Безбашенная в семье Гремори

      Телепортировавшись в Берлин, повела всю компанию по старым, но капитально перестроенным улицам. И не узнавала старый добрый Берлин, бродя по нему я испытывала всё больше разочарование смешанное с отвращением. И дело даже не в новостройках, а в пропаже самой сути германской нации — Железного Орднунга. Это проявлялось во всём; вместо безупречно чистых улиц с идеально пострижерными газонами, заставивших любого лимонника удавится от зависти — горы мусора. Вместо уверенных и гордых мужчин идущих вперёд, держа спину прямо — кучки трусливых мужеложцев. А нынешние девушки и женщины вместо того, что бы блистать красотой — пугливо жмутся по углам спасаясь от нынешних хозяев города — грязных, вонючих арабов. Глядя на эти наглые, грязные, бородатые рожи и слушая их речи на тему «как правильная девушка должна одеваться, чтобы не быть шлюхой». По мнению этих орангутанов единственная одежда которую должна носить порядочная девушка-женщина — это паранджа. Если она одета по другому, то можно её прям на месте насиловать. Я поняла почему арабы свинину не едет — для них это священное животное-прародитель, отображающее всю их истинную суть. Мало того, что трусливо бежали из своей страны вместо того, чтоб защищать её — они начали плевать в лицо людям приютившим их. Правда и нынешние германцы, то ещё ПОЗОРИЩЕ! Вместо того, чтоб приподать этим свиньям урок, они «раком» перед ними встают. Пока смотрела на всё это… чуть не проблевалась.       И вот один из этих бабуинов-свинорылых в компании своих друзей-ебарей (ибо гордые воины Аллаха, биться один на один — очкуют, не говоря уже о бое против более сильного.) направился в нашу сторону. Я терпеливо дождалась когда они подойдут и откроют своё влагалище которое у них вместо рта. — Эй, дэвушки…! — только начал этот бабуин. — Пошёл на хуй! Выпердыш свиноматки и ёбаного ишака! — Да ты знаешь с кем говоришь, овца неверная! — С куском говна! Твой Аллах, чьим именем ты и тебе подобные жопу прикрывают, уже давно сдох как собака подзаборная! — Да я тебя за эти слова говно заставлю жрать после того, как выебу! — Попробуй, чурка обделанная!       Тот в бешенстве кинулся на меня, его подпёрдыши тоже. Но не став о них даже руки марать просто испепелила их адским огнём. Моя команда смотрела на это с одобрением и укором «мол тебе можно, а нам нет?». — Что-же, продолжаем веселиться, магию использовать можно, но незаметно. А для тебя, Ямато, у меня будет особый приказ, но позже.       Дружное «ХАЙ!» было мне ответом. И мы начали причинять добро, и наносить справедливость, предварительно разделившись. Курока в этот раз сразу телепортировала себе дробовик из ближайшего оружейного магазина (благо, тот был рядом и на виду), и начала методично отстреливать правоверных иммигрантов. Ямато и Конэко до магии особого дела не было, им с лихвой хватало дурной силушки. Чего только стоит их соревнование по киданию машин на дальность — если Конэко ограничилась обычными легковушками, то Ямато с легкостью швыряла грузовики и автобусы, не обращая внимания на наличие в них людей. Киба создал парные клинки и подобно сенокосилке врезался в толпу бородатых свинтусов. Акено последовала примеру Куроки, но вместо дробовика — автомат, отсутствие точности компенсировала шквальным огнём.        Я отправилась на поиски ближайшей мечети. Ведь нужно же этим озабоченным макакам место, где они в своё удовольствие могут порасшибать лбы в молитвенном экстазе и погордится собственной типа праведностью?.. Объект своих поисков, я нашла довольно быстро, услышав характерный крик. Придя к его источнику, нашла цель своих поисков — мечеть. Правда явный новодел: вместо традиционной арабской архитектуры — какой-то убогий кубизм. Даже нормальный храм своему божеству не могли построить! А так кичатся своей верой! Но, я здесь лишь ради сокращения популяции этих животных. У порога сего «храма», я ненадолго остановилась — призвала пару адских гончих. Затем пинком выбиваю двери и с удовольствием замечаю полностью забитое помещение. — О сколько тут воров, насильников, педофилов и убийц собралось! Это я удачно зашла. — притворно умилилась — но тут одна проблемка, в Аду вам уже прогулы ставят!       Мне хотели, что-то возразить и вообще указать моё место, но появление из-за моей спины адских гончих, заставило всех разом обосраться. — Аллах защитит! Сгинь, шайтанова подстилка! — нашел в себе силы истерично провопить мула. — Не думаю. Ибо на всех здесь присутствующих стоит печать греха. — осмотрев зал, добавила — даже вон у того мальчишки! Ну и как весело было убивать беспомощного старика? — Он был не-ве-р-ным! — пролепетал указанный, малолетний урод. — Ой неужели? А может тебе понравился его кошелёк? — не дав ответить ему, дала отмашку пёсикам.       Те не заставили себя долго ждать и сразу кинулись: один на мулу, другой на чмошника. Повалив тех на землю, клыками разорвали им животы. Остальная толпа ломанулась к выходам, но тут я поставила барьер, не позволяющий никому покинуть зал. А песики меж тем устроили феерическую резню — клыками вспарывали животы или отрывали гениталии, перекусывали руки и ноги, а под конец перегрызая глотку. Буквально смакуя боль своих жертв.       После того как последний из наглых обезьян из тех, что были в мечети покинул этот бренный мир, я решила вернуться к своим. В первую очередь переместилась к Ямато и Конэко. Те своим соревнованием по метанию авто на дальние дистанции привлекли уже не полицию, а армию. Появилась как раз, когда одна прицельно, хоть и с натугой запустила армейский «Хаммер» в военный вертолёт, а вторая решила подобие боулинга устроить с танками бундестага. Глядя на это, я пропустила слезу умиления и гордости, однако мне пришлось их остановить, а самой применить массовую коррекцию памяти и уничтожением всей электроники с их блоками памяти. Затем прихватив эту парочку, переместилась к Акено. Застали её вместе с Кибой и Курокой за нужным и полезным делом — поджогами гей-баров и расстрелом педиков, а так же подвернувшихся под руку чурок арабов.       Собрав свою команду, объявляю: — Вы все хорошо потрудились, молодцы! Но осталась сущая малость — стереть этот рассадник педерастии в пыль. Все за мной!       Взлетев на приличную высоту, командую: — Ямато, пушки к бою! Цель — Рейхстаг. Главным калибром — огонь!       Та сразу же дала полный залп из главного калибра. И спустя миг раздался мощнейший взрыв, который буквально испарил прекрасное и величественное здание со всеми прилегающими территориями, оставив один огромный кратер. Стоит ли говорить, что ближайшие кварталы разрушило до основания? — Следующие цели — мечети. Огонь!       Спустя минуту раздались одиночные выстрелы главного калибра и в разных частях города рождались султаны взрывов. Полюбовавшись на эту картину, отправилась к ближайшему лагерю беженцев, а моя свита последовала за мной. Добравшись до оного, я накрыла его барьером, затем вошла в него. В лагере царил Его Величество ПОЛНЫЙ СРАЧ, а в духовном фоне четко ощущалась алчность. Честно, я ожидала ощутить надежду, скорбь или на худой конец, отчаянье. Вдобавок, я услышала как двое мутных типчиков обсуждали идею, как урвать дополнительную компенсацию, да и гражданство за одно быстрее получить. Суть их идеи была банальна, как сапог — поджечь собственный лагерь. И как только эти свиньи посмели ступить на священные земли Германии?! Стоит ли говорить, что подобные речи взбесили меня конкретно? И если изначально я собиралась просто убить всех магией, то после услышанного уже голыми руками (с применением подручных средств). Не тратя время на пафосные речи первому пинком ломаю ногу в колене, на его скулёж оборачиваются остальные. Мне что-то кричат, но я не слушаю. Следующему с ноги бью по черепу, от чудовищного удара оный разлетается кровавым крошевом. Третьему вырываю сердце и тут же ему еще живому запихиваю в рот. Дальше самые мутные типы, обоим для начала ломаю ноги. Затем хватаю первый попавшийся шест и обоих насаживаю на него. Обернувшись, вижу какого-то пацана с оцепеневшим видом смотрящим на всё это. Но, я просто хватаю его за шкирку и швыряю в убегающую кучку, затем еще в полёте догоняю его и хватаю за ногу, чтобы в следующий миг подобно булаве обрушить на убегающих. Удар, второй, третий, четвёртый, пятый и вот тело пацана не выдерживает, и у меня в руке остаётся одна нога которую швыряю в морду какого-то старика.       Несмотря на поднимающуюся панику, нашелся смельчак который «по-рыцарски» со спины ударил меня стальным прутом по голове. Для человека такой удар вполне мог быть смертельным, но на его беду я оказалась демоном. Поэтому лишь обернулась и выхватила прут из охреневших рук. Затем, ударом по хребту оставила смельчака помирать. Взяв паузу, чтоб осмотреться, вижу как моя свита решила поддержать меня. Если Акено с Курокой в силу способностей вперёд не лезли, отсиживаясь в обороне, то Юто, Ямато и Конэко устроили полевой мясокомбинат. Юто орудовал натуральными мясницкими тесаками, буквально шинкуя всех попавшихся под руку в фарш. Ямато и Конэко просто разрывали своих жертв голыми руками, правда недолго. Ровно до того момента, пока Ямато не попался какой-то железный столб, который она вырвала с корнем. Тут количество фарша сразу же перешло в промышленный масштаб. Отдышавшись я вернулась к истреблению паразитов в человеческом облике. Сначала достала из пространственного кармана свой старый окопный нож, но передумала и сменила его на Умбру. Легендарный меч из Тамриэля. В один прыжок перемещаюсь к беременной самке ближневосточной человекообразной обезьяны, и сразу вспорола той брюхо. Её нерождённый детёныш вывалился на землю вместе с кишками. На морде той самки застыло выражение шока и непонимания, но затем сменилось агонией, а её душу вместе с душонкой её нерожденного детёныша поглотил меч. Рядом стоячему детёнышу, держащемуся за её юбку, ударом эфеса проламываю череп. Тут появился её самец, обезумивший от гнева и занесённым для удара топором, но я чётким движением вскрыла ему глотку, вертикально. Далее я просто вырезала весь этот скот, абсолютно не обращая внимания на пол и возраст. Для меня это были не люди, а лишь заражённый чумой скот, который надо перебить. Меч же, словно голодный пес попавший на склад с колбасой, обжирался душами этих животных.       С помощью свиты управились за несколько часов. И то больше времени ушло на вытаскивания всяких ушлых трусов из их щелей. Раз не захотели умереть по-человечьи, то пусть тогда живут — «баранами» (с перерубленными руками по локоть и ногами по колено). Меня даже пришла в голову мысль — «а ведь им точно теперь гражданство с пособием выдадут». Да ну пофиг — деньги конечности им не вернут, а протезы лишь жалкий суррогат на живые руки и ноги. И неважно на сколь те совершенны.       Покончив с сокращением поголовья скота, переместила всю нашу компанию обратно в особняк. Разогнав всех на боковую, взяв из бара адский виски, отправилась к себе в комнату. Там залпом прикончив бутылку, раздевшись, отправилась в сон без сновидений. А на утро меня ждали новости…