Блики солнца

      393 г. Р.Э., Дворец Иерархов       Оконная рама поддалась легко. Главное — знать, где правильно ударить. Аю аккуратно проскользнул внутрь и прикрыл за собой окно, ровно так, чтобы без труда открыть в следующий раз. Где-то внизу прошел патруль паладинов, охраняющий Дворец Иерархов.       — Порядочные люди входят через двери, — настиг его холодный, чуть дрожащий от возмущения голос, когда Аю передвинул ближе к подоконнику цветок в высоком напольном горшке.       — Зачем двери, когда есть незапертые окна? — Аю плавно повернулся, отвешивая шутливый поклон, — но если их перед вами не открывают… приходится оббивать пороги, да, Гассат?       — Зато перед вами их открывают слишком часто, — Шаарх Лую Гассат скрестил руки на груди и окинул собеседника презрительным взглядом, всем своим видом выказывая крайнее отвращение и нежелание находиться в одном помещении.       — Не завидуйте, — Аю весело улыбнулся и покровительственно похлопал Гассата по предплечью, тот дернулся, но вырвать руку из резко сжавшихся пальцев не смог, — возможно, если вы не будете строить из себя такого ханжу, Таеллан обратит на вас чуть больше внимания. Если вы понимаете, о чем я, — свои слова он сопроводил весьма выразительным взглядом.       — Да что вы себе позволяете! — Гассат отшатнулся, высвобождаясь из чужой хватки. На смуглых щеках ларнца вспыхнул румянец.       — Ну как хотите, — ответил Аю, уже скрываясь за высокими дверьми кабинета Второго Иерарха Тан.       — Не стыдно? — Таеллан на мгновение поднял глаза от свитка, который изучал через изящный монокль. Как и всегда — даже толстые стены и крепкие дубовые двери не служили достаточным препятствием от его внимания.       — Он слишком бурно реагирует, — Аю, игнорируя стул для посетителей, прошелся по кабинету, касаясь кончиками пальцев корешков книг, качнул модель луны, висящую у окна, и любопытно заглянул через плечо Высшего Иерарха. — Ох уж эти древние свитки… по-моему, от них одна пыль. Не боитесь аллергии?       — Ничуть, — Таеллан откинулся назад в кресле, стараясь поймать собеседника в поле зрения, и медленно провел кончиком пера по губам, — в прошлом слишком часто таятся ответы на настоящее. И я, кажется, просил тебя не задевать Гассата.       — М-м-м, возможно. В прошлый раз? Или позапрошлый? Или с первого дня знакомства? Все время забываю об этом, — Аю с притворно виноватым видом склонил голову и отошел к дальним полкам. Теперь, чтобы видеть его, Таеллану пришлось бы развернуть кресло.       — Не паясничай, — тон Второго Иерарха неуловимо изменился, достаточно, чтобы мгновенно растеряв весь свой шутливый вид, Фаах Аю приблизился к столу и положил на него небольшую пачку писем:       — Вы были правы. Наш уважаемый Шаах Саю действительно ведет активную переписку с Та’Ларном. И лучше не спрашивайте, где он ее хранил… — Аю тихо фыркнул и уселся на подлокотник кресла.       — Полагаю, именно чтобы это выяснить, тебе пришлось залезть под юбку супруге лорда Селлет? — Таеллан подвинул к себе письма и теперь внимательно рассматривал верхний конверт.       — С каких пор вы так внимательно считаете моих любовниц?       — Я бы уже сбился со счета, приди мне в голову такая блажь. Но лорд Селлет в последнее время проявляет излишнюю активность, а я уже слишком стар, чтобы лазить по казематам закрытых поместий.       — То-то Гассату было бы счастье… — Аю, чувствуя сменившееся настроение, в притворном огорчении покачал головой и перетек в кресло, сунул руку вниз, изучая дно, и разочарованно выпрямился, не найдя ничего интересного. Как раз вовремя, чтобы наткнуться на пронзительный взгляд синих глаз. — Умолкаю! — он поднял руки, признавая поражение.       — Я серьезно. В ближайшее время тебе в столице делать нечего.       — Да-да, и вы, конечно, уже заботливо придумали, в какую глушь меня можно засунуть?       — Ну почему же в глушь… в глушь поедет Гассат.       — Очень жестоко с вашей стороны, я обязательно передам, что его постигла опала…       — Аю! — пальцы Таеллана чуть сжались вокруг удачно попавшегося под руку пресс-папье, но тут же расслабились, медленно огладив мрамор. Но от внимательного взгляда жест не укрылся.       — Тяжелая неделька, да? Я слышал, Дворец с визитом навещала Духовная Сестра Тае… — Аю многозначительно улыбнулся, — неужели в ваших оранжереях кончились апельсины?       — Иногда я думаю, что оставить тебя в казематах Илеше было бы лучшим решением моей жизни, — сухой тон Таеллана звучал практически угрожающе.       — Вы бы умерли без меня со скуки. Вместе с Гассатом, — Аю рассмеялся, но как-то через силу. Воспоминание о казематах вообще и о Илеше в частности совсем не добавляли ему настроения. Думать о том, что могло произойти, распорядись судьба иначе… не хотелось. — Так куда вы хотите меня исчезнуть?       — Та’Ларн. В последнее время они согласились пропустить наших проповедников и, думаю, это отличный повод поискать второй конец этой переписки… — жест, которым Таеллан погладил письма, можно было назвать практически любовным.       — Я так похож на проповедника? — на этот раз смех получился легким и искренним, — нет, это, конечно, смотря что проповедовать… но, боюсь, слово Тана в моем исполнении…       — Не сомневаюсь, что ты справишься наилучшим образом. Как и всегда.       — Благодарю за доверие, — Аю поднялся с кресла и на этот раз в его поклоне не было и грана шутливости.       — Я позже пришлю необходимые бумаги. И сделай одолжение — проведи неделю до отъезда тихо.       — Я примерю на себя образ благообразного льяттца, не сомневайтесь. Гассата позвать? Или вы еще помучаете его в коридоре неизвестностью?       — Зови.       — Возрадуйся, недостойный! — примериванием на себя образа проповедника Аю занялся сразу по выходу из кабинета, — их светлость готовы снизойти до тебя и жаждут видеть. Лети же на крыльях любви, о мотылек! — закончил он фразу уже в спину Гассату, проворно заходящему в кабинет. Жаль, что лица разрывающегося от двух совершенно противоположных чувств Гассата он в этот момент не видел.       — Та’Ларн значит… посмотрим, какую рыбку можно поймать в этих водах… если судить по нашему дорогому Гассату… там есть на что посмотреть.