разумеется, сходит с ума от скуки в тесном доме. По возвращению нужно будет придумать ей какое-нибудь развлечение. Но Лоло не любила ни рисовать, ни играть на музыкальных инструментах… Девушка взглянула на Йоараши. Одноклассника уже оккупировали, а он даже не пытался отбиваться от толпы негодников. Тодороки Шото находился в похожей ситуации. Бакугоу Катсуки дети открыто унижали, а Кемии маленькие девочки игнорировали. Что до нее самой, Сэндо, хоть ей сказали работать с остальными вышеперечисленными, так и осталась стоять в стороне и смотреть. Дети ее выводили из себя. Хотя, если думать о них как о маленьких копиях Лоло, возможно, все могло бы и получиться. Читосе глубоко вдохнула, выдохнула и снова посмотрела на маленьких чертят. У остальных явно ничего не получалось. Девушка подошла к Инасе и склонила голову: — Йоараши-кун совсем упал духом. — Она задорно усмехнулась. — Неужели не получается? — Не смешно, Сэндо! — воскликнул Йоараши. — Помоги! Чем скорее мы справимся, тем лучше! — Я и дети это несовместимые понятия, — хмыкнула девушка, тряхнув хвостиками. — А Бантик нас боится! — воскликнул какой-то мальчишка. Читосе перекосило. Она сжала ладони в кулачки. — Бантик? У нее дернулась бровь. Ее раздражали эти чёртовы дети и хотелось как можно скорее закончить это наиглупейшее испытание. Тодороки повернулся к девушке. Ее некогда прелестное личико было перекошено невероятным гневом. И этот гнев был крайней точкой кипения. Если ее не остановить, эти детишки могут пострадать от ее рук. Очень сильно пострадать. Он уже довольно хорошо изучил Ведьму Пустоши. Эта девушка была нетерпелива, порывиста и вспыльчива, переменчива, как погода, при этом непоколебима, словно скала. Увидеть ее искренние эмоции было чем-то невероятным, просто потому что она не каждому давала приблизиться к себе настолько, чтобы показывать, какая она на самом деле. Тодороки к этому стремился. Она влекла его к себе именно этим. Замкнутая, облекшая себя в оболочку лжи и фальшивых доброжелательных масок, когда маски снимались, она становилась обычной девочкой. Ребёнком. Капризной, но ее капризы не были в тягость. Она нуждалась в заботе, и о ней хотелось заботиться. Девушка пока была в порядке. О Золотом Треугольнике больше не заикались. Казалось, он провалился в землю, потому что больше никто из Триады больше не появлялся и не давал о себе знать. Шото посмотрел на трибуну. Туда, где сейчас рядом с Всесильным сидел его отец и смотрел. Смотрел на него. Черт, если бы все не было так сложно, он бы мог попросить Старателя защитить эту девушку, не привлекая Интерпол и не заставляя ее уходить из старшей школы. Но нет. Он не станет этого делать. Не станет просить отца даже о такой помощи. Потому что он не мог быть уверен в том, что Герой номер один не привлечет к этому больше никого. А это был главный фактор. Конфиденциальность. Или ее жизнь будет разрушена. Он не сможет простить самого себя, если Сэндо Читосе снова возненавидит его. И теперь уже ее ненависть будет действительно за дело. — Сэндо, — парень взял ее за локоть. Читосе вздрогнула и рассеянно моргнула. Что он себе позволяет! — Тебе нужно успокоиться. Нам будет нужна помощь твоего квирка. — Если эти дети не изменят своего отношения, в итоге станут такими же как я на экзамене! — Воскликнул с досадой Йоараши. — Занозой в заднице для всех! Читосе опустила глаза. Да, верно, они на экзамене были проблемой. Такой же, как эти запутавшиеся дети. И если этим детям не помочь найти правильный путь, они тоже станут такими. Проблемой для общества. Нет, Лоло по сравнению с ними была настоящим ангелом. Да и сама Читосе тоже считалась намного терпимее, чем эти неуправляемые малолетки. — Что-то, что изменит их взгляд на мир, должно решить проблему. — Тодороки покосился на детишек с легкой улыбкой. — Если вы хотите сделать что-то масштабное, — на лице Сэндо заиграла улыбка примирения. — Вам понадобится крепкая опора под ногами. Она натянула силиконовые перчатки и подследники. Не хватало еще ради этих детишек травмировать себя. Шото посмотрел на ее лицо. Разумеется, она всего лишь играет в добрую милую девочку сейчас. Это притворство, разрушающее в том числе и ее саму, не принесет им пользы. Дети тонко чувствуют, когда им лгут. Если сейчас не освободить ее от оков притворства, у них ничего не выйдет. К тому же, ему и самому хотелось увидеть ее искреннюю улыбку. То, как она улыбалась на мосту, когда фотографировала. Улыбку, приковавшую к себе взгляд, заворожившую до такой степени, что не отпускало до сих пор. Увидеть еще раз. Побочная цель всего этого мероприятия. И тут эти маленькие чертята напали. Всем скопом, используя свои квирки, они набросились на пятерых старшеклассников с целью победить. Странно. Они действительно хотели победить их! Похвальное рвение. — Не кипятись, Чи-тян, — усмехнулась Кемии, потрепав Сэндо по угольно-черной макушке. — Ты знаешь свою роль. Исполни ее аккуратно. Твои эмоции и сила… Опасное сочетание, да? — Да. — Девушка кивнула, натягивая козырек фуражки на лицо. — Верно. Опасное. Чтобы не провалиться в этот раз, нужно держать под контролем свои эмоции. Подпустить этих детишек как можно ближе. Дать им почувствовать силу. И потом, мягко, не ломая хрупкой психики, спустить с небес на землю. На твердую опору. И эту опору им должны обеспечить будущие герои. Первым об этом в своей странной манере заговорил Бакугоу, и это были действительно правильные мысли, хоть Читосе и отказывалась верить в то, что в этой бестолковой голове может найтись что-то действительно мудрое. Но мысль была изложена. Мудрая мысль. Сэндо хмыкнула и улыбнулась кончиками губ. И это была уже не наигранная улыбка. Если этим маленьким бестиям нужна опора, кто как не колебательница земли может эту опору им обеспечить. Именно этого, как от будущего героя, от нее ждут. И она не может позволить этим ожиданиям не оправдаться. Хотя бы ради самой себя. — Тодороки-кун, — Читосе повернулась к Тодороки и склонила голову на бок. — Поддержи, если я вдруг упаду. Шото хмыкнул. Могла бы и не просить. Даже если она свалится с одного из своих земляных столбов, он в любом случае поймал бы. Если Ведьме Пустоши нужна опора, он уже давно был готов стать плечом, на которое она могла бы опереться. Что сейчас, что в борьбе с Триадой. Прошло довольно много времени с момента их знакомства, чтобы он смог наконец понять: что бы ни случилось, но он всегда останется на ее стороне. Осталось убедить в этом саму Сэндо Читосе. Она ведь все еще боится на него полагаться. Что в деле с Золотым Треугольником, что в тренировках. Полагаться по-настоящему, а не для вида. Не только как на соратника, но и как на молодого мужчину. Ему хотелось этого. Защищать ее и быть рядом. Но Сэндо пока это вряд ли поймет. Он ведь и сам до конца не понимает, почему так внезапно привязался к ней всей душой. Наверное, они оба пока еще дети. Потому что никак не могут понять чувств друг друга.