Dance in the dark. (Handplates)

***

Доктор стоял где-то в пустоте. Он молча взглянул на свои руки. Пара секунд осознания. Где он? Буквально несколько секунд назад он был в своём кабинете. Так... что произошло? Может, сейчас он и в кабинете, может, из-за количества депрессий он в бреду? Какой-то свет на миг озарил комнату. Гастер успел закрыть рукой глаза. Две ярко сияющие таблички озаряли кромешную тьму этого пустого, холодного места. Обе были в мелких, но многочисленных трещинах. Текст на них был на Виндингсе, его родном шрифте. Что это значит? И Гастер знал ответ на этот вопрос. Если он в бреду, или даже во сне, и здесь его догоняет та угроза, та проблема, тот выбор. Зачем? Зачем они мучают его? Если ему удалось уснуть... Но он даже не помнил этого! Гастер медленно пошёл в сторону горящих ярким пламенным светом надписей. Сначала он не понимал, что ему надо делать. Вокруг — тихо. Здесь — темно. И темно настолько, что малейший свет вызывал острую боль в глазах. Он постарался расслабиться. Выбор предстоящих событий мучал его, напрочь высасывая энергию, мысли и даже способность адекватно оценить ситуацию. Значит, выбор нужно совершить. Он больше не способен мучиться. Гастер опустил голову, вглядываясь в написанное. "Я ведь знал, что пути назад нет. Никакой снисходительности. Все мои решения были сделаны ради великой цели. Для создания этих живых инструментов. Даже посметь подумать..." Он аккуратно поднес руку ко второй табличке, с написанным на ней: ПОЩАДИТЬ. Он уже хотел прикоснуться к ней, но внезапно в глазах его моргнул тот рисунок, сделанный вторым. И Гастер тотчас сжал руку. "...Такая эгоистичная сентиментальность убивает людей... " Учёный отошел подальше, на пару шагов. Теперь он задумался всерьёз об этом выборе. Теперь он видел перед собой возможные последствия обоих вариантов. "Есть только выбор. Только одного варианта. Всего одного." Ему показалось, что свет начал давить на него. Что темнота стала сгущаться сильнее. Будто тысячи острейших игл проходили сквозь него. Вот то, что он чувствовал. Да, он мог чувствовать. Но не так, как все. "Он просто не такой, как все, — Гастер словно сейчас слышал эти слова, этот мягкий, приятный голос. — Он способен на большее." "Всего один вариант, — мысленно повторил доктор. Он взглянул на свои руки с чёткими ровными кругами. — Я сказал себе, что не остановлюсь ни перед чем ради своей цели. Нет. Нашей цели. Все их надежды, все их мечты... Я сказал, что я нужен им. И я не откажусь от своих слов." Он потянул руку к первой табличке. Он чувствовал, как страх пожирал его. Но уже слишком позно. "Я — единственный, кто может сделать это. Кто сделает это. Отступать — не имеет смысла. У меня... Нет другого выбора. Я уже сделал его. Я вытащу нас ВСЕХ отсюда! Я обещал." И он, уже без страха, уже без опасения, смело коснулся надписи. Продолжить. У всего есть какое-то продолжение. Неважно, какое. "В мире нет ни плохого, ни хорошего, все, что на самом деле есть — наш выбор."