Злополучный шоколад

      - Кхе. Дурдом, - проговорил идущий по правую руку от Мамори Хирума Йоичи.       Бывший капитан Дэймон Дэвил Батс жевал жвачку и осматривал непривычно оживленную территорию школы.       - Согласна, - поддержала его Сузуна, которая стояла слева, хмурила брови и недобрым взглядом сверлила выстроившуюся в очередь непрерывно галдящую толпу девчонок. Во главе этой колонны, стоял Сэна. Кобаякава краснел, бледнел, потел, непрерывно кланялся, принимая из рук изо всех сил старающихся выглядеть лучше товарок девушек пакеты с подарками на день Святого Валентина. – Надеюсь, он впадет в сахарную кому!       Сузуна гордо вздернула нос и стремительным шагом, полностью игнорируя представление, что разыгрывалось возле крыльца, вошла в школу. Не обратила внимания даже на облегченно-радостный оклик Сэны, когда тот увидел подругу, чем немало его удивила. Но задуматься над странным поведением девушки мальчик не успел, так как поклонницы навалились на него всей толпой, грозясь затоптать.       Мамори тихо засмеялась. Было приятно видеть, что из неуверенного, стеснительного мальчика Сэны, вырос школьный идол. Теперь он был мегапопулярным и у него было много друзей. Мамори больше не надо было переживать за него и защищать. От этого было немного грустно, но грусть эта была светлой. Хотя стоило признать, что идол из Сэны получился специфический, неуверенный и стеснительный. Вот знакомая вихрастая макушка кое-как прошмыгнула сквозь толпу, и пока девочки ничего не заметили, припустил на своей сверх скорости к помещению клуба. Туда фанатки соваться никогда не рисковали.       - Бегает быстрее, чем от Цербера, - закекекал Хирума, который тоже наблюдал за всем этим действом. – Может мне стоит их подговорить погоняться за ним? Не плохая тренировка получится.       - Хирума-кун! – воскликнула Мамори, возмущенно сверкая глазами на дэймоновского дьявола, который обогнал ее и вразвалочку шел к школе, до занятий было еще много времени. – Мы же недавно вернулись из Америки. Дай ему отдохнуть.       - Опять в тебе проснулась мать-наседка? - приподнял бровь Йоичи, как только девушка снова поравнялась с ним.       - Прекрати, - надула губы Мамори, предпочитая не реагировать на подколки, потому что знала, что если она вступит в перепалку с этим дьяволом, то это затянется надолго. Даже фыркнула обижено и отвернулась.       - Ну же, бывший хренов менеджер, не лишай меня последней радости, - в голосе Хирумы явно слышалось не злое подтрунивание. – Если ты мне дашь над собой подшучивать, то я не буду слоняться по школе весь день, думая, чем бы мне таким заняться.       - Ни за что не поверю в то, что ты не сможешь себя чем-нибудь занять, - вздохнула Мамори, краем глаза замечая шепчущуюся группу девушек, которая стояла недалеко от их шкафчиков и нет-нет, но поглядывали в их сторону. Кажется, они были из параллельного класса. Это выглядело подозрительным. Но сегодня такой день, что все девушки вели себя немного странно. Мамори улыбнулась и посмотрела на большой пакет, в котором были подарки для всей команды. Она открыла свой шкафчик, взяла свою сменку и положила пакет. Раздаривать их она будет на обеденном перерыве или после занятий.       - Хирума! Мамори! – неуверенный солнечный свет, который проникал в школьный коридор через открытые двери, на мгновение померк, так как в школу ввалился запыхавшийся розовощекий Курита.        - Опять потакаешь малышне, чертов поросенок, - хмыкнул Хирума, оглядывая поправляющего школьную форму лайнмена.        -Да ладно, тебе, - улыбнулся добряк Курита. – Ты же сам не возражал против того, что мы будем помогать ребятам. Они как раз ищут новых игроков. Кстати вы видели? Сэна-кун принес так много подарков с утра!       - Видели, - улыбнулась Мамори, вновь непонятно от чего почувствовав гордость за Сэну.        -Как бы чертова креветка не зазнался, - хмыкнул Хирума, открыл свой шкафчик и внезапно шарахнулся в сторону, чем изрядно напугал как Мамори так и Куриту. Ему под ноги с тихим шорохом выпала целая куча писем. Конвертики из белой и розовой бумаги лежали на полу, а Хирума Йоичи смотрел на них так, словно это было как минимум чем-то неприятным, а как максимум было биологическим оружием. – Какого черта?!        Мамори с удивлением посмотрела на сбитого с толку Хируму, не менее удивленного Куриту и, присев на корточки, подняла один из конвертиков. Самый примечательный: розовый и запечатанный на наклейку-сердечко. На лицевой стороне было выведено имя адресата, аккуратно, явно женской рукой. А еще он пах духами. Сомнений не оставалось.       - Хирума-кун, - Мамори осмотрела ворох писем и подняла взгляд на нервно поглядывающего под ноги квотербэка. – Это любовные письма. Тебе.       Стоящий позади Мамори Курита издал удивленный нечленораздельный возглас. Девушка хотела посмотреть все ли хорошо с чересчур впечатлительным лайнменом, но интереснее было наблюдать за Хирумой-куном. Секунда и состояние глубокого потрясения на его лице сменилось недоумением, и, наконец, надев маску абсолютного безразличия, он поднял руку с включенной зажигалкой.       - Сжечь.       - Хирума-кун! – Мамори быстро встала и загородила собой письма. Для верности еще и выхватила из его рук зажигалку. - Так нельзя!       Дэймоновский дьявол удивленно моргнул, глядя на сердитую девушку, и раздраженно надул и лопнул пузырь жвачки. Он не произнес ни слова, отодвинул ее в сторону, подходя к шкафчику и вытаскивая сменную обувь, по пути, брезгливо морщась, выуживал оставшиеся письма на пол.       - Ты их не прочтешь? – спросила Мамори, глядя как Хирума, подхватывая сумку, быстрым шагом пошел к лестнице.       - Нет, - соизволил ответить он.       - Но, как же… - девушка растеряно развела руками, осматривая усеянный конвертами пол.       - Делай с ними что хочешь. Меня они не интересуют.       И ушел. Анезаки Мамори вздохнула, присела и принялась собирать конвертики.       Нельзя же быть таким жестоким. Девушки, которые это писали, наверняка старались, и очень волновались. Мог бы уважение проявить к их чувствам. Хотя о чем это она?       - Это было неожиданно, - наконец заговорил Курита, присаживаясь с Мамори рядом и помогая собирать послания.       - Чего это он так разозлился? – удрученно покачала головой девушка, складывая конвертики аккуратной стопочкой.       - Не знаю. Может быть, смутился? – предположил лаймен, но переглянувшись с удивленно захлопавшей глазами Мамори, они только посмеялись. Право, о чем они таком думают: о Хируме Йоичи и смущении.       В конце концов, Мамори оставила все собранные послания в своем шкафчике, пообещав самой себе, что обязательно заставит Хируму-куна их принять. Пусть хотя бы в руки возьмет, а потом уже делает что хочет. Они с Куритой вошли в класс, который оживленно гудел в ожидании урока. Хирума Йоичи обнаружился за своей партой поглощенный чем-то в ноутбуке. За партой рядом сидел Мусаши и, нахмурив брови, смотрел на аккуратную коробочку, обернутую белой упаковочной бумагой и перевязанную красной лентой.       - Доброе утро! – Мамори поприветствовала одноклассников и поспешила на свое место позади Хирумы. Проходя мимо недовольно на него посмотрела, на что он никак не отреагировал. – От кого это?       Курита тоже с интересом уставился на лежащий перед другом подарок.       - Не знаю, - ответил Такекура Ген и еще больше нахмурился. Взял коробку в руки и повертел, осматривая со всех сторон. Никаких надписей не было.       - У Мусаши тоже есть поклонники, - порадовался за друга добрый Курита. Мамори ободряюще улыбнулась помрачневшему киккеру. Ох уж эти мальчишки. Хотят казаться взрослыми, а когда дело касается романтики, то сразу же смущаются.       - Скорее поклонница, Курита-кун, - поправила Мамори. Мусаши открыл коробочку, в которой лежали шоколадные конфеты. Конфеты были разными и красиво украшены. Девушка явно делала их сама.       - Интересно кто? – Курита сел за парту.       - Ке-ке-ке, - перестал игнорировать друзей Хирума и, повернув голову к ребятам, расплылся в ехидной улыбке. – Я знаю одного человека, который на старикашке буквально помешан.       - Помешан? – протянула Мамори, пытаясь вспомнить… что-то такое было. Судя по еще больше помрачневшему Мусаши и нахмурившемуся Курите они тоже пытались вспомнить его. Хирума выжидал, не давая ни единой подсказки. Тут в голове у девушки, словно наяву раздался громкий голос Сасаки Котаро: «Мусаши, давай выясним кто из нас самый шикарный киккер!»        -Ну, знаешь, чертяка, - нехорошо так протянул Мусаши, видимо прейдя к тем же умозаключением что и Мамори. Курита сдержанно сдавил смешок в кулак. Хирума развеселился еще больше, но от неминуемой дружеской потасовки, класс был спасен звонком, ознаменовавший, начало урока.       На перемене Хирума-кун куда-то ушел.       - Он не в настроении, - протянул Курита и опустил голову на парту. Та под ним сдавленно затрещала, но выдержала.       - Чтоб его, - раздраженно выдохнул Мусаши, открыл коробку конфет, взял одну и закинул в рот. Скривился.       - Не вкусно? – спросила Мамори. На вид сладости выглядели очень аппетитно.       - Да нет, вкусно. Просто после слов этого придурка в голову лезет всякая чушь. Чего это он такой раздраженный? – спросил Мусаши Мамори. Он видел как они втроем с Сузуной пришли в школу вместе. Уж она-то должна знать, чем недоволен их местный повелитель преисподней.       - Все было хорошо, - Мамори повела плечом, откидывая назад отрастающие волосы. – Пока с утра он не получил целый ворох любовных посланий.       - А. Понятно. Совсем забыл, что сегодня день Святого Валентина. – Мусаши вновь уставился на коробку конфет, и, подумав, взял еще одну. Мамори удивленно взглянула на него.       - Ты знаешь, почему Хирума-кун не любит 14 февраля?       - Ну да. Просто не любит лишнего внимания, не связанного с его спортивной деятельностью. Ты разве не замечала? Хотя, ты же в первый год училась в разных с нами классах.       - Я тоже как-то не обращал внимания, - вздохнул Курита.        -Он всегда был достаточно популярным, - продолжал Мусаши невозмутимо, но увидев как вытянулись лица Анезаки и Куриты, понял, что замечал это лишь он один. – Просто после пары показательных сожжений любовной корреспонденции, девушки к нему приближаться опасались…       - Эм… извините, - к ним нерешительно подошла миловидная девушка, которая терзала в руках простую картонную коробочку.       - Привет, - доброжелательно улыбнулась ей Мамори. Где-то она ее видела уже. То ли в классе Сэны, то ли в классе Монты. – Что-то хотела?       - Да, - девушка подняла глаза, в которых плескался такой страх, что Мамори с трудом подавила в себе желание ее обнять, и сказать, что все будет хорошо. – Я… я… мне… можно тебя на пару слов, Курита-семпай?       Мусаши и Мамори удивленно переглянулись и в торжественном молчании проводили взглядами на выход простодушного лайнмена и оказывается очень бойкую девушку. Даже столкнувшийся с ними в проходе Хирума был потрясен. Но быстро взял себя в руки.       - Этот хренов мир сошел с ума! – проворчал он, плюхаясь за парту. – Люди идиоты, но один день в году они и вовсе ведут себя как пускающие слюни дебилы. Видели бы вы хренову Мартышку. Ему в этом году столько внимания досталось, что он сразу же забыл о тебе, Мамори-са-а-ан.       Девушка вспыхнула и сердито уставилась на Хируму Йоичи. Тот, подперев рукой щеку, наблюдал за ее реакцией. Мусаши сдержано улыбнулся. О влюбленности Монты Мамори прекрасно знала, но искренне полагала, что это должно в скором времени пройти, уж слишком горяч на эмоции был ресивер.       Перед самым звонком в класс ввалился витающий где-то в высших сферах Курита Рекан. Весь класс дружно уставился на коробочку в его руках. Парень прошел на свое место и водрузил подарок на парту словно святыню.       - Мне подарили конфеты, - проговорил он все еще потрясенно глядя перед собой. – И та, девочка, Сато-сан, сказала, что я… я…ей нравлюсь. Я принял ее подарок. Это нормально?       Курита спохватился и оглядел друзей вопросительным взглядом. Мамори улыбнулась и ободряюще похлопала по плечу друга.       - Конечно, нормально, - кивнул головой Мусаши, искренне радуясь за него. Такого доброго парня нужно было еще поискать.       - Смотри, чтобы она не раскормила тебя до бесформенного состояния, поросенок, - хмыкнул Хирума беззлобно.       Анезаки Мамори лишь покачала головой, все же каким бы грубым Хирума Йоичи не казался, он всегда искренне переживал за своих друзей, и радоваться за них тоже умел. Ей вообще казалось, что он сильно изменился, стал более общительным, научился доверять другим, а не взваливать все на себя. Хотя, может быть, он и был таким с самого начала, а она просто этого не замечала, ведь тесно общаться они начали только тогда, когда она стала менеджером Дэвил батс.       «Он всегда был достаточно популярным» - раздался в голове голос Мусаши.        Мамори в задумчивости повертела в руках карандаш и уставилась на светловолосую макушку. Учитель что-то рассказывал, но девушка не слушала. Значит, что Хирума-кун всегда был популярен у девочек, даже не смотря на всю свою возмутительную деятельность в школе? Ну, его можно было назвать достаточно симпатичным, особенно когда он не скалился на людей. Он был высок и ладно сложен, спортсмен как никак. Было бы скорее странно, если бы он не привлекал к себе противоположный пол. Он привлекал внимание, и не только за счет своей неординарной внешности. Было в нем что-то, что заставляло людей оборачиваться в след. Ребята, что пошли за ним в команду, это тоже определенно увидели и почувствовали, как почувствовала и она.       «Если бы не Хирума-кун, то всего этого бы не было», - подумала Мамори.       Рука впереди сидящего парня поднялась и сложилась в несколько символов. Девушка нахмурилась и зашептала:       - Я не пялюсь на тебя!       Она берет свои слова назад. И мысли все свои хорошие об этом дьяволе тоже берет назад.       После уроков, как и хотела, Мамори принялась дарить подарки.       Смущенного Юкимитсу она поймала на входе в библиотеку. У парня в руках было еще несколько свертков. Девушка хитро прищурилась и осторожно начала расспрашивать, от кого он их получил. Если это были девочки из параллельных классов, то она их почти всех знала. Было интересно. Но видя, как стушевался парень, который до этого года только и делал, что занимался, решила его отпустить и не мучить.       У класса Сэны царило оживление и ей стоило больших трудов, чтобы протиснуться туда. Айшилда на месте не оказалось, но Мамори прекрасно знала, где он, да и все остальные, могут быть.       В клубе было шумно. Комусуби, Дзюмонджи, Куроки и Тогано мерились количеством подарков, когда выяснилось, что количество одинаковое, принялись сравнивать размеры коробок. Монта, стоило ей войти в клуб, как-то посерел.       - Что-то случилось, Монта-кун? – Мамори подошла к ресиверу, обеспокоенно оглядывая его. Губы парня задрожали, а в глазах поселилась такая тоска, что девушка немного смутилась. Впрочем, быстро взяла себя в руки, и вытащила из пакета коробочку с конфетами. – Вот это тебе.       - Мамори-сан… - проговорил Монта, принимая коробку и еще больше мрачнея лицом. Сэна, который сидел на лавочке поблизости и шнуровал кроссовки нервно хихикнул. – Простите, меня Мамори-сан…       - За что? – не поняла девушка.       - Я вас недостоин! – трагично проговорил парень и, прижимая коробку к груди, выбежал из клуба.       - Что это с ним? – спросила девушка у ребят.       - Он с утра говорил, что его не интересуют подарки на день Святого Валентина, - с удовольствием наябедничала Сузуна. Подошла к шкафчику Монты и открыла его, в нем стопкой лежали коробки с конфетами. – Но как видишь, выдержки его надолго не хватило.       - С утра творится чертовщина какая-то. Девчонки словно с цепи сорвались, - сказал Дзюмонджи, оглядывая башню из своих подарков. Башни его друзей были такой же высоты. Мамори похихикала и, подойдя к вечным соперникам, поставила сверху еще и свои подарки.       - Вы популярны, разве это не здорово? – улыбнулась она.       - Раздражает, - нахмурился Дзюмонджи, пытаясь выглядеть суровым мужиком. Все бы ничего, если бы не легкий румянец на щеках.       - Кто бы говорил, Казу-чан, - елейным голосом проговорил Тогано, толкая локтем своего друга.       - Действительно, - Куроки подошел с другой стороны и похлопал его по плечу. – Ты же у нас теперь школьный идол, почти как Сэна.       -Де-действительно! – поддержал Комусуби и расплылся в такой же улыбке.       - Да я вам… - закатал рукава Джумонджи и одним неудачным движением сбил выстроенные башни из шоколада. Хоть мальчишки и говорили, что им были безразличны подарки, но последовавшая за этим происшествием драка говорила об обратном.       - Ребята, не надо ссорится! - В клуб вошел Курита и сразу же побежал разнимать своих товарищей.       Убедившись, что катастрофы из-за драки не случится, Мамори обратила внимание на очень тихого Сэну. Она присела рядом и протянула ему свой подарок.       - Спасибо, Мамори-нээ-чан. – Вздохнул он и с тоской посмотрел на гору шоколада, высившуюся в углу комнаты.       - Кто бы мог подумать, что мой Сэна станет таким популярным, - Мамори хитро прищурилась, глядя на то, как у мальчика покраснели щеки. – Ты рад?       - Не думаю, - вздохнул он и спрятал подарок свой сестрицы в сумку. Это было приятно. Мамори внезапно поняла, что она бы очень расстроилась, если бы Сэна положил ее подарок к остальным. Все же он был ей почти как младший братишка. – Это все очень приятно, но чересчур для меня. Мне бы хватило и твоего подарка… и …        Сэна внезапно замолчал и как-то совсем погрустнел. О, тут не нужно быть Шерлоком Холмсом, чтобы понять, что происходит с Айшилдом всея Старшая школа Дэймон. Мамори огляделась, пытаясь найти Сузуну. Девушка обнаружилась на диванчике, сидела на нем, скрестив ноги и упершись взглядом в телефон.       Не будет же ничего плохого, если она немного поможет своим друзьям?        Мамори подошла к своей подружке и протянула ей коробку с шоколадом.       - Я не смогла найти Таки-куна. Передашь ему?       - Мой глупый брат, сейчас, наверное, бегает по всей школе и раздает автографы, - проворчала девочка, принимая из рук старшей подруги коробку. – Ему с утра, оказывается, подарили шоколад, отчего тот впал в безумие, бака!        Мамори внимательно осмотрела непривычно тихую капитана группы поддержки. И заметила, что она зажала между собой и подлокотником дивана пакет.       - А ты кому-нибудь делала подарок? – простой вопрос заставил Сузуну медленно залиться с ног до головы красной.       - Только ребятам из команды. – Пробурчала она, скрывая глаза челкой.       - А почему Сэна не получил твоего подарка? – поддела девочку Мамори. Сузуна вскинула голову, но под понимающим и всезнающим взглядом голубых глаз стушевалась.       - А ему не нужен мой шоколад, - она кивнула головой в сторону залежей коробок.       - Я так не думаю. Иди, поговори с ним, ну же…       Она заставила ее подняться и подтолкнула в сторону встрепенувшегося Сэны. Сузуна немного помялась, но потом, что-то пробурчав себе под нос, решительно подошла к парню, выпалила что-то по типу «Давай выйдем!» и первая выбежала из клуба. Растерянный Кобаякава под ехидные комментарии «Ха-ха» братьев вылетел следом. Мамори лишь покачала головой.       - Это вам, - она протянула Мусаши и Курите свои подарки. Ребята как раз вышли из раздевалки, облаченные в форму. Они договорились поиграть сегодня все вместе.       Остался один подарок.        Мамори в задумчивости покрутила в руках небольшую коробочку. С этим подарком было сложнее всего. Потому что тот, кому он предназначался вызывал в ней порой настолько противоречивые чувства, что немало смущало.       - Извините за опоздание! – в клуб забежал Юкимитсу и сразу же скрылся в раздевалке. За ним летящей походкой залетел уже где-то успевший переодеться в форму Таки.       - Мсье Хирума, передал, что он уже ждет всех на поле!       После этих слов Мамори решила, что с подарком придется повременить.       Она сидела на лавочке и наблюдала за игрой. Хирума-кун как всегда орал и требовал большей отдачи, ребята как всегда выглядели очень уставшими и, одновременно, очень счастливыми. Все же они любили своего бывшего капитана. А что же до бывшего менеджера. То она просто посидит и посмотрит.       Девушка улыбалась, глядя на команду. На той стороне поля прыгала с помпонами радостная Сузуна. Видимо, с Сэной они все же поговорили, скорее всего удачно, потому что ее подружка выглядела очень довольной, а Сэна был немного смущенным и растерянным, из-за чего уже не раз получил нагоняй от Хирумы-куна.        -Извините, Анезаки-семпай, да? – послышался сзади женский голос. Мамори обернулась и увидела группу из пятерых девушек.       - Да, вы что-то хотели? – Мамори приветливо улыбнулась. Девушки зашушукались и четверо из них вытолкнули одну вперед. Эту особу она точно не знала. Но школа большая, всех запомнить не возможно.       - Мы… - девочка запнулась и обернулась на подруг, которые ей прожестикулировали продолжать. Мамори была заинтригована. – Я хотела спросить. Это правда, что вы с Хирумой-семпаем встречаетесь?       - Хм? – Мамори наклонила голову в сторону, словно не расслышала вопроса. Да так оно почти и было. Лучше переспросить, ей показалось, что ей сказали что-то странное.       - Встречаетесь? – уже более уверенным голосом спросила девушка, во все глаза глядя на Мамори. – Вы и Хирума-сэмпай?       Как и во всех предыдущих случаях, когда ей задавали подобные вопросы или высказывали в слух такие предположения мозг Мамори зависал, потому что в ее понимании Хирума Йоичи был самым неподходящим для нее человеком. Он был собранием абсолютно противоположных качеств в мужчинах, которые она ценила. Поэтому, как и многие предыдущие разы, она замотала головой и ответила:       - Нет, что вы!       Её собеседница облегченно выдохнула и протянула ей пакет, перевязанный красной ленточкой и письмо.       - Не могли бы вы ему это передать? – спросила она смущаясь. – Пожалуйста!       Анезаки Мамори переводила удивленный взгляд с подарка на полное надежды лицо девушки. Ее подруги, что замерли позади в ожидании, молчаливо подбадривали.       - Я могу, но… не лучше ли тебе самой это сделать? – уклончиво ответила Мамори. Ей было не сложно, право слово, но, внезапно, что-то остановило ее сразу давать свое согласие. Какое-то странное и не очень приятное чувство появилось в груди, стало как-то неуютно и неприятно. Почему она должна помогать этой девушке?       - Стесняюсь, - покраснела еще больше девушка. – А раз вы друзья, то семпай, наверняка, вас послушает. Пожалуйста.        Мамори согласилась. И пожалела почти сразу же. Как только девочки ушли, она вспомнила, про свой шоколад.       «Вот же я глупая», - вздохнула она. Свой подарок до сих пор вручить не смогла, так теперь еще и помогать подвязалась. Погрузившись в раздумья о том, как бы отдать Хируме-куну подарки и не вызвать у него приступ раздражения, девушка не заметила как ребята закончили тренировку, опомнилась только когда ее окликнул, уже ушедший с поля Хирума Йоичи:       - Анезаки, ты, что там корень пустила?!       - Да иду я, - пробурчала себе под нос Мамори и впервые нехотя поплелась в клуб.       По пути ее выловил учитель, ответственный за воспитательную работу и попросил, отнести бланки анкет для будущих третьеклассников в учительскую. Мамори была даже рада, такому повороту событий, ведь вполне вероятно, что когда она придет в клуб, ребята уже уйдут и Хирума-кун тоже. Тогда не придется дарить ему сегодня этот шоколад. Она придет завтра пораньше и поставил ему его на парту. Про свой собственный подарок она старалась не вспоминать.       Когда она возвращалась, закат был в самом разгаре. Небосвод вовсю старался устроить красивое завершение дня Святого Валентина, порадовав влюбленные сердца прекрасным зрелищем. Мамори тихонько юркнула за дверь и, осмотрев комнату, покачала головой. Опять они оставили за собой бардак.       Она поставила пакет с письмом на стол и принялась собирать разбросанные вещи. Увлеклась и не заметила, что в клубе она была не одна.       - И что это? – спросил Хирума.        Мамори вздрогнула и чуть не выронила из рук швабру. Он стоял, облокотившись на стол, и вертел в руках письмо.       - Это тебе. – Нахмурилась девушка и перевела дыхание. Нельзя же так пугать! – Просили передать.       - Хм? – приподнял брови Йоичи, подцепил со стола пакет, развязал ленточку и заглянул внутрь. – С каких это пор ты посыльным купидоном заделалась?       - Ох, - Мамори поморщилась и потерла кончиками пальцев виски. – Просто прими уже этот подарок.       - Не буду. – Хирума сунул нераспечатанный конверт в пакет и отодвинул его на край стола. Сложил руки на груди и уставился на Мамори.        -Можешь не принимать, - пожала плечами она. Уговаривать этого дьявола себе дороже, особенно когда было видно, что он упрямится, только нервы себе истреплешь, а ничего не добьешься. Надо не забыть завтра вручить ему ту стопку писем, которая сейчас хранилась у нее в шкафчике, пусть устроит очередное показательное сожжение. Мамори сейчас искренне думала, что поклонницы Хирумы-куна очень ее раздражали. Хотя казалось с чего бы вдруг. Такими настойчивыми как фанатки Айшилда они не были, но все же… Все же…       - Ты мог бы быть помягче, - упрекнула она. Мамори сказала это быстрее, чем успела подумать, поэтому увидев недоумение на лице Хирумы-кун, поспешила пояснить свои мысли. – Если бы ты просто принял их подарки и письма, то они бы не были так настойчивы. Даже ажиотаж вокруг Сэны со временем стихает.       Многим действительно хватало того чтобы наблюдать за своим кумиром издалека, любовные записки были скорее способом выразить восхищение. И только малую толику из всех них можно было признать настоящими чувствами. Хирума Йоичи молчал, а Мамори чувствовала себя неуютно, будто сказала какую-то глупость, пред строгим учителем.       - Зачем? – наконец спросил он и отвернулся, глядя куда-то в окно. Оранжевый закатный свет подкрашивал светлые волосы, делая их почти огненно рыжими.       - Что «зачем»? – не поняла Мамори.       - Зачем давать кому-то ложные надежды? Я не понимаю этого и предпочитаю определенность, - пожал плечами парень и прошел к своему шкафчику. – А восхищение… Пусть лучше смотрят, как я играю.       Мамори сжала в руках древко швабры и уставилась в пол.       Ложные надежды...       Значит, вот почему Хирума-кун не принимает все эти подарки. Не хочет никого обидеть. Хотя нет. Скорее не хочет лишних забот на свою голову. Но тогда, ее подарок ему тоже не нужен. Он его просто не примет. От этого почему-то стало больно и глаза защипало. В поле зрения показались носы начищенных черных туфель. Мамори вздрогнула и подняла голову, чтобы столкнуться взглядом с Хирумой Йоичи.       - Я жду.       - Чего? – растерялась девушка, выставляя вперед швабру, словно защищаясь.       - Своего подарка на хренов день Святого Валентина. Ты же его приготовила, да?       От этого внимательного взгляда Мамори захотелось спрятаться. Уменьшиться и стать маленькой и незаметной.       - С… с чего это ты взял? – спросила она, неистово краснея непонятно из-за чего. Сердце бешено забилось в груди, гул ударов отдавался набатом в ушах.       - Значит, нет? – прищурился он.       Девушка засомневалась. С одной стороны хотелось ему подарить уже этот шоколад, но с другой стороны Хирума-кун, сам же сказал что не будет его брать… или не сказал… Обычно сообразительная Анезаки Мамори запуталась и совершенно не знала что ответить, поэтому только, зажмурившись, помотала головой.       - Ну, как знаешь, - сказал Хирума и вышел из клуба, хлопнув за собой дверью.       Она осталась одна. Злополучный шоколад лежал у нее в портфеле. Она отложила в сторону швабру и достала последнюю оставшуюся коробочку. Она была особенной. Зная, что Хирума-кун не очень любит сладкое, подарок для него Мамори сделала сама. В этой коробочке лежали конфеты из горького шоколада с мятой и с солью и перцем. Она провела на кухне всю ночь, чтобы вкус получился идеально сбалансированным, и была так горда собой, когда заворачивала подарок. У нее даже и тени сомнения не было, что она не сможет ему их отдать. Но весь день почему-то этого избегала.       А сейчас и вовсе может потерять свой шанс.       Мамори выбежала на улицу, сжимая в руке коробку.       - Хирума-кун! – закричала она, увидев как стройная фигура дэймоновского дьявола уже почти завернула за угол школы. Парень остановился, повернулся и нахмурился, оглядывая подбегающую к нему встрепанную девушку.       - Чего надо? – раздраженно спросил он.       Мамори сжала коробку пальцами, отчего ее края помялись, и, собравшись с духом, вытянула руки с подарком вперед.       - Э-это тебе! – она опустила голову, спрятав пылающее красным лицо в волосах.       Хирума ничего не ответил. Мамори и вовсе показалось, что он ушел, но это было не так.       - Значит, все же сделала, - протянул он. Девушка, расслышав знакомые издевательские нотки в его голосе, подняла все еще пылающее лицо и, сверкая глазами, уставилась на него.       - Так ты возьмешь его или нет? – потеряла терпение девушка. Она чувствовала себя глупо стоя перед ним с протянутым подарком.       - Что же мне делать? – наигранно вздохнул Хирума, насмешливо поглядывая на нее сверху вниз. – Сама председатель дисциплинарного комитета не смогла устоять перед моим дьявольским обаянием. Я польщен и смущен.       - Хирума-кун!.. – Возмущенно воскликнула Мамори и замерла словно кролик, почувствовавший опасность, потому что Хирума Йоичи наклонился к ней.       - Я возьму это, - сказал он, прежде чем поцеловать ее.       В голове у девушки внезапно стало пусто-пусто. Только сердце продолжало заполошно биться в ушах. Что она там говорила про идеальные качества, которыми должен обладать ее принц, который обязательно ее заберет в свое королевство, увезет на белом коне? Кажется, в свете последних событий, она была не прочь продать душу дьяволу и уйти следом за ним в преисподнюю.       - Ну и тормоз же ты. – Выдохнул Хирума, когда отстранился от нее. – Подарок я тоже забираю. Давай.       Она машинально передала уже изрядно смятую коробку в руки Хируме-куну. Как только ее пальцы освободились она, все еще не веря в то, что только что произошло, прикоснулась подушечками своих губ, которые все еще ощущали его тепло. Это что получается? Ее первый поцелуй… забрал Хирума Йоичи? Наверное, стоило возмутиться, ведь он сделал это без спроса. Но, прислушавшись к себе, Мамори внезапно поняла, что точно не была против.       Тогда…       Что же тогда получается?..       - Жду тебя пять минут и ухожу, - проговорил парень и, на ходу расковыривая упаковку подарка, направился к школьным воротам. – Время пошло.       Мамори вздрогнула, словно это были слова заклинания, и опрометью кинулась в помещения клуба. Забрала свои вещи, немного замешкалась на пороге, заметив, что не убралась до конца, но потом, вспомнив, что ее ждут, побежала к школьным воротам.       - Ну, наконец-то, ты ведешь себя как нормальный школьник, - расплылся в довольной улыбке Добуроку, отпивая из бутылки сакэ и салютуя стоящей у школьных ворот парочке, пусть они его и не видели. Мамори-чан, прелестная в своем смущении, что-то выговаривала Хируме, на что тот лишь ухмылялся и жевал, подаренный ему шоколад. Вот видимо, ему надоело ее слушать, он вновь нагнулся, сокращая дистанцию, и легонько поцеловал девушку в губы. Она опять застыла истуканом, что и произошло с ней пару минут назад. Мужчина заулыбался в усы. Эх, молодость….       Было приятно за ними наблюдать. Он чувствовал, какую-то родительскую гордость за этих детей. Особенно рад он был за Хируму. С самого начала с ним было тяжелее всего. Ведь тренер это почти что второй отец. Как только он начал тренировать их в средней школе, тогда еще мелкий и уж очень ершистый Хирума Йоичи ясно дал понять, что с ним нянчится не надо, что он и сам со всем справится. До этого справлялся, не ощущая поддержки своей семьи, и в будущем тоже справится. Всего добьется сам. Добуроку считал, что внутренний стержень это хорошо, а у Хирумы Йоичи он так и вовсе был сделан из закаленной стали, но такое поведение обрекало ребенка на одиночество. Такого Добуроку никому бы не пожелал, тем более этому забавному и талантливому пацану.       И если все достижения в спорте были выстраданы им потом и кровью, то помимо всего этого он обладал недюжим умом и еще одной потрясающей способностью (порой Добуроку задавался вопросом о том, знает ли про это сам Хирума) – умел вести за собой людей. Зажигать их, заражать своим энтузиазмом, и, черт возьми, этот демоненок умел дружить, пусть и делал это на свой особый лад. И он искренне надеялся, что когда-нибудь, у него появятся люди, помимо Куриты и Мусаши, которым он сможет доверять и которые станут его настоящими товарищами, что не предадут и всегда поддержат.       Команда по американскому футболу старшей школы Дэймон с этим вполне справилась. Тренер не мог нарадоваться той степени доверия, которая возникла между ребятами. Ведь именно такой должна быть команда. Да и Хирума, если вспомнить Кристмас Боул, еще никогда на памяти Добуроку не был таким счастливым. Пообтесали детишки состоящего, казалось, из одних острых углов Дэймоновского дьявола.       - А Мамори-чан, отшлифовала, хе-хе, - проговорил Добуроку, все еще наблюдая за парочкой.       Вот Хирума спрятал конфеты в портфель и протянул девушке руку. Она замялась на мгновение, но все же вложила свою ладошку в его.       Солнце клонилось к закату, а держащие за руки и о чем-то спорящие к обоюдному удовольствию Хирума Йоичи и Анезаки Мамори шли домой. И Доборуку подумал бы, что это замечательное завершение истории, но нет, для них это было только началом.