Одержимый Гуком

30 августа

      Прошло ровно два месяца, с тех пор как с нами произошёл тот ужасный случай, я, правда, верю, что когда-то перестану считать прошедшее с тех пор время, но пока не могу…       Лицо Дже периодически всплывает у меня перед глазами, когда я остаюсь наедине, хоть это и случается очень редко (в те моменты, когда Гук идёт в душ или приготовить поесть).       Суд признал его безумцем, и от этого мне стало лишь страшнее, хотя стоило бы порадоваться, что подобные вещи сотворил не нормальный человек. Мы с Чонгуком в тот день словно пережили ад заново, когда нас просили изложить всё в подробностях, честно, моя воля, я бы туда не пошёл. Но посадить монстра за содеянное было нужно. Принудительное лечение это не тюрьма, но тоже вещь страшная, искренне надеюсь, что ему помогут или больше никогда не выпустят в свет.       Ну, вот опять я пишу о нём, сколько уже можно?       В наших с Гуки отношениях всё больше взаимопониманий, это меня очень радует. Когда мы только начали встречаться, я его совсем не понимал, а порой думал, что ничего из этого не выйдет, ведь он всё ещё глупый малыш. А сейчас понимаю, что глупым малышом был я, а эта мелочь гораздо мудрее, чем я мог себе представить.       Бывает же такое, что ты находишь одного — того любимого и единственного человека, без которого больше не представляешь свою жизнь. Ты его находишь и веришь, что хочешь прожить с ним всю жизнь, другой тебе не нужен. Я не знаю, что думает Чонгук по этому поводу, но лично я не смотрю на других и даже в мыслях всегда рядом с ним. Не знаю, может влюблён по уши, ха-ха, хотелось бы, чтобы так было всегда. Мне никто не нужен! Я уже счастлив. Пусть только Гуки взрослеет и хорошеет рядом со мной~~~       Не знаю, любил ли я его в далёком детстве, но сейчас знаю точно — я его люблю. — Мой повелитель, я принёс ваш завтрак в постель, — голосит Чонгук торжественным голосом и заходит в светлую, просторную спальню с подносом в руках. — Повелитель? — смеётся Тэхён, приподнимаясь, чтобы отложить дневник в сторону. — Угу. Повелитель моего сердца, — Чонгука распирает.       Он кладёт поднос на ноги Тэ и позволяет полюбоваться чудным завтраком несколько секунд. — Нравится? — Выглядит прелестно, оценим его вкус? — Тэхён кусает омлет и млеет, Чонгук действительно преуспел в готовке за это лето, хоть и готовил в пять раз реже Тэ. — С моих губ будет ещё вкуснее, — Чонгук сахарит воздух своим счастливым голосом и, отламывая вилкой кусочек омлета, подносит ко рту, зажимая в губах.       Тэхён уже давно просёк, что Чонгуку нравятся всякие любовные игрища, а-ля: сосать один чупа-чупс, лизать одно мороженое или слизывать остатки еды с губ. Он такое нежное, любвеобильное создание, никогда не упустит момент, чтобы прижаться к груди и получить ласку.       Ким забирает бежевый кусочек из Чонгуковых губ, а затем целует, не прожевав до конца. ~Вкусно~ — Это тебя так от переезда прёт? — спрашивает Ким, глотая. — Думаю, да! Мне так нравится эта просторная квартира. Твоя мать Тэ — просто чудо!!! — Ты прав, я тоже нахожусь под впечатлением. Особенно от этой гигантской кровати, — с намёком говорит Ким, улыбаясь. — О да, кровать что надо. А главное не скрипит! — смеётся Чонгук и, обхватывая Тэхёна руками, заваливает на белоснежную гигантскую кровать.       Неделю, а может больше, назад мать Тэ купила сыну обещанную квартиру в связи с успешным поступлением ребят в творческий колледж. Да, теперь наши парни студенты, и это невероятно круто. Квартира Кима — просто красота, как чистый лист в жизни пары. Она с новым ремонтом, минималистичным дизайном и огромная, прям капец. Тут имеются кухня, ванная, туалет и две комнаты. Одну из них парни оставили для гостей, а во второй решили свить любовное гнёздышко. — Считаешь, стоит нам продолжать работать у Минён? — советуется со своим парнем Гук, глядя на белоснежный потолок. — Не знаю, это будет сложно… — Но Зи как-то ж справляется… — Да, но он уже на четвёртом курсе, там хлопот поменьше, чем на первом. — Я всё равно хочу, пусть хоть на выходных, но работа нужна, — твердит Чонгук, такой взрослый и ответственный, без улыбки на него не посмотреть. — Согласен, — Тэ кладёт ручонку в чёрные волосы и гладит, как только можно, нежно глядя в глаза. — Ты чего? — Гук улыбается в ответ. — Да вот думаю, за что я заслужил такое счастье? — За упёртый характер и настойчивый взгляд. — А ты знаешь, я ни за кем так не бегал, как за тобой! — Тэхён показывает клыки, улыбаясь. — А знаешь ли ты, что я ни о ком так не думал, как о тебе, — в ответ говорит Чон. — Один — один, мелочь. — Мелочь?! Ух, эта мелочь сейчас с тобой кое-что сделает! — Гук каким-то магическим образом оказывается верхом на Тэ, вдавливая его запястья в кровать. — Что же? — с вызовом смотрит Тэхён прямиком в чёрные глаза. — Зацелую до смерти… ~~~~~~~~~~~ — Ты уже знаешь, какой хочешь? — Да, я о нем всё лето мечтал, — Чонгук тянет Тэхёна к отделу с фотоаппаратами. — Надеюсь, нам хватит, — волнуется Тэ. — Должно.       Парни проработали три месяца лета, чтобы купить Чонгуку его мечту. Цены на фотоаппараты совершенно разные, где-то даже нереальные, но на тот, который хотел Гук, парочке всё-таки хватило. — Тэ, это космос! Блин, я счастлив!!! — Гуки подпрыгивает, почти до потолка, вертя в руках покупку. — Блин, эти цены, чего так дорого? — Тэ очень возмущён, можно сказать, они два месяца лета горбатились на эту камеру. — Ну, это же профессиональный, а не любительский. Я думаю, он мне долго прослужит. Блин, так хочу тебя голеньким пофоткать на него. — А не зачастили ли мы с ню фотосессиями? — голос Тэхёна пропитан сарказмом. — А может, я и прославлюсь, потому что буду красивых голых парней фотографировать, — в ответ шутит Гук. — Чего?! — брови Тэ изображают крайнюю степень недовольства. — Гы, — Гук расплывается в улыбке, — Ой, смотри, магазин с прибамбасами для дома! — он резко тянет Тэхёна за руку. — Засранец, с темы не съезжай! — Ой, там такие пледы красивые!!!       Привязываться — это то, что мы любим, делать, зная, что лучше не надо. Но так или иначе мы привязываемся постоянно: к месту жительства, к вещам, а самое страшное — к людям. Привязываться к людям — это страшнее всего, ведь когда человек пропадает, мы чувствуем всепоглощающую пустоту. Тэхён привязывался лишь раз и теперь привязался снова. Оба этих раза Ким привязывался к чудовищу Чон Чонгуку, правда веря в то, что мелкий будет с ним всегда. В это Тэ верит сильнее, чем во что-то другое, поэтому и позволил себе привязаться. Они ведь столько всего вместе прошли и пройдут ещё больше, если будут рядом, если будут верить.       Привязывайтесь к тем, в ком уверены не на сто, а на сто миллионов процентов. А вообще лучше не привязывайтесь: зависеть от кого-то не всегда классная тема. Но Тэхён привязался и теперь без Чонгука не представляет свою жизнь. — Чем ещё сегодня займёмся? — говорит Ким, таща пакеты с довольно странными покупками. — Ты что, забыл? У нас же новоселье, ёлки-палки. Я ж ключи Зихе дал, он, наверное, уже хозяйничает у нас на кухне. — Точно. Совсем из головы вылетело. Надо что-то поесть купить? — Всё под контролем. Я Зи попросил. — Тебе не кажется, что в последнее время мы его о многом просим? — Мне кажется, он только рад быть полезным. ~~~~~~~~       Зи пришёл в берлогу Вигуков уже очень давно с запасами бухлишка и разнообразной едой, купленной за счёт Чона. Он стал дожидаться парней, но вместо них постучала в дверь обаятельная рыжуля. Правда, по выражению лица Зихао, когда он открывал ей дверь, читалось недовольство. — Ван? Ты тоже приглашена, — Зи почему-то удивляется. — Представь себе, я тоже очень близкий друг парней, — тон Ван говорит об искреннем возмущении. — Ну, видимо не настолько, раз ключи от дома есть у меня, — а Зи знает, куда бить.       Такое самоуверенное поведение Ван просто обезоружило, теперь она видит не красивого хёна перед собой, а настоящего скользкого змея. Ван недовольно щурит глаза и грубо выдаёт: «Слушай, Зи, не хочу я, конечно, тебя расстраивать, но то, что я вижу, нельзя назвать дружбой». — О чём ты? — на его лице появляется напряжение. — То, как ты относишься к Чонгуку. Как ты на него смотришь, как выполняешь каждую его просьбу, как хочешь, чтобы он просил о помощи именно тебя, — она говорит так уверенно, что по спине Зи начинают бегать мурашки. — Что за бред? Придумай что-то поостроумнее, — Зи пытается скрыть свою растерянность за маской спокойствия. — У тебя бровь дёргается, — смешком произносит Ван, наблюдая, как на полном невозмутимости лице забавно подпрыгивает правая бровь, — видимо мои слова тебя всё же задели. Всё в порядке, хён, я понимаю, Чонгук неповторимый парень, я тоже в своё время текла по нему. Но если тогда это имело смысл, то сейчас, — она поворачивается к висящей на стене фотографии, — его сердце захватил в плен Тэхён. — Заткнись! — это прозвучало более чем громко, — Замолчи… — Эй, вы чё разорались?! — звучит голос Гука, а затем закрывается дверь.       На кухню, где происходит словесный переполох, заходит парочка. Ван, увидев Тэхёна, бежит к нему с объятьями и повисает на широких плечах: «Тэ-э-э, скажи ему, что я твой лучший друг!»       Ван одной фразой всех отправляет в детство, тем самым вызывая звонкий смех. — Дураки, — выносит вердикт Чонгук и поворачивается к Зи, — Не обижай её. Мы за неё горой. — Слыша-а-ал! — продолжает Ван, не отдаляясь от шеи Тэхёна. — Да понял я, — ответно улыбается Зи-хён. — Так, давайте отрываться! У нас новоселье, в конце концов! — голосит Тэхён, да эту реплику в его исполнении очень непривычно слышать.       Сегодня можно и напиться. Парни живут в этих хоромах уже около пяти дней, конечно они ещё не очень привыкли к новому оживлённому району в центре города и к десятому этажу. Но отпраздновать новоселье это совсем не помешает, а потом возможности может и не представиться. ~~~ — Давайте, парни, за вас! — звенит голосом Ван, поднибая бокал с выпивкой, — Честно, когда всё между вами только началось, я и подумать не могла, что это так завершится. Я думала, что Чонгук продолжит выделываться, а ты, Тэ, сломаешься. А сейчас, когда я смотрю на вас, мне даже не верится: те ли это парни подростки, с которыми я тусила в школе? Вы так изменились, особенно ты, Гук. И я искренне рада за вас. Мне хочется верить в невероятную силу любви! — Ван закончила свой тост и потянулась в середину стола, чтобы чокнуться бокалами. — Чудные слова, — выдал сдержанную похвалу Зи и сразу поднялся, чтобы попытаться сказать своё, — Ну, а я как персонаж, который не так давно появился в вашей жизни, хочу пожелать вам, чтобы все преграды, возникшие на вашем пути, вы прошли, держась крепко-крепко друг за друга и как бы ни было сложно, пережили всё, потому что ваша любовь — это прекрасно. — Спасибо, ребята, — с яркой улыбкой произнёс Тэ, глядя на своих друзей ласковым взглядом. — Мы вас любим, — добавил Чонгук и потянулся в центр стола к чужим бокалам.       Сегодняшний вечер был, наверное, самым весёлым за это лето, если не учитывать поездку на речку — ещё тот сумасшедший вечерок. В этой небольшой компании Тэ действительно почувствовал себя как дома, его друзья, его Чонгук, выпивка и классная музыка. Гуляй, душа, одним словом. Повеселилась четвёрка на славу, даже ненавидящий алкоголь Тэхён вливал в себя как в последний раз, опустошая бутылку за бутылкой. Что уже говорить про Зи и Ван, они так накидались, что, похоже, забыли о недавнем разговоре, начиная в открытую заигрывать друг с другом. Тэ с Гуком лишь с любопытством наблюдали за их игрищами, покамест Чонгук не предложил Киму выйти подышать воздухом на балкон. — Так, говоришь, натурал? — дерзким, с повышенным градусом голосом говорит Ван, сверля Хао заинтересованными хитрыми глазами. — Ну конечно, — тянет Зи. — И Чонгук тебе совсем не нравится? — продолжает самоуверенно смотреть. — Неа, я бы сказал, кто мне нравится, — Зи делает твёрдый шаг к рыжей с вызовом глядя ей в глаза. — Скажи. ~~~~~~~~ — Неплохо развлеклись, да? — спрашивает Гук, выдыхая серый дым губами. — Угу. Ван и Зи так забавно заигрывают, меня иногда пробивает на смех. — И не говори. Из них вышла бы неплохая парочка: красавчик и красавица. — Ага, — кивает Тэ.       Когда парни вернулись обратно в квартиру, то, что они услышали, мягко говоря, повергло их в шок. Сладкая парочка друзяшек судя по звукам, заняли кровать Вигуков и решили её немного пошатать. — Вот те на! — высказывает своё удивление Гук, хлопая глазами. — Ахаха, а я только хотел их выпроваживать, а они… — Тэхён улыбается. — А они решили, что не воспользоваться нашим гостеприимством будет преступлением. Да, если глядеть на нашу кровать, ко мне тоже импульс придёт. — Это всё, кончено, хорошо. Но где нам спать? — В гостиной!       Парни тихонько выключили всюду свет, чтобы голубков не спугнуть, и отправились спатки. Выпитый алкоголь давил на сознание и, даже невзирая на громкие пошлые звуки, к парням мигом пришёл сон.       Утро доброе настало раньше, чем хотелось бы, но противные солнечные лучи бьют по глазам, заставляя проснуться. Зи открывает очи и, если прямым текстом, офигевает, видя рядом с собой голую Ван. После нескольких неудачных попыток расшевелить тяжёлую голову всё-таки удаётся вспомнить вчерашний вечер. Вот тут становится немного стыдно перед Тэхёном и Чонгуком, которые видели этот трэш. — Ты уже проснулся? — Ван мурлычет так, будто вчерашняя ночь что-то значила. — Да. Ван, слушай, вчера… — Зи уже начал генерировать отмазки, чтобы отделаться от ответственности за секс по пьяни. — Да, успокойся, — девица залилась милым смехом, — это был просто секс, ничего больше, — она укутывает части своего голого тела простынёй, — Мне вот стыднее за то, что это произошло на кровати парней. — Согласен. Ладно, — Зи вскочил на ноги, начиная собирать разбросанные по полу одежду во вчерашний лук, позволяя Ван полюбоваться своей голой подтянутой фигурой, — пойду я, наверное. — Ну, давай, — на самом деле Ван очень не хотелось отпускать этого жеребца, но свои желания она обычно держит при себе.       Зи на не очень устойчивых ногах тихо попрощался со спящими на большом диване в гостиной парнями и отправился домой. Точно так же через несколько минут сделала и Ван, явно не желая услышать возможные вопросы. — Тэ, они убежали, мы можем досмотреть сон в нашей кровати? — Ты всё ещё хочешь спать? А ты не забыл наш план, мы же собирались зайти навестить твою матушку? — Та я помню, но рано ж ещё… — наивно мычит Гуки. — Ага, полпервого дня. — Ебать.       Не знаю, что хуже — вставать ранним утром или ярким днём. И во второй и в первой ситуации настроение не очень, особенно если башка трещит по швам из-за вчерашней выпивки. — Чтоб ещё раз так пил, — говорит Тэ, стараясь сконцентрироваться, чтобы запихнуть ноги в штанины. — Чтоб я ещё хоть раз кому-то позволил шатать нашу кровать, — рычит Гук, застилая кровать за своими друзьями.       Только через два часа, более-менее придя в себя, парни отправились в родное село. Последний день лета хотелось провести так же, как они его встретили, сидя под личным деревом и слушая, как скрипят качели.       Чонгук не предупреждал Сюин о приходе, поэтому очень удивился, что дверь довольно долго никто не открывал. Но спустя пять минут глухих ахов-вздохов двери всё же открыла любимая аджума: «Ой, мальчики, а я вас не ждала».       Натянутая улыбка на её лице была очень подозрительной, сразу заставляя напрячься. Чонгук без разрешения ступил за порог, оглядывая маму недоверчивыми глазами: «Ты что-то скрываешь?» — Ну, в самом деле, Сюин, парень уже взрослый, должен всё понять! — очень неожиданно зазвучал мужской голос, а вслед за ним парни услышали шаги.       По ступенькам спустился мужчина на вид сорока пяти лет с неплохим телосложением, одетый в одни джинсовые шорты. Он приветливо улыбнулся Чонгуку, в то время как тот стоял с напряжённым лицом. — Милый, это… — Сюин была в полной растерянности от реакции на лице Чонгука. — Джунсу, — мужчина протянул правую руку.       Чонгук злыми глазами сначала посмотрел на взволнованную мать, затем на приветливого мужчину и, резко меняя недовольное лицо на весёлое, пожал сильную руку со словами: «Чонгук». — И сколько ты собиралась от меня это скрывать? — Чонгук хоть и добрый, но всё равно не позволяет расслабиться. — Не собиралась, просто хотела как-то в других обстоятельствах это рассказать, — Чон немного попустило. — О боже, мам, ты уже взрослая девочка и имеешь право делать, что угодно, и тебе не должно быть неловко передо мной, — как любящий и понимающий сын произносит Чонгук, ласково улыбаясь. — Ох, когда бы я ещё услышала от тебя эти слова, — Сюин принимается обнимать своего мудрого мальчика, — Тэ, не стой на пороге, заходи, — сразу добавляет аджума, заметив стоящего за дверью потерянного Тэхёна. — Дорогой, это Тэхён… — Чон немного теряется, но скоро продолжает, — друг моего Гука. — Здравствуйте, — Тэ проходит внутрь, заметно смущённый. — Ой, знаю я, какая в их возрасте дружба, — шутит Джун, сверкая белой улыбкой.       Эта фразочка напрягает не только Тэхёна, но и Гука, и они, красные, садятся за стол. — Я вот как раз вкусный обед приготовила, сейчас поедим и поговорим, как в старые-добрые времена, — Сюин начала бегать по кухне, насыпая и расставляя еду. — Ну, что мальчики, рассказывайте, как поживаете и чем занимаетесь, — говорит Джинсу, усаживаясь напротив парочки. — У нас завтра будет первое сентября в колледже, это очень волнительно, — решается первым сказать Ким. — О, студенческие годы — самая прекрасная пора! Помню, как мы лазили к девчонкам в общагу, в любви признавались, так смешно, — это мужчинчик с каждой минутой всё сильнее располагает к себе обаятельной улыбкой. — Мы с Тэ вместе живём, не в общаге, — добавляет Чонгук. — Вместе тоже хорошо, только смотрите сильно не куролесьте, учиться тоже нужно. — Конечно, я уже очень хочу, — не умолкает Тэ. — Чонгуки, я так твою мать люблю, словами не передать, как увидел её на молочном берегу, загорающую, так сразу влюбился. И самое забавное, что к ней я и лазил в общежитие на третьем курсе, свихнуться можно! Разве совпадение? Нет, судьба! — Да, мы с Джунсу учились в одном университете, я тогда тоже неровно к нему дышала, — подключается в разговор Сюин, закончившая расставлять тарелки. — Я очень за тебя рад, правда, — на Чонгуковом лице расцветает искренняя улыбка. — Спасибо дорогой, думаю, ты обрадуешься, если я скажу, что хочу тебе сестричку родить.       А вот от этой новости Чонгук впадает в лёгкий ступор. — Эээ, мам, а тебе не кажется что ты, как бы, уже не в том возрасте для такого? — Ахаха, нормально, зато если у тебя появится сестричка, то сможешь что угодно творить, хоть за парня замуж выходи!       А вот эта фраза знатно утешает. — А, ну тогда ладно, — улыбается Гук, покосившись на ничего не понимающего и пребывающего в шоке Тэ. — О, смотри, я ж говорил, они не просто друзья!!! — смеётся мужчина, наблюдая за Чонгуком. — Ладненько, давайте есть, семья, — нежно произносит Чон Сюин, вселяя в сердца всех присутствующих тёплый огонёк.       Этот поход к мамочке для парней, несомненно, стал самым незабываемым. Так краснеть им доводилось, пожалуй, только будучи ещё в непонятных отношениях. — Ну и как тебе новость? — спрашивает Тэ, опираясь спиной о ствол любимого дерева. — Прекрасная, Джинсу хороший человек, и я верю, что он любит мою маму, надеюсь, что рядом с ним она будет счастлива. Она этого заслуживает. — Ты говоришь, прямо как взрослый, мудрый, сознательный парень. Обожаю тебя, — радуется Тэ таким правильным словам. — Да я и сам заметил, что рядом с тобой помудрел, стал смотреть на вещи трезвым взглядом, так сказать. — А что я? Я ничего! — улыбается Тэхён. — Ой, да конечно, давай без лишней скромности, мистер Квадратная-улыбка, — Чонгук нежно накрывает своей рукой Тэхёновую, сжимая пальцы в замок.       Тэхён поднимает глаза с рук на счастливое лицо Чонгука и в очередной раз замечает, какой он прекрасный, освещённый такими розовыми лучами уходящего солнца. А Чонгук в свою очередь не теряется и тоже принимается разглядывать Тэхёна влюблёнными глазами, с каждой минутой проникая куда-то глубже души. Тэ сильнее сжимает Чонгуковую руку и оглаживает её по выпирающим венам хрупко и любовно, так чтобы Гук проникся эти движением. Чонгук закусывает губу, опускает глаза на Тэхёновую нежную руку и затем поднимает, глядя томно и сладко. Тэхён гладит так, что заставляет Чонгука оробеть, он закрывает глаза и поддается, ожидая поцелуя. Но губы его касаются чего-то довольно странного, напоминающего бумагу.       Гук открывает глаза и видит перед собой конверт, Чонгук смотрит недоумевающие и, выпуская запястье Тэ, берёт его двумя руками. Открывает аккуратно без лишних раздражающих звуков и достаёт оттуда сложенный вдвое листок. — Это я написал для тебя, за это лето я об очень многом подумал, без конца размышлял и решил кое-чем с тобой поделиться. — И?! — в голосе Гука слишком много паники, Тэ решает его успокоить лёгким чмоком в щёчку. — Просто прочитай, не надо пугаться.       Чонгук облегчённо выдыхает и разворачивает лист, бросая на него заинтересованный взгляд. «Здравствуй, любовь моя, не знаю, при каких обстоятельствах попадёт это сборище моих мыслей в твои сильные руки, но я очень тебя прошу внимательно всё прочесть^^       Думаю я много, говорю меньше, а приятное — так вообще с трудом выжимаю из себя. Ну не могут мои губы сказать всё, что творится внутри. Я не знаю почему, но надеюсь, что ты и сам всё видишь хотя бы по моим поступками.       Я всегда любил поразмышлять, ночью глядя в потолок, а, когда рядом со мной лежишь ты, тихо посапывая, мысли сами бегут в эту сторону. Думаю про тебя практически каждую минуту и не знаю, как написать всё, что я в этот момент чувствую.       Ты всегда мне твердишь, как я поменял тебя. А знаешь ли ты, как сильно изменил меня? Знаешь, как повлиял на мою жизнь? Точно не знаешь, раз до сих пор считаешь, что я всё сделал сам.       Чонгук, если бы не твоё стремление, твоё желание измениться, я не знаю, что было бы между нами сейчас. Я, может, и упёртый, но не более тебя. Каждый день ты делал новый шаг, каждый день старался и трудился, менял себя и узнавал меня, принимая таким. Вспомнить хотя бы первые недели наших отношений. Да, я уверен был, что ты сорвёшься, натворишь дел и будешь долго извиняться, а ты всегда понимающие смотрел и размышлял, приходя к общему решению. У меня в такие моменты защемляло сердце от понимания, как я в тебе ошибался.       Ты и сильнее меня как физически, так и морально. Так отчаянно боролся за нашу «неправильную» любовь я бы не смог, правда. Ты всегда доказывал мне, что бояться некого, что стыдиться нечего. Именно ты придал мне храбрости, и я сумел принять всё до конца. Я думал, что я учил тебя, но на самом деле это ты учил меня, учил тому, чего я раньше не умел — любить и показывать свои чувства.       Я не просто горжусь, я восхищаюсь тобой, твоим пониманием и адекватным поведением.       Люди лет сорока не могут ужиться друг с другом, кидают проклёны, тычут недостатки в лицо, а у нас всё так мягко и гладко. Порой мне даже не верится, что всё так прекрасно, и вот тогда проявляют проблемы, которые в очередной раз мне доказывают, что да, это так. И в такие моменты я понимаю: я люблю тебя. Я люблю тебя за поддержку, за веру, за силу и за понимание, в конце концов. Уверен, что у нас и в дальнейшем всё будет гладко, мы же столько всего прошли, и это сделало нас лишь сильнее. Каждая грязь, каждая чёрная полоса лишь закаляет нас, делая способными пережить всё. Серьёзно, я верю, что вместе мы сможем всё. Только прошу, позволяй мне перекипеть после ссоры хотя бы полдня, чтобы я смог всё проанализировать и не рубил сгоряча.       Ну, а теперь самое главное в этом письме~       Я никогда никого не любил и отношений как таковых у меня не было, да мне всего лишь восемнадцать. Считай, такой возраст, когда ты ни в чём не уверен и не знаешь, чего хочешь. И это действительно так — я не знаю, чего я хочу. Но, пытаясь заглянуть в своё далёкое будущее, я ясно вижу там лишь одно — тебя рядом.       Я знаю, что люди меняются. Есть те, от которых больше нечего взять, и с ними приходится прощаться. А есть те, рядом с которыми ты становишься способным на всё и больше. Вот таких очень страшно потерять. Я хочу всю жизнь прожить, опираясь о твоё плечо, вместе мы сильнее, и в этом вся прелесть любви.       Я готов на всё, чтобы быть с тобой. Буду исправлять свои ошибки, слышать, а не слушать, буду меняться, буду терпеливым, понимающим, нежным. Я готов и хочу работать над собой, главное не молчи, говори всё, что тебя не устраивает, не копи обиды, а высказывай всё мне в лицо, именно тогда я начну меняться, потому что я буду знать, что надо поменять.       Я хочу быть с тобой. Другой мне не нужен (хватит ревновать). Ты — мой мир, мой дом, мой клад и моя любовь. Прошу, никогда не молчи о плохом, я готов исправиться. Наши отношения — самое главное для меня в жизни, ибо рядом с тобой я хочу жить. Хочу каждое утро просыпаться, чтобы заново влюбляться в тебя.       Я обожаю и храню в душе каждый миг с тобой рядом. Давай проживём эту жизнь счастливо, так чтобы я исписал миллионы дневников, сохраняя там свои чувства (читай их иногда, потому что пишу я красивее, чем говорю).       Кстати, нынешний уже закончился)))       Любил, люблю и буду любить, не всегда говорю вслух, но всегда храню в сердце».       Чонгук отрывается от листка, заполненного идеальными буквами, и поворачивает лицо к Тэ, позволяя последнему увидеть слёзы на глазах. Чонгук плачет редко, реже Тэхёна, и всегда делает это так, что у Кима в душе всё вверх дном переворачивается от вида блестящих капель на чёрных глазах. — Чонгук, ты… — Пытается что-то сказать Ким, но не успевает: на него нападают с сильными, крепкими объятиями. Тэ теряет равновесие и валится спиной на траву, ощущая тело Гука сверху. — Тэхён, ты такой дурак!!! — вопит Чонгук в плоскую грудь, врываясь мокрым носом в белую кофту. — Нельзя писать такое и заставлять меня читать! — он очень громко ревёт, моча футболку Кима своими слезами. Тэхён теряется от такой реакции, и всё, что он решается сделать — это дотронуться до мокрой щёки тёплой ладонью, заставляя Чонгука посмотреть ему в глаза. — Я и не знал, что ты такой сентиментальный малыш, — в голосе Тэ слышатся смех и радость, он наслаждается видом такого заплаканного, ошарашенного выбитого из колеи Чонгука. Такой Чонгук напоминает ему наивного мальчика из детства с вечно побитыми коленками, это умиляет ещё сильнее.       Чонгук поднимает влюблённые глаза на Тэхёна и смотрит, трогая сердце: «Всё, Тэ! С этого момента ты от меня уже никуда не денешься!!!»       Решительность Чонгука и сказанные слова заставляют Тэ широко улыбнуться, а сердце — громко застучать. — Ты от меня тоже, — Тэхён хватает сражённого Чонгука и быстрым движением перекручивается с ним, заваливая на траву и нависая сверху.       Тэ страстно смотрит в продолжающие слезиться глаза и приближается медленно, выжидая, когда Чонгук закроет свои омуты. Их нежные губы касаются и растворяются друг в друге. Чонгук обхватывает дрожащими руками Тэхёновую спину, сжимая в руке его футболку. Ким чувствует, как быстро стучит сердце в чужой груди, и знает точно, что его сердце стучит ничуть не тише. — Я буду всю жизнь любить тебя, — шепчет Чонгук во вкусные губы, открывая мокрые глаза и сталкиваясь с карамельными губами напротив.       Жизнь прекрасна, когда ты влюблён. И с этим не поспоришь. — А я буду любить тебя, Гуки.