ты мне (не)нравишься

— Поторопитесь, ребята! — подгоняя всех, говорил учитель. — Все сдали свои вещи в багаж? Хоровой, уже даже немного усталый от всей этой суеты, утвердительный ответ учеников проносится по школьному автобусу. — Так, староста, пересчитайте всех снова, пожалуйста! — не унимается мужчина, пробегаясь взглядом по рядам сидений. — Два человека опаздывают, сказали сейчас подойдут, — сообщает староста и усаживается на своё место. Школьная поездка на три дня кажется неплохой возможностью развеяться от предстоящих экзаменов и просто рутинных будней в школе. Только вот твоя подруга как назло слегла с высокой температурой и не смогла поехать. Поэтому, как тебе кажется, поездка не принесёт огромного удовольствия. Тяжело вздохнув, начинаешь искать наушники и телефон, что, к счастью, быстро находятся в левом кармане твоей толстовки. Включаешь спокойную, немного даже убаюкивающую музыку прямо под стать настроению и дождливой погоде за окном. Закрыв глаза, устраиваешься поудобней на сидении и просто хочешь заснуть, как вдруг чувствуешь копошение где-то справа. Открыв глаза и вытащив один наушник, смотришь вопросительным взглядом на Чимина. — Привет! — улыбаясь во все тридцать два, говорит парень. — Разве нет других мест? — А что, моя компания тебя не устраивает? — играя бровями, ближе подсаживается Пак. — Я тебя ударю сейчас. — Вот люблю я, когда злюка Т/И дуется, такая милашка! — Чимин! — Все, все, молчу. Просто мест не было больше, мы же с Чонгуком опоздали. Он там, спереди сел, а мне повезло сидеть с такой красоткой, да, Т/И? — Подожди, Чон что, тоже едет?! — Вообще-то, да. — Но он сказал же, что не сможет поехать. Чимин лишь пожал плечами и улыбнулся тебе. — Ясно. Видимо, нужно просто постараться насладиться этими выходными, даже если этот чертов Чонгук здесь, — скрепя зубами, тихо произнесла ты, а потом снова уткнулась в телефон, слушая музыку. Дорога была длинной, просидев около двух часов почти не двигаясь, мышцы затекли, отдаваясь покалывающей, словно острые иголки, болью по телу. На месте все поспешили скорее выйти, ибо в автобусе невероятно душно, тесно и просто неудобно. Проходя вдоль сидений, ты услышала очередную дурацкую шутку в свою сторону, а догадаться от кого она — совсем нетрудно. — Шевелись, улитка. Ой, это же Т/И, — притворно удивился Чонгук, который стоял позади тебя, держа в руках бутылку воды. — Отойди, будь добр, а то у меня аллергия на придурков вроде тебя. — Ага, как же, — усмехнулся парень. Для вас с Чонгуком это привычная «беседа». Ваши перепалки, издёвки друг над другом знает вся школа, общие друзья уже ничему не удивляются, лишь скучающе произносят: «да встречайтесь». Гуку до ужаса нравится доводить тебя, чтобы краснела от злости, чтобы прожигала злым сверлящим взглядом его, чтобы ты обязательно ответила ему на колкости в свой адрес. Это как негласное соревнование — кто отпустит более остроумную шуточку, тот и победил. Но победителя так и нет, потому что вам просто нет равных в сарказме, особенно, если он направлен на друг друга. Но сегодня, к большому удивлению, ты была согласна с Гуком насчёт «улитки». Пока ты вытаскивала вещи и нехотя плелась в корпус, то поняла, что выбрать комнату не получится, ибо все уже заняты и осталась одна единственная в конце узкого коридора. Как выяснилось, тебе ещё и с соседкой «несказанно повезло», потому что девушка была… готом, кажется, или как правильно называется эта субкультура? — Привет, — неловко поздоровалась ты, заглядывая в комнату. Особа лишь кивнула и снова уставилась в книгу, покрытую чёрной обложкой. — Я вижу свободную кровать, не против, если я останусь здесь? — ты старалась быть более дружелюбнее, но девушка явно выводила из себя своими безмолвными кивками. «Мы с ней почти подружились» — усмехнулась ты своим мыслям. Твоя кровать, на которой тебе предстояло спать грядущую ночь, явно повидала многое и «жила» не первый год. Это ты поняла, когда присела, потому что раздался скрип, а матрас прогнулся под весом твоего тела. «Весело» — пронеслось в голове. Хотя, в целом, комната была и не так уж ужасна. Стены покрыты деревянными досками, такие же, из светлой древесины полы, небольшой шкаф в стене, две кровати аккуратно заправленные, и одна общая прикроватная тумбочка, а над ней небольшое деревянное окно, прикрытое темно-зелеными короткими шторками. Просто, но вполне уютно. Ты достала телефон и поудобнее устроилась на кровати. В принципе, у вас отличный «дуэт» с соседкой. Она что-то читает и слушает паралелльно музыку, ты — листаешь ленту в социальных сетях. Тишина — все, что нужно сейчас. Только вот её бессовестно нарушают, врываясь с громким хохотом в вашу комнату. Дверь настежь открывается, ударяясь об стену, а на пороге появляется весёлый Чимин, улыбаясь во все тридцать два. — Эй, кто с нами в игру? — Какую? — спрашиваешь ты, нехотя отрываясь от телефона. — Узнаешь! Ну так что, идете? — смотришь на парня, а потом переводишь взгляд на соседку, что закатив глаза и цокнув, повернулась на другой бок — видимо нет. — В общем, приходите в 223 комнату, мы там! — дверь за Чимином закрывается, а ты ещё пару секунд прожигаешь дыру в стене, обдумывая предложение парня. В принципе, на улице уже темнеет, а делать все равно нечего, да и в телефоне сидеть весь отдых не хочется. Вздохнув, встаешь с кровати и, бросив телефон на постель, собираешь волосы в хвост. В конце концов, оттуда ты можешь уйти в любой момент. Мнешься в коридоре, не зная как лучше зайти и что сказать. — Привет, я пришла, — репетируешь ты, стоя перед дверью 223 комнаты, — или нет… Я с вами, хотя это глупо. А может, во что играем? — Что, нашла собеседника по разуму? — слышится голос и смешок позади тебя, обладателя которого ты никогда не спутаешь ни с кем другим. — Если бы я была тупой и искала такого же собеседника, то поговорила бы с тобой, Чонгук-индюк, — зло чеканишь ты, выдыхая, поворачиваешься к парню, что стоит с двумя огромными пакетами в руках. — Это что, алкоголь? — присмотревшись, удивляешься ты. — Нет, воды десять бутылок купил, сейчас чай с печеньками попьем и баиньки. Или заходи или дальше болтай с дверью. — Очень смешно, — закатываешь глаза и проходишь вслед за Чонгуком в комнату. Все, завидев Чона с пакетами, где лежали спиртные напитки, загудели и захлопали в ладоши, как бы одобряя. Увидев тебя, Чимин тут же подскачил и приобнял за плечи, чуть ли не мурлыкая: — А вот и Т/И всё-таки пришла, проходи. Чтобы тебе было комфортнее, я сяду с тобой, — ты пытаешься отстраниться от объятий с натянутой улыбкой, но Чимин будто из стали сделан. Хотя, в принципе, его поведение никого не настораживает, ибо все знают — Пак Чимин — дамский угодник и не одну юбку не пропустит. А особенно парень любит заставлять краснеть таких девочек как ты. — Чимин, отстань уже от неё и помоги мне, — раздраженно говорит Гук, копошась с бутылками. Наконец, все расселись по кругу, а Чимин, как самый заядлый тусовщик, хлопнул в ладоши и заулыбался, заставляя женскую половину присутствующих чуть ли не запищать от радости. — Правда или действие? — обратился парень к рядом сидящей девушке. Было весело наблюдать со стороны за всеми, как они выполнями задания или рассказывали что-то очень личное, пока очередь не дошла до тебя. Ты же подносишь горлышко бутылки к губам и отпиваешь глоток, приятно обжигая горло алкоголем, как к тебе внезапно обращается Чимин. — Правда или действие, Т/И? — хитро, словно лиса, улыбается Пак. — Действие, — незамедлительно слышится ответ. — Поцелуй Чонгука, — ухмыляется брюнет, а ты давишься алкоголем, хлопая себя по груди. Чонгук, сидевший до этого в расслабленной позе, в миг напрягся, сводя брови к переносице. Как бы ты не сопротивлялась самой себе, градус в крови все же делает своё дело. Подсаживаешься ближе к удивленному Чону, и выдыхаешь прямо в губы напротив. Поддаешься вперед, мягко целуя. Хочешь уже отстраниться, но чужие руки надавливают на затылок, а язык умело раздвигает ровный ряд зубов, проходится по деснам, небу и встречается с твоим языком. Слюна мешается, а в голове нет ни единой мысли, только поцелуй с Чонгуком. Ты даже не слышишь присвистывания и усмешки окружающих. Хочется продолжения, внутри все скручивается в тугой узел возбуждения, а руки просятся снять эту чертову рубашку с парня. — Ууу, — послышалось где-то в стороне, наверняка Чимин. После чего Чон отстраняется, устанавливая зрительный контакт с тобой. Ты, как и он, часто дышишь, а губы саднит от поцелуя. Будь ты трезвой, то сейчас бы краснела как помидор, но в пьяных глазах только вожделение играет. Пальцем вытираешь смазавшуюся помаду и смотришь на Пака. — Я выполнила задание? — Я бы сказал даже перевыполнила, — усмехнулся Чимин и снова вернулся к игре. А взгляд Чонгука ты не раз после этого ловила на себе и, если бы не достаточное количество алкоголя, что затмило разум, то наверняка отпустила бы какую-нибудь шуточку. Единственное, что помнишь перед тем, как уснуть на плече Гука, кто-то выполнял задание, а все смеялись.

***

Ты сквозь сон слышишь чей-то мат, а неудобное положение заставляет сонно приоткрыть глаза. Спустя пару секунд до тебя доходит, что несут твою тушку на руках по темному коридору. — Чонгук?.. — тихо хрипишь, поднимая взгляд на парня. — Ты что делаешь? — Что делаю? Несу тебя к себе, ты же у нас даже стоять нормально не можешь на ногах, — усмехается брюнет, прижимая тебя крепче к своей груди. — Поставь меня, сама дойду. — Ага, — усмехается парень, — ляжешь в моей комнате, проспишься до утра и свалишь, а сейчас советую тебе заткнуться, — ты недовольно фыркаешь, а Чонгук тем временем открывает дверь ногой и проходит в темную комнату, освещенную лишь лунной дорожкой, что пробирается через окно. Чон аккуратно, словно куклу фарфоровую, кладет на кровать и принимается снимать твои кеды, пока ты что-то пьяно и бессвязно бормочешь. Тебе не хочется обзываться, ругаться и отпускать саркастические шуточки, сейчас хочется просто обнять его, уткнуться в теплую шею и блаженно закрыть глаза, падая в царство Морфея. — Эй! А ну-ка не раздевай меня, извращенец! На булочки мои позарился, да? — хватаешь Чонгука за запястье, когда тот начал расстегивать ширинку на твоих джинсах. — Да больно надо, — отмахивается юноша, а затем добавляет с пошлой ухмылкой, — к тому же, твои булочки наверняка засохли и уже не такие аппетитные. — Не аппетитные говоришь? — ты кое-как встаешь с кровати и, пошатываясь от достаточного количества алкоголя, пытаешься снять свои штаны, гневно посматривая на Чонгука, которого, кажется, даже веселит эта ситуация. — Помочь? — брюнет в миг становится серьезным и подходит к тебе вплотную, смотрит в глаза непрерывно, заставляя прекратить жалкие попытки раздеться, лишь стоять в темноте и, замерев, хлопать ресницами. Он так близко, что горячее дыхание обжигает твои губы. Молчишь, а руки парня тянутся к твоей ширинке, пальцы быстро справляются с пуговичкой, что начала тебя уже порядком выводить. Он медленно тянет плотную ткань джинс вниз, нарочно задевая ладонями твои ягодицы и ни на минуту не прирывает зрительного контакта. Спускается к твоим ногам, обхватывая правое бедро рукой, и снимает штаны до конца, откидывая их в сторону. Затем снова ровняется с тобой и снимает свою футболку, оголяя торс, и протягивает ее тебе. — Надень это. Ты молча, находясь в оцепенении, надеваешь футболку, любезно предоставленную Чоном и укладываешься на кровати, сразу же отворачиваясь к стене. Но спустя короткую минуту слышишь копошение сзади, а потом и матрас, что прогибается под тяжестью двух тел. — Ты будешь спать здесь?! — развернувшись, шокированно смотришь на Чонгука, который совершенно невозмутимо выдает: — Конечно, это же моя постель. Спи уже, пьяница, — парень преспокойно закрывает глаза, а ты с минуту испепеляешь его взглядом, затем все же ложишься на мягкую подушку и закрываешь веки, вслушиваясь в тихое, еле слышное, сопение парня. Понемногу проваливаешься в сон, как вдруг ощущаешь крепкие объятия и вкрадчивый шепот брюнета: — Ты мне нравишься, пьяница.