Самозванец

В спальне мальчиков, скорее всего уже все спали глубоким сном. Не спал один Драко. Он думал лишь о том, где мог быть сейчас Род и жив ли этот маленький зверь. Мысли и переживания давили на него с огромной силой, и он не выдержал, и, рывком сорвав одеяло, спрыгнул с кровати и направился в хижину Хагрида. Ему было совершенно плевать на то, что сейчас три часа ночи, что полувеликан давно, наверное, спит. Малфою хотелось узнать ответы на интересующие его вопросы во что бы то ни стало, а также, ему не терпелось выведать у "папаши" почему же он не рассказал ему все сразу. После того как в тишине коридора замка раздалось "Люмос", лица на картинах немного прищурились от яркого света. Тихими шагами он передвигался по территории школы, стараясь не привлекать к себе особого внимания, а тем более, не разбудить Филча. Лишние проблемы ведь еще никому не доставляли удовольствия, ведь так? Вероятно, ему показалось, но он словно слышал кроме своих еще чьи-то шаги. Но он тут же сослался на эхо. Покинув здание Драко пересек небольшую лужайку и, подойдя к хижине и встав на цыпочки, заглянул в окно. Хагрид спал, храпя настолько громко, что, казалось, птицы, аккуратно составленные из голубых стеклышек, вот-вот встрепенутся и улетят подальше от этого оглушающего храпа. Малфой опустился. Ему не хотелось будить полувеликана. Это чувство было для него совершенно новым. Неприятное, щекочущее и немного тошнотворное. Первый раз в жизни Драко было стыдно. Ему было жутко неудобно вламываться внутрь, но он мотнул головой, словно прогоняя это неприятное чувство и все-таки постучал в дверь. Внутри недовольно заворчали. Тяжелые шаги огромных ног, которые, как ему показалось, сейчас проломят пол (даже несмотря на то, что он дубовый), приближались прямо к нему. Наконец ставня, прикрывающая окошко, вырезанное в двери, отодвинулась, и показалось грозное, заспанное лицо Хагрида. - Кто здесь? - пробасил он усталым голосом. - Люмос, - лишь прошептал в ответ Драко, позволяя палочке осветить свое лицо. - А, это ты, сынок. Проходи, не мерзни, - он отворил дверь и рукой поманил его внутрь, - Что же привело тебя в такой час? Малфой, преодолев пару деревянных ступенек, оказался внутри уже знакомой хижины. - Понимаешь, - начал он, - то животное, которое ты мне дал... Почему ты не рассказал мне все о нем сразу? Почему допустил то, что он от меня сбежал в первый же день? - Драко старался говорить с Рубеусом крайне вежливо, смело надевая маску "ну очень послушного и любящего сына", но ему это давалось не очень хорошо, и в словах, произносимых им, прорывались нотки ярости и недоумения, которые так долго копились в нем. Хагрид смотрел на мальчика, в котором уже с трудом видел свою родную кровь внимательно, немного со страхом и недоумением. Он не знал, что ему ответить, ведь такой ситуации он никак не мог предвидеть. То, что говорил этот молодой человек, казалось ему полной бессмыслицей, и он пытался сложить у себя в голове, словно пазл, все, что он знал об этом животном, чего не знал... В сидящем напротив и вопросительно глядящем на него юноше он уже не видел своего сына, он понимал, что так нельзя думать про свою, вроде как родную кровь, но если бы это действительно был его родственник, то подобного инцидента, типа пропажи трескуна не произошло бы никогда в жизни. - Как сбежал? - вполголоса, глядя в пол туманными глазами и, словно думая о чем-то своем проговорил полувеликан. Драко ожидающе смотрел на Рубеуса. Именно сейчас он нуждался в его поддержке не только как лесничего, но и как отца. Как ни старался он подавить в себе эти чувства безысходности, отчаянности, понимания, что никто не сможет тебе помочь, кроме этого человека, они распирали его сейчас. Хагрид кинулся перебирать книги, стоящие на полке. Он скидывал их с нее одну за другой, ища нужную и все время бурча себе что-то под нос. Наконец он бросил найденный огромнейший том на стол, от которого столбом поднялась пыль, и принялся быстро перелистывать страницы, даже случайно надрывая некоторые из них. - Вот! - сказал он так громко, что Драко подпрыгнул от испуга, - Смоляной трескун НИКОГДА НЕ ПОКИНЕТ ЛЕСНИЧЕГО, ПОТОМУ ЧТО ПРИВЯЗАН К НЕМУ ОЧЕНЬ ПРОЧНОЙ МАГИЧЕСКОЙ СВЯЗЬЮ, КОТОРУЮ НЕ ПОД СИЛУ РАЗРУШИТЬ ДАЖЕ САМОМУ МОГУЩЕСТВЕННОМУ ВОЛШЕБНИКУ! - Рубеус медленно поднял глаза на Малфоя, - Кто ты такой? И где мой сын? Драко был в полном шоке и панике. Он хотел убежать из хижины прямо сейчас и бежать, желательно, куда глаза глядят, возможно, в Запретный лес. Его лицо покрылось пятнами, к горлу подкатил противный ком. Их отвлек непонятный шорох на дне здоровенного сундука, где ранее находилась клетка трескуна. Хагрид резким движением откинул крышку. Та громко ударилась о каменную стену. Внутри было пусто. Он подошел к сундуку и, сжав в руке что-то невидимое, словно полотно, сдернул. Внутри, тесно прижавшись друг к другу, сидели Фред и Джордж. - Опять у нас из-за тебя проблемы. Мог бы и потерпеть то, что мантия щекотала тебе нос, - прошептал Фред, толкая локтем под бок своего брата. Тот опять грустно вздохнул понурив голову. - А вы что здесь забыли? - Рубеус не знал, чему этим вечером удивляться больше. Сыну, который вроде бы и не сын, или близнецам, которые неизвестно зачем и каким образом оказались у него в сундуке в пол четвертого утра. Вопросов было много, но вот ответов... Их он пока не находил вообще.