Опустошители Галактики (набор зарисовок: Питер Квилл)

Жить с Йонду — это просыпаться от легкого тычка сапогом в бок, слушать его нравоучения и бахвальства и таскать его, пьяного, до кровати. Жить с Йонду — это плясать под играющую в голове музыку, уклоняясь от острого конца стрелы, движение которой даже не успеваешь заметить. Жить с Йонду — это никогда не знать, чем предстоит заниматься днем. — Подъем, — командует Йонду. По утрам Питер ненавидит его особенно сильно. — Через полчаса чтобы был в ангаре, — инструктирует Удонта. — Смотаемся кой-куда. Ты кораблик посторожишь, пока я делом занимаюсь. Через полчаса Питер садится во второе кресло маленького истребителя. Он неплохо пилотирует, потому что его учат все, кому не лень. Неплохо — но все равно намного хуже Йонду. — Можно я поведу? — просит Питер. — Неа, — ухмыляется капитан. Не стоило и надеяться, что он разрешит. Цель путешествия — не планета даже, заброшенная станция, окруженная облаком космического мусора, и подсвеченная кое-где красными аварийными огнями. — Мы будем грабить космическую станцию? — восхищается Питер. — Не мы, а я, и не «грабить», а «вести дела», — со смешком поясняет Йонду. Он умело лавирует между плавающими в безвоздушном пространстве кусками обшивки станции, а потом садит истребитель на маленький пятачок под красной мигающей лампой. — Сиди здесь. Не высовывайся и ничего не трогай. — Дышать-то можно? — возмущается Питер. Вместо ответа Йонду отвешивает ему легкий подзатыльник и выскакивает из корабля. Его нет долго, но Питер привык ждать. К тому же, приказ «ничего не трогать» имеет силу только в присутствии Удонты. Квилл удостоверяется, что приборная панель стоит на блокировке и двигает рычаги, открывая воображаемые закрылки, добавляя энергии на двигатель и лавируя мимо воображаемых же препятствий. Питеру не скучно с самим собой, потому что у него есть музыка и воображение. Потом вокруг вдруг раздается грохот и обзорный экран затягивает серым пылевым облаком, а с нижней палубы появляется Йонду. Удонта бухается в соседнее кресло, снимает блокировку с приборной панели и пристегивается. У него дрожат руки и, переведя взгляд на его лицо, Питер понимает, почему. Висок Йонду разбит, лицо избороздили шрамы и синее стекает по щеке, капая на воротник плаща. — Бери управление, — хрипит Йонду. — Но… — Взлетаем, — Удонта тяжело откидывается на спинку кресла. «Но я же только учился! Там впереди облако космического мусора. Мне всего десять,» — каскадом мелькает в голове, пока Квилл сжимает вспотевшие ладони на рукоятках управления. Теперь это не игра. Теперь все по-настоящему. Он поднимает истребитель вслепую, потому что пылевое облако все никак не рассеивается. — Следи за показателями, — напоминает Йонду хрипло. Питер кивает и крыло истребителя сносит красную лампочку, тускло освещающую пыль. — Внимательней следи, — флегматично поправляет Йонду. Квиллу некогда огрызнуться, потому что космический мусор начинается почти сразу, стоит чуть отлететь от станции — казалось, его было гораздо меньше, чем когда корабль вел Удонта. Один из обломков тут же впиливается истребителю в бок, а потом что-то врезается сзади, зацепляя днище. — Погоня, — констатирует Йонду. — Ставь щиты. Питер щелкает клавишей активации щитов, с трудом уворачивается от следующего крупногабаритного обломка. Их слишком много и он уже знает: ему не провести корабль в целости. Думать о том, что будет, если он не справится — страшно. Когда он не справится. — Если есть что-то, что тебе поможет, — говорит Йонду вдруг, спокойно, почти мягко. — Самое время это использовать. Квилл думает несколько мгновений, а потом натягивает наушники. Это похоже на танец, когда Галактика — твой лучший партнер. Истребитель слушается каждого, даже самого легкого движения, и не нужно следить за показателями сближения, чтобы знать, что обломки станции проскальзывают в нескольких сантиметрах от обшивки. Позади вспыхивают фейерверки взрывов, с которыми сталкиваются с космическим мусором корабли преследователей. И только когда впереди приглашающе распахивается стыковочный люк «Эклектора», Питер понимает, что он сделал. — Круто, — говорит Йонду, когда Квилл стаскивает наушники, и в его голосе больше нет насмешки. Удонта тяжело поднимается на ноги, подхватывает внушительный мешок, из неплотно застегнутой горловины которого отчетливо виден блеск драгоценных камней. — И что, эти сокровища того стоили? — спрашивает Питер с наигранным презрением. Йонду смотрит на него долго, внимательно, как не смотрел никогда раньше. — Это просто стекляшки, — говорит он наконец. — Сокровище — кое-что другое. Через несколько дней Йонду будит Питера ранним утром, берет за плечо и ведет в ангар. На некогда пустом посадочном месте стоит модифицированный корабль Опустошителей типа М, оранжевый с синим. — Он твой теперь, — просто говорит Йонду. Питер называет корабль «Милано». 11.03.2018