Не стесняйся меня

POV Финн — А-а чхи! — Господи, Финн, уже шестой раз за утро! — ты поставил мёд на стол и уселся напротив меня, опираясь головой на руки. — Уже два часа дня, это не утро... — я сделал глоток горячего чая и опустил голову на стол. — Ты себя очень плохо чувствуешь? Может мне сходить в аптеку? — Нет, не надо, — всё так же в стол говорил я. Ты потянулся ко мне и, приподняв мою голову, приложил ладонь ко лбу. — Ты горячий, — твоё лицо приняло задумчивый вид. — О да, Джеки, — я соблазнительно закусил губу, медленно кивая и смотря тебе прямо в глаза. Это заставило тебя покраснеть, нервно сглотнув, но после ты как ни в чём не бывало закатил глаза и сел обратно за стол. Мне очень нравится заставлять тебя краснеть. Это уже стало ежедневной миссией: вызвать у Джека смущение как можно больше раз за двадцать четыре часа. За последние две недели я стал ловить себя на мысли, что мне хочется чаще находится рядом с тобой. Вчера вообще заставил спать со мной... Чёрт, как же стыдно! Лучше бы я вообще ничего не помнил, но у алкоголя никогда не получается отнять у меня память о весёлом вечере. — Так, где у тебя градусник? — Джеки, зачем тебе градусник? — я томно вздохнул. — Хмм, дай подумать, наверное, надо померить твою температуру? — Ну ты же и так сказал, что я горячий, — моя голова наклонилась на бок. — А вдруг у меня просто холодные руки? — сразу после того, как ты это произнёс, я взял твою руку в свою, проверяя, насколько она тёплая. — У тебя нормальные руки, Джек, а вот щёки красные, — я хитро улыбнулся, — но если ты так хочешь, можешь чмокнуть меня в лобик, градусника всё равно нет, — пожимая плечами пробормотал я и опустил голову обратно на стол. — Окей, — ты встал из-за стола и подошёл ко мне, — давай сюда. — Ты серьёзно? — я поднял голову и непонимающе посмотрел на тебя. — Вполне, — ты улыбнулся, приближаясь лицом ко мне и слегка надувная губы. Я помог тебе дотянуться, поднимая голову ещё выше, и твои мягкие сухие губы коснулись моей кожи. Это было такое приятное ощущение... — Вот теперь я убедился, что ты горячий, а мне надо в аптеку. — Двусмысленно звучит, Джек, — с лестницы донёсся голос Уайатта, а рядом с ним стоял и Либерер, — что у вас тут происходит? — Прикиньте, я заболел, Грейзер просто проверял мою температуру, потому что градусника у меня нет. Блин, а это и правда двусмысленно звучало, жаль, что я не успел пошутить... — Ой, да ладно вам, мы совсем не против нетрадиционной ориентации... — не успел договорить Джей, как ты его перебил. — Ну ещё бы, пидоры были против, — ты посмеялся, а я за тобой. — Кгх... Вы о чём? — спросил Олефф и многозначительно переглянулся с Джейденом. — Во-первых, — начал я, — вы спали вместе. — Да ладно Вулфард, — твои брови поднялись, а на губах появилась улыбка. — Окей, это не аргумент, хмм... — А во-вторых, вы забыли, как я вчера выгонял вас из комнаты Финна, пока вы целовались? — ты продолжил за меня. — Блять, — в один голос прошептали парни. Услышав от этой парочки только короткое "Да, мы встречаемся", мы просто поддержали их и проводили из дома. Потом надо было собрать некоторые мои вещи для недельного переезда к тебе. — Боже, Финн, ну нахрена тебе гитара? — возмущался ты, уже полчаса ожидая, когда мы наконец выйдем. — Буду тебе колыбельные на ночь играть. — А, ну тогда бери, конечно, — ты наигранно согласился и мы спустились вниз. По пути к твоему дому мы всё же забежали в аптеку. Ну как по пути, нам пришлось сделать круг, потому что ты забыл в какой стороне аптека, а я и подавно не знал. — Так, Финни, поднимайся ко мне в комнату, а я пока сделаю этот... чай? — ты потряс упаковкой с лекарством, которое мы купили в аптеке. — Как скажешь, мам! Я быстро забежал по ступенькам на второй этаж и открыл дверь в твою комнату. Она как всегда такая светлая и аккуратная, везде порядок. Я бросил свой чёрный рюкзак с одеждой возле стола и аккуратно поставил гитару к стене. Только сейчас я подумал о том, что из-за ночёвки смогу как раз находиться рядом с тобой. — Господи, Финн, почему ты так этому... чхи!.. радуешься? — довольно громко спросил я у себя. — Сам с собой разговариваешь? — дверь открылась, и в ней показался ты с уже готовым горячим напитком в одной руке и бутылкой воды в другой, — совсем уже от простуды мозгами поехал, Вулфард? — Все разговаривают сами с собой, Джеки, — не отрывая взгляда от потолка произнёс я, — дай мне водички. — Держи, — ты протянул мне бутылку, а кружку поставил на стол. — Слушай, — я сделал пару глотков и, закрутив крышку, полез в портфель, — нам нужно сделать совместную фотку, — я вытащил полароид и встал с кровати, подходя к тебе. — Зачем? — ты потупил взгляд на камеру. — Ну, у меня есть твоя фотка дома, у тебя тоже должна быть. — О, да, я видел, ты всё-таки поставил в рамочку фотографию с моими красными шортами, — твои щёки покраснели. Фотографию твоих прекрасных ног, Джеки. Я подошёл к тебе и обнял за плечо, вытягивая другую руку с полароидом как можно дальше. Ты обхватил моё плечо в ответ, довольно сильно, но не больно сжимая его пальцами. На твоих губах появилась глупая ухмылка, а глаза были сведены к переносице. Я решил последовать твоему примеру и высунул язык, щуря глаза, а после надавил пальцем на кнопку и та выразительно щёлкнула, делая снимок. Фотография распечаталась и, недолго поразглядывав её, ты уставился на меня. — Блин, как ты сохраняешь прелестное личико, даже когда корчишь тупую гримасу и болеешь одновременно? — А-ха-ха, ты серьёзно? — мои брови взмыли вверх. — Да, Финн, ты очень красивый, на самом деле, — ты сказал это таким тоном, слово поведал о событиях за день, и положил снимок на стол. — Хм, ну, может быть, — я почесал затылок. — Спасибо, что-ли? — Жди, тут, сейчас принесу градусник, — ты развернулся к двери и направился в ванную. Мне довольно часто говорят, что я красивый, симпатичный, что у меня притягательная внешность, но я никогда не обращал на эти слова внимания. Ну, красивый и красивый, круто. Однако слышать это именно от тебя почему-то так приятно, это звучит как-то по-особенному. На самом деле я и тебя считаю очень привлекательным, даже милым: россыпь веснушек на аккуратном носике, выразительные карие глаза, а ещё эти постоянно краснеющие щёчки. Серьёзно, я, наверное, никогда не встречал настолько милого четырнадцатилетнего парня. В раздумьях я опустился обратно на кровать, а ты тут же появился в комнате, протягивая мне электронный градусник. Я просунул его под кофту и стал выжидать звукового сигнала. — Вот, возьми, выпей пока, — ты подал мне кружку со стола. Я сделал пару глотков "чая", похоже, он был с лимонным вкусом, который пришёлся мне по душе, потому я быстро опустошил сосуд. Градусник подал звук, я не стал смотреть на циферблат и предложил сделать это тебе. — Тридцать семь и три, стандартная температура при простуде, — несводя глаз с прибора, произнёс ты. — тебе не плохо было бы поспать, но, я думаю, ты не станешь этого делать, так как просто уже не сможешь: ты очень хорошо выспался этой ночью. Это чистая правда, я встал в двенадцать, выслушивая твои рассказы о том, как ночью я пытался скинуть тебя с кровати, постоянно стягивал одеяло, не давал спококойно отдохнуть, в общем. — Ну, прости ещё раз, Джеки, — я совсем забыл, что дерусь во сне, да и я был бухой, — я виновато посмотрел на тебя и посмеялся. — когда мама в детстве ложилась со мной, ей тоже доставалось. — Я в этом и не сомневаюсь, — ты мило улыбнулся и взглянул на гитару у стены, — может, сыграешь мне колыбельную, а я всё же посплю? — Ну хорошо, а я что буду делать, пока ты будешь спать? — я уже взял гитару в руки. — А интернет тебе на что? — ты уже завалился на кровать позади меня. — Да и я от силы час посплю, недолго скучать будешь. В итоге никто не спал, я начал играть совсем не колыбельную, а разные энергичные композиции, а ты, со словами «Финн, сукин сын», дёргаться в такт, после вставая на ноги и прыгая на кровати. Вся комната была залита нашим беззаботным звонким смехом. Несколько дней мы провели, развлекаясь, как только можно было. Каждый день ты давал мне лекарства, проверял температуру, и мне так нравилась эта забота, что не особо хотелось выздоравливать. Но уже в среду я чувствовал себя намного лучше, и мы стали выходить на улицу, наслаждаясь медленно наступающей весной. И хотя ты всё же был против того, чтобы я покидал тёплый и безопасный дом, мне удалось грамотно воспользоваться своим обоянием и уговорить тебя. Спали мы на одной кровати, но на разных её краях, потому что ты боялся быть избитым моими неугомонными ногами и руками. Всю еду готовил ты, что мне очень нравилось, но всё же хотелось помочь, и я предложил вместе испечь печенье, которое ты собирался готовить сам. Ты, конечно же, согласился, и всё прошло просто прекрасно: кухня осталась целой, печенье вышло вкусным, а я довольным, что в этом поучаствовал. Но без небольшого конфликта наша весёлая жизнь всё же не обошлась. — Финн, я же просил тебя оставить эти печеньки мне! — ты набросился на меня с негодованием, придя домой с катка. — Ты просил?.. — кажется, я совсем забыл об этой просьбе. — Да, я просил! — с обиженным лицом, ты продолжал наезжать. — И если ты не услышал этого, то это твои проблемы. — Ну прости, я и правда забыл, про то, что не нужно их есть, там оставалось немного, — я смотрел тебе в глаза, надеясь на прощение. — Ну, хочешь, новые приготовим? — Ты сам приготовишь новые, — ты сложил руки на груди, отводя от меня взгляд. — Да чего ты вообще так злишься, это же просто печенье! — я немного повысил тон, потому что, как мне показалось, поводов для такой обиды действительно не было, ну забыл, с кем не бывает? — Да потому что мы так долго его готовили и вообще... Тебя прервал мой телефонный звонок. — Это Джейден, — я взял телефон и приняв звонок, поставил на громкую связь. — Алло? — Финн, ты не знаешь, что с Уайаттом? — парень говорил очень обеспокоенным голосом. — Нет, Джек, ты знаешь? — ты отрицательно помотал головой. — А что случилось? Он куда-то пропал? — Да, он ни вчера, ни сегодня не отвечал мне на звонки и сообщения, я беспокоюсь, такого никогда не было. — Значит, иди к нему и узнай, почему он игнорит, — предложил ты. — Хочешь, мы с тобой пойдём? — Хочу, давайте минут через двадцать встретимся у входа в парк. — Хорошо. Я сбросил трубку. — Как думаешь, что с ним может быть? — решил узнать моё предложение ты. — Вообще никаких мыслей, но раз так, то у него точно что-то стряслось. Мы быстро вышли из дома и направились к парку. Встретив Джея на месте, мы втроём быстро пошагали в сторону дома Олеффа. Дверь была открыта, и мы, не дожидаясь приглашения, вошли. Либерер повёл нас проверить, нету ли Уайатта в его комнате, и, зайдя туда, мы обнаружили его, спящим в одежде. — Уайатт, — Джейден присел на кровать рядом с Олеффом и негромко позвал его, пытаясь разбудить, — Уайатт, вставай. — Джей? — парень поднял лицо с подушки, и перевёл уставший взгляд на нас с тобой, его глаза выглядели немного опухшими. — А что вы все тут делаете? — Я тебе звонил, почему ты не отвечаешь? — начал Либерер. — Скоро мои родители вернутся, им лучше не видеть вас, — парень был в смятении. — Я рассказал им, Джей... — О чём рассказал? — спросили мы с тобой в один голос, но были успешно проигнорированы. — Понимаешь, отец сразу отреагировал на это ужасно, хуже, чем я ожидал, — Уайатт уже сидел на краю кровати, смотря прямо на Либерера, тот на коленях стоял перед ним. — Я пытался объяснить ему, но он упрямо твердил, что быть пидором — это ненормально, что я не должен встречаться с парнем, что я просто не вырос, что позорю их с матерью... Тут до нас всё дошло: Олефф решил открыться родителям, рассказать о своей ориентации, может быть, даже о том, с кем встречается, но всё пошло не так, как он этого хотел. Парень то и дело всхлипывал, от заново нахлынувших слёз. Ты сидел рядом, поглаживая того по плечу, а я просто слушал, находясь возле тебя. — А что мама? — поглаживая своего парня по руке спросил Джейден. — Она заплакала и... и поддержала папу, — Уайатт откинул голову назад, зажмуривая глаза, и потом снова взглянул на Джея. — Слушай, Олефф, не нужно так из-за этого убиваться, ты же не собираешься меня теперь бросить? — спокойным голосом пытался успокоить кудрявого Либерер. — Нет! — парень тут же встрепенулся. — Нет, что ты... — Тогда сейчас ты успокоишься, потом мы подождём твоих родителей, — Джейден говорил размеренно и тихо. — Если они не слушают тебя, то пусть послушают твоего парня. — Ты правда поможешь? — Олефф стал немного взволнованным. — Не боишься говорить с ними? — Не боюсь, Уайатт, — Джей мягко улыбнулся парню. — Слушай, я правда не думал, что из-за такого ты будешь... Надо было сразу мне всё рассказать, не лежать, пуская слёзы, а позвонить своему парню, — Либерер приложил руку Олеффа к своей груди. — Прости, я думал о том, что веду себя, как идиот, игнорируя тебя, но ничего не мог с этим поделать и... — Уайатт выглядел очень подавленно. — Ты никогда ещё не видел меня таким. — Ты прекрасен в любом виде, — Джей немного приподнялся с пола и прильнул поцелуем к губам Уайатта. Я метнул взгляд на тебя и улыбнулся, оттого, что твои щёки вновь розовые, как тогда, в туалете, когда мы в первый раз узнали об отношениях двух наших друзей. — Тогда мы, наверное, пойдём? — я начал слезать с кровати, хватая тебя за запястье. Получив от Джейдена кивок, мы смело направились к двери, оставляя парней разговаривать один на один. Всю дорогу никто из нас так и не заговорил, зато дома обсуждение того, что произошло началось почти сразу. Мы сели на диван, и, немного подумав, ты начал. — Слушай, как ты думаешь, у них всё получится? — смотря прямо мне в глаза произнёс ты. — Я в этом не сомневаюсь, — уверенно произнёс я. — Джейден сумеет донести до родителей Уайатта, что они не смогут повлиять на ориентацию их сына, что это не зависит ни от них, ни от него. — Честно, я никогда не мог представить, чтобы Олефф расклеился из-за того, что родители не приняли его предпочтений, — полушёпотом произнёс ты. — Хотя, даже не знаю, что сам делал бы в таком случае... — Я бы, конечно, попытался доказать, что это нормально, но если не выйдет, то пусть делают, что хотят, — мы всё ещё смотрели друг другу в глаза. — если я хочу быть со своим парнем, то они просто не смогут ничего сделать с этим. Я не заметил, как начал говорить об этом, словно скоро расскажу родителям о том, что я гей, словно я вообще гей и прямо сейчас передо мной сидит мой парень. — А ты когда-нибудь встречался с парнем? — ты задал неожиданный вопрос. Но врать я не собирался. — Да, я тогда открыл для себя, что люди могут любить не только противоположный пол, — я опустил голову, сосредотачиваясь на рассказе. — В общем, у меня был друг, с которым мы проводили очень много времени вместе, но он был просто другом. Пока однажды не рассказал мне о том, что его всегда привлекали только парни, что я ему нравлюсь. Ну а я подумал, что никогда не был ни с кем в отношениях, как и тот парень, в принципе, и согласился встречаться с ним. И да, он был крутой друг, и я хотел быть его другом, — и вот я уже снова врезался взглядом в тебя, — поэтому мне стыдно за то, что я вообще согласился стать его парнем... А потом он сам бросил меня, с помощью сообщения на телефон. Бросив вместе со мной смешок, ты решил задать вопрос, который сподвиг меня на долгие раздумья: — Так, тебе всё-таки нравятся парни? Нравятся ли мне парни... Мысли вихрем забушевали у меня в голове, взгляд устремился в пустоту, ладони вспотели, я начал думать о том, как каждый раз рвусь встретиться с тобой, оказаться рядом, придвинуться поближе, как ревновал, когда в твоей жизни снова появилась Элли, как готов был разорвать её за такое наплевательское отношение к тебе. Я вспомнил, как ты учил меня кататься на коньках, как помогал с биологией, как бешено начало биться сердце, когда ты предложил мне остаться у тебя на неделю, как любовался тобой, пока ты расхаживал в коротких шортах по моему дому. Я задался вопросом, почему же мне так нравится видеть румянец на твоих щеках, почему постоянно смотрю на родинки на твоих губах, почему ты в моём присутствии даже майку спокойно переодеть не можешь. Всё время так и хочется сказать: "Да не стесняйся ты меня, боже!". В мысли ворвалось и приятное ощущение, когда ты быстро отводил свой взгляд от меня, если я его вдруг замечал, когда тебе понравилось моё пение и даже собственная композиция нашей распавшейся группы. Ты так заботливо уложил меня спать в тот вечер, а я(боже, как же глупо) попросил лечь со мной. Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке..? Вполне возможно. А ведь всё началось с кофейни, что стоит недалеко от школы. Заметив там тебя один раз, я стал приходить туда постоянно, не решаясь подойти, это всё очень несвойственно мне, очень Сейчас и только сейчас, я смог окончательно признаться себе в том, что мне нравятся парни. В том, что мне нравишься ты, Джек. Медленно пройдясь взглядом по твоей фигуре, я снова остановился на лице, на губах. Тело как-то само медленно толкнулось вперёд, улавливая твой одновременно растерянный, непонимающий и завороженный взгляд. Ты слегка вытянул шею, сокращая расстояние, я ощущал себя за пределами этой комнаты. Что-то, казалось бы, недостижимое становиться таким реальным, таким притягательным. Снова твой запах так сильно ударяет в нос, я мог чувствовать его лишь при объятьях и в ту ночь, касаясь носом локонов твоих волос, пока спали в обнимку... «Что ты делаешь, Финн?!» — Чёрт, прости, я... — одна, ударившая в голову, отрезвившая разум, мысль сделала недостижимое вновь недостижимым. — Мне нужно уйти. Я всё ещё находился между реальностью и желанием вернуться обратно к тебе, прижать... Но, быстро схватив полупустой рюкзак, я пулей вылетел из дома и бегом направился к своему. Смятение, потерянность, стыд, мысли о произошедшем, твоё изумлённое лицо — всё это мешало разуму успокоиться. Я сбегаю, порчу всё, можно было просто поговорить... Нервно пытаясь попасть ключом в замочную скважину, я наконец открыл чёртову дверь. Теперь ты далеко, теперь я могу на весь дом орать о своём тупом поступке, гнобить себя за то, что своими же руками угробил такую ценную для меня дружбу...