Немного о...

По окончание отпуска он вернулся в Сочи. Там уже начался пляжный сезон. Было солнечно, жарко. Вечерком, после работы, они с Амираном переодевались и топали на море. Амиран надевал смешную панамку, похожую на шапочку гриба, аляпистые шорты-плавки по самое колено и такую же футболку, и в эти моменты совсем не был похож на большого босса - просто милый турист, откуда то из Ставрополья, идет вниз по набережной к морю жарить шашлычок. Ашотик Гургенович. Егор хохотнул своей мысли, закидывая в рот остатки от своего рожка. - Чего угораешь? О... Все стрескал уже, и куда вся жратва уходит, - усмехнулся Амиран, окинув коротким взглядом стройную омежью фигурку, всей пятерней подхватывая почувствовшего угрозу и ускорившего шаг Егора за ягодицу. Егор хохотнул, попытавшись скинуть ладонь Амирана, но он вцепился как черт еще и свободной рукой подхватыватив ускользающего омегу за талию, приближая к себе и целуя. Омега дурачился, смеялся, уворачиваясь от публичных нежностей и придерживая свою белоснежную шляпу с широкими полями, не давая ей возможности слететь под легким порывом теплого ветра. На них с интересом поглядывали проходящие мимо туристы. Они смотрели на них с тем же затаенным любопытством, что и Егор наблюдал за воркующими и бегающими друг за дружкой голубками в парке. Все было великолепно, прекрасно. Даже день рождения Егора впервые в жизни ощущался как праздник. Хотя ведь Амиран не делал ничего космического, не заваливал квартиру цветами и не дарил дорогие цацки, как это делал Султан. Утром он просто зацеловал Егора до опупения и организовал завтрак в постель, а вечером отвез Егора на смотровую площадку, где они забравшись на капот его автомобиля наблюдали за морем и звездами. Амиран гладил его по бедру и колену , а у Егора устроившего голову на плечо альфы ладони потели, сердце колотилось, как у перепуганного зайца, чуть ли не в глотке, и волоски на руках становились дыбом, а сам он, с затаенным восторгом и вожделением ловил каждый поцелуй, взгляд, улыбку. В глубине души он понимал, что это ни здоровО, и не здОрово. Но остановить себя, когда уже на полпути в заячью нору... Невозможно. Он уже был наполовину в сказке. Однако... Реальность, как это обычно бывает, обухом бьет по голове именно в тот момент, когда ты меньше всего этого ожидаешь. *** - Покатаемся, - предложил Амиран, вернувшись вечером из командировки в центральную клинику. Встречающий его чистенький, мокренький после душа, Егор, в белоснежном махровом халате, мгновенно, уже по тону голоса и взгляду, как кошка, учуял, что что-то неладное случилось, и без лишних вопросов оделся, следуя затем за Амираном вниз по лестнице. Он сели в машину, Амиран открыл окна, а после ласково провел ладонью по влажным волосам Егора и, передумав, закрыл окна, тронувшись с места. Они снова ехали куда глядят глаза. Снова играла восточная музыка. Амиран протянул свою руку, Егор тут же положил в нее свою, переплетаясь пальцами. Альфа притянул его ладонь к своим губам и поцеловал. Творилось что то неладное. Егор начал переживать. - Все в порядке? - неловко спросил он, не отрывая взгляда от Амирана. Они ехали слишком быстро. - Амиран. Он снова поцеловал ладонь Егора. Егор растревожился еще сильнее. И как выяснилось, не зря. Они уже были черти где в горах, на серпантине, когда Амиран притормозил, выключил музыку и сказал Егору: - Алим хочет все вернуть. Егор нервно улыбнулся, отвернув от Амирана лицо и посмотрев в окно на огни низлежащего города и бесконечные морские просторы. - Приехали. Ну вот что-то подобное следовало ожидать. Его ведь предупреждали. - Я не знаю, как мне быть, - играя с костяшками его пальцев в своих руках, неуверенно протянул Амиран. - Мы столько лет положили на этот брак. Я его очень уважаю, и он меня. Нам нужно было время, чтобы все обдумать и..., - Егор шумно выдохнул. - Он, наконец, готов пойти мне на встречу, а я... Альфа рассмеялся, и Егор вместе с ним. Отзеркалил. Автоматом. Ему не было смешно. - Вроде как и обещал себе просто не обязывающую интрижку. Но снова умудрился втрескаться в тебя, - сообщил Амиран, затем позвал, попытавшись прихватить увернувшегося Егора за подбородок. - Егор. Егор лишь очередной раз шумно вздохнул, и не думал отвечать, пряча за упавшей на лицо челкой глаза, наливающиеся слезами. Голос бы задрожал, было бы унизительно. Нелепо. Ну, никто ведь не умер. - Как мне быть? Егор молчал. - Я хочу быть с тобой. Но хочу полноценную семью, детей, заботу, стабильность, мне нужен тыл и я знаю что Алим сможет обеспечить мне это. А вот сможешь ли ты... Егор молчал. И когда это молчание показалось бесконечно долгим Амиран снова спросил: - Как мне быть? - Я не знаю, - через силу не сразу ответил Егор, пересилил себя, протер лицо и, посмотрев в глаза Амирану, сказал как есть, вскинув брови и нервно улыбнувшись. - Я не знаю как мне быть. Откуда я могу знать, как быть тебе. Ты большой альфа, сильный, умный, правильный. Решай сам. Он держался. Не пускал сырость. Лишь глаза предательски блестели. - Это все что ты хочешь мне сказать? Егор усмехнулся, покачав головой из стороны в сторону, и сказал: - У меня после завтра течка. Составь компанию. На прощание. Амиран нахмурился, отпуская его ладонь, и негромко ответил, с долей сарказма и разочарования: - Все, чего твоя душа пожелает. И снова включил музыку. Через некоторое время машина тронулась с места, продолжая движение дальше. Вверх по серпантину. Егор уставился в окно, отвернувшись от Амирана. Какой молодец. И все таки прав был супруг покойного профессора. Любовь - отвратительное чувство.