Сказ о том, как насоветовали наивному Сиону всякого...

Есть 3 вида соблазнения, начнём с 1-го, наиболее подходящего Сиону и всем скромняшным Укешкам: D 1)Способ: Лёгкие намёки. .«Нечаянно» класть свою руку поверх его руки, потом отдёрнуть её, немного покраснев. .Когда Семе читает или играет в компьютер. Положить голову на плечо и закрыть глаза. .Семе пошёл в душ, нужно спросить: Мне тебе спинку потереть? .Попросить помассировать ножки и немного постонать, от удовольствия .Пить из одной кружки и чтобы Семе это видел. Брать из его тарелки вкусности. Примечания: .Если Семе краснеет или ничего не говорит и выполняет все просьбы (типа помассировать ножки)- Вы можете спокойно ему во всём признаваться ^ ^

***

      Красные глаза блестели, словно ограненный рубин, наблюдая за каждым движением грациозного актёра. Незуми откинул челку со лба, скользнув рукой дальше к макушке, зарылся в угольные волосы, а затем принялся зачесывать их в попытке сделать хвост, зажав маленькую чёрную резинку меж зубов. Парень чувствовал, что в нём скоро просверлят дыру, и потому приоткрыл глаза, встретившись с завороженным взглядом напротив. Сион тут же посмотрел куда-то в сторону, состроив максимально невинное и непринужденное лицо. Крыс самодовольно ухмыльнулся, растрепав почти убранные волосы.       — Хочешь попробовать? — резинка полетела прямо в руки Сиону.       — А можно? — Незуми слез с кровати и сел на пол, отдав свои волосы в распоряжение Сиона. Тот, не раздумывая, запустил обе руки меж прядей и принялся беспорядочно зачесывать их. Крыс молча сидел, сосредоточившись на ощущениях.       — Сначала я должен аккуратно их зачесать, а потом связать резинкой, — Незуми нашёл забавным то, что Сион озвучивает для себя инструкцию, и еле слышно усмехнулся.       Лёгкие намеки, лёгкие намеки… А что я вообще должен сделать? Сион, серьёзно раздумывая над такими непонятными для себя вещами, сам не заметил, как подушечки его пальцев начали нежно массировать кожу головы Незуми, на что второй блаженно прикрыл веки.       — Решил сделать мне массаж? — саркастично усмехнулся Крыс, так и не открыв глаза. — Приятно, конечно, но от этого в сон клонит. А мне на работу скоро, — Сион понимающе кивнул, поспешив закончить начатое.       Хвост, впрочем, вышел не таким уж и плохим, не считая пары торчащих петухов и ассиметричности его расположения, и Незуми, конечно же, не упустил возможности посмеяться над неумелым гением. На ходу переделав неудачную попытку соседа, Незуми покинул комнату, провожаемый скрипом заржавевших петлей двери. А Сион упал на кровать, сложив сцепленные в замочек руки на животе.       Интересно, это относилось к «лёгким намёкам»?       Этим же вечером Сион, как и всегда, встретил Незуми с тёпленьким ужином и такой же тёпленькой улыбкой. Когда пришло время для начала трапезы, Сиону в голову пришла гениальная, по его мнению, идея. Он черпнул ложкой немного Макбетова супа и неожиданно вскочил, вытянув перед собой руку.       — Незуми, скажи «а», — и поднес металлический прибор прямо к упругим губам, устремив на недоумевающего соседа полный серьёзности взгляд.       — В моей тарелке точно такой же суп, — совершенно невозмутимо заявил Крыс, после чего разрез его глаз стал чуть уже, а взгляд острее. — Или, может, ты туда яду подмешал?       Сион растерянно захлопал глазами, чувствуя подозрение Незуми каждой клеткой. Он тут же убрал руку и съел предложенный суп сам.       — Нет там никакого яда!       Лицо Крыса казалось очень напряженным, однако бровь его дрогнула, а сам он залился смехом, не в силах больше продолжать этот спектакль.       — Господи, я же просто пошутил, — Сион вдруг рухнул на стул, почувствовав, как к его щекам прилилась кровь. — Тебя слишком легко обвести вокруг пальца.       — Будешь так громко смеяться — подавишься, — буркнул Сион и начал сверхбыстро уплетать еду в жалкой попытке скрыть своё смущение.       Вот блин, не так я себе это представлял!       После такого постыдного провала Сион решил действовать строго по инструкции. После ужина Незуми собирался принять душ, и тут против него готовилась контратака.       — Незуми! — выпалил он, когда парень почти удалился. Тот безэмоционально обернулся через плечо, ожидая последующих слов. — Х-хочешь я тебе спинку потру!       Крыс замер, уставившись на парня выпученными глазами, часто заморгал и встряхнул головой, направившись к нему лёгкой поступью с волнением и осторожностью. Тёплая, большая ладонь прикоснулась ко лбу Сиона, как только её обладатель приблизился к нему.       — Ты заболел, Сион? — не почувствовав ничего ладонью, Незуми шагнул, встав к Сиону вплотную и так и не убрав своей руки, и коснулся лбом тыльной стороны ладони, взволнованно заглядывая в горящие алые глаза прямо перед собой. Лицо Сиона действительно было горячим, но далеко не из-за болезни. — Так и знал. У тебя жар, — Незуми отстранился от парня. — То-то я думал, ты себя странно ведешь, — рука плавно скользнула со лба, нежно поглаживая обесцвеченные волосы, почти невесомо проводя большим пальцем по красному следу на щеке. Прикосновения кончиков пальцев вызывали короткие разряды, отдавались лёгким покалыванием. Томный взгляд обводил контур красивого лица, метаясь от любования глазами необычайного пепельного оттенка до изучения уже знакомых на вкус манящих губ. — Иди приляг, Сион, — сказал Незуми хрипловатым голосом с сочувствующей улыбкой на лице, а Сион медленно кивнул, словно загипнотизированный, и послушно развернулся в сторону их кровати.       Вот уж не знал Сион, что именно должно было из этого выйти, но обстоящие дела его вполне устраивали. Он плюхнулся на живот, обняв обеими руками подушку, и нелепо улыбнулся, почувствовав приятное стягивание внизу живота. Когда Незуми вернулся из душа, Сион вызвался помочь ему высушить волосы, сорвав с его плеча полотенце, которое Крыс когда-то украл у беловласого, тогда ещё брюнета. Незуми нашёл это предложение странным, но ничего против не сказал. Сразу после того, как Сион их высушил, Незуми направился к одной из книжных полок. Стоило ему лишь пальцем коснуться расшатанного корешка уже запылившейся «Ромео и Джульетты», как за спиной он услышал гнусавое мычание, сомнительно напомнившее мотив одной из тех песен, которые Крыс напевал при Сионе. Продрогнув от режущего слух пения, Незуми достал книгу и, вернувшись, вальяжно устроился на краю дивана, принявшись перечитывать пьесу Шекспира невесть который раз. Белая макушка прокудливо выглядывала из-под подушки, пристально наблюдая за Крысом, точно хищник, высматривающий свою жертву из-за кустов. Незуми вновь чувствовал в себе отверстие и хотел было что-нибудь сказать, как вдруг Сион соскочил с кровати и уселся в середине дивана, медленно придвигаясь всё ближе и ближе к Крысу. Незуми рефлекторно вздрогнул, почувствовав, как шелковые волосы кольнули нежную шею, когда чья-то голова непринужденно устроилась на его плече. Крыс в непонятках скосился на Сиона, но увидел лишь его выбеленную шевелюру. Поначалу он игнорировал, но терпение лопнуло как раз в тот момент, когда горячая рука нагло пристроилась на его бедре, и он резко захлопнул книгу.       — Сион, — рука Крыса потянулась к его лицу, подняв за подбородок. Из-за взбесившегося альбиноса у Незуми уже несколько раз за день начинал дергаться глаз, и он бы не удивился, если бы с утра обнаружил в зеркале пару седых прядей на своей голове. Сион, в свою очередь, чуть выпрямился и уставился на Крыса невинными глазками. — У тебя что, гормоны бушуют?       — Совсем нет. Ты злишься? — поинтересовался Сион, вопросительно склонив голову набок.       — Не злюсь, просто… — Незуми ужасно сбивали эти сияющие искренностью алые глаза, поэтому он отвел взгляд, пробежавшись им по всей комнате.       — Просто что?       — Напрягаешь ты меня, вот что, — Незуми убрал руку от исполосанного лица, устало потер глаза, ощутив сонливость, и медленно встал, взмахнув рукой в сторону Сиона. — Хотя, чёрт с тобой. Давай ложиться.       Свет потух, тьма поглотила маленькую комнату, холодок пробегался по телу, вызывая вслед за собой табун мурашек. Постель была, как и всегда, холодная, одеяло грело слишком слабо, а рядом, прямо под боком, лежал самый настоящий обогреватель в виде посапывающего парня. Сион придвинулся со спины, осторожно запустил руку под одеяло и скользнул ей по телу, обняв за живот, прижавшись своим к выгнутой пояснице. Темноволосый тут же попрощался со сном, шумно выдохнув через нос и вздрогнув от неожиданности.       — Прости, Незуми, разбудил? — Сион остановил свой виноватый взгляд на сливающихся с темнотой длинных локонах, беспорядочно разброшенных на подушке.       — Знаешь, мы живём вместе уже довольно давно, — хриплый голос завораживал мелодичным тембром и, будь он осязаемым, то точно был бы бархатным на ощупь. Будучи в неизвестном и соблазнительном забытие, Сион невольно утыкнулся носом в угольную макушку, вдохнув свежесть волос после душа. И вдруг из-под носа исчезла голова Незуми, а сам Сион оказался перевернутым на спину, увидев перед глазами заинтересованное лицо нависшего над ним Крыса. — И ты никогда себя так не вёл. Отсюда вывод, — лицо Незуми стремительно приблизилось к опевевшему Сиона, его холодный, словно у собаки, нос коснулся слегка покрасневшего уха, скользнув кончиком по хрящику, а после за ним повторили слегка пересохшие губы, вызвав у альбиноса волной накрывшую дрожь и тихое вздыхание, и низкий голос вперемешку с раскаленным дыханием щекотнул ухо, вызвав у Сиона желание либо оттолкнуть доводящего до такой тряски парня, либо притянуть его ещё ближе, поддавшись яркому и приятному ощущению, — у тебя всплеск гормонов.       — Н-не правда, — Сион выбрал вариант «оттолкнуть», но это оказалось бесполезно, что он прекрасно знал, и Незуми пресекал любую попытку сопротивления, вжимая отчаянно брыкающееся тело в кровать. Незуми сильнее.       — Так ты всё-таки умеешь сопротивляться, — Крыс поймал уперевшиеся в его грудь руки и вдавил их в кровать над белобрысой головой, ехидно зыглянув в панически бегающие вишневые глаза. — Только вот без толку, — облизав обветренные губы, он вновь склонился к Сиону, накрыв ими нежную шею, почувствовав пульсипующую артерию, подарил глянцевой коже несколько мелких поцелуев, впился в мягкую плоть, коснувшись влажным языком, и, проигнорировав ахающего, извивающегося и раскрасневшегося парня, нахально взобрался свободной рукой под одежду, скользнул по разгоряченной коже впалого живота на талию, а затем выше, ощутив выделенные ребра худощавого тела, поводив вокруг затвердевшей горошины большим пальцем, резко надавив и вызвав этим еле слышный вскрик дрожащего соседа.       — Незуми, достаточно, — Сион готов был застонать от необъяснимых, новых ощущений, пробуждающих животное желание, и Крыс звучно отстранился от измученной шеи, любуясь яркой отметиной, оставленной прямо под красно-розовой полосой, по-прежнему играясь с не менее измученными сосками. — Незуми, я тебе всё-всё объясню, только перестань!       — Тогда объясняй быстрее, иначе я уже не остановлюсь, — Крыс освободил хрупкие руки и уперся своими по обе стороны от взъерошенной во время протестующих брыканий шевелюры. Ледяной и в то же время пылающий взгляд проникал в кровавые, искрящиеся от желания глаза, пробегался по горящему от смущения лицу, а затем пожирал до развратного невинно оголенный живот.       — Я тебя люблю! — полукрик отскакивал от холодных, облезлых стен, напористо возвращая сознание Незуми в реальность.       — Ты хотел сказать «я тебя хочу»? — саркастично усмехнулся Крыс, не поверив в искреннее признание Сиона.       — Нет же… Однажды я сказал тебе это, но ты лишь посмеялся надо мной и заявил, что я не понимаю смысла этих слов. Я даже не понял, как ты к этому отнесся, потому что ты просто не поверил. Но я не лгал! И прекрасно понимал, о чём говорю, — Незуми, не находя подходящих слов, молча хлопал глазами, осмысляя всё сказанное. — Всем этим я хотел показать тебе, какую именно любовь имел ввиду, Незуми.       — Вот как, — слегка дрогнувшим голосом кинул Крыс, стараясь придать тону максимум равнодушия, и собрался встать с кровати, но Сион схватил его руку, как только тот сел на колени.       — Незуми, ты, как и тогда, ничего мне не ответил… Опять не веришь?       — Поосторожней со словами, — Крыс резко вырвал свою руку и вновь навис над Сионом. — Что мне сделать, чтобы ты, наконец, понял, что тебе стоит хоть немного опасаться меня? Снова приставить нож к горлу? Или снова сделать то, что я сделал пару минут назад? Не будь таким наивным и доверчивым, Сион. Не думай, что я не могу причинить тебе боль.       — Если бы ты мог, то давно бы это сделал, — вгляд Сиона был полон серьезности и пронзал душу Крыса, словно остро заточенные кинжалы. — Сколько бы ты не пытался ранить или напугать меня, я всё равно знаю, что ты этого не сделаешь.       Незуми с какой-то печалью во взгляде посмотрел на Сиона, тяжело вздохнул и рухнул на него, уткнувшись носом в выемку под ухом, обжигая бледную кожу дыханием, и обнял за шею, расслабленно закрыв глаза.       — Я могу, Сион, поэтому и прошу быть осторожным, — ласкающий голос сладостью разливался внутри. Руки Сиона с нежностью скользнули по худощавому, но крепкому телу и обняли его, делясь своей теплотой. — Не хочу, но могу.       — Люди постоянно причиняют друг другу боль — я понял это здесь, в Западном, — рука Сиона начала медленно поглаживать спину, словно успокаивая. — Но редко люди делятся счастьем и теплом. Поэтому, Незуми, даже если ты когда-нибудь сделаешь мне больно, это будет ничто по сравнению с тем, сколько счастья и тепла ты подарил мне.       Незуми полной грудью вдохнул знакомый, дурманящий аромат, пробежался кончиком носа по гладкой коже и щекотно потерся о мягкую щеку, прислонившись к ней губами.       — Думаю, я всё-таки люблю тебя, Сион.