Mask.

POV Тэхён. У вас было такое, когда привычный мир на твоих глазах рушился, и ты погружаешься в эту воронку и не можешь остановиться? Вот и я так. Жил- не тужил, писал и пел песни, дурачился с хенами и макне. Мы с Чонгуком стали очень близки, наверное ближе чем следовало. По контракту мы не имеем права на отношения с фанатками, ибо наши тела принадлежат компании, а сердце Арми. Мы любим Арми, но в тяжёлые времена очень не хватает тепла, стоить ли говорить что в общежитии живёт семь абсолютно дееспособных мужика? И что нам делать? Чонгук был для меня младшим братишкой, я люблю маленьких детей, а он как взъерошенный воробей приехал к нам в студию. Мы сошлись с ним, много общались, ругались, мирились. Команда знает, что фанаты любят из нас делать влюбленную парочку. Да, мы единое целое, но не все так просто в нашей семье. Наши отношения уже давно сложились, мы все друг друга любим, поэтому не захотели разъезжаться по разным квартирам, хоть компания уже могла нам это позволить. Но мы уже будем не «мы», а это нас разрушит. Чонгуки очень сильно ко мне привязался, довольно-таки ревностно относится к проявлению внимания чужими в мой адрес. Он жутко злился когда я стал общаться с актерами из « Хваран». Хорошо хоть Чимин меня не бросал. Конечно, со временем все обижульки прошли, но макне продолжал ревновать абсолютно ко всем. В тот вечер мини-концерта, когда мы познакомились с девушками на вечере в компании инвестора, как раз и был началом моего конца. Сначала я не серьезно отнёсся к этому знакомству. Ну спонсор, ну фанатки, сколько их было и будет, я люблю их всех в общем. Девчонки вообще милые и потешные создания, со своими капризульками и обижульками. Но потом, когда Нати ворвалась как ураган в нашу гримёрку и в нашу жизнь, когда я увидел как она оказывает помощь Джин-хену, не смотрит на то, что ее красивое платье елозит по полу или рвутся чулки от стояния на коленях возле хена, то я увидел в ней как раз воплощение своих чаяний. Красивая, умная, смешливая и смущающаяся, но два больших «но» — иностранка и возраст. Она была меня почти вдвое старше. Я изредка поглядывал за ней, очень удивился их знанию языка. Они прекрасно влились в нашу компанию, потрясением было открытием их вокальных способностей. У Наташи такой глубокий и чувственный альт, а интересно, как бы наши с ней голоса сошлись в дуэте? Я слушал и тонул, их родной язык очень мелодичный, лился как река, в ее выступлении была такая харизма, что даже наш суровый Бан ПиДи проникся. В самом конце видно было как она волновалась, а потом ушла в туалетную комнату, явно пытаясь справится с собой. Мое терпение лопнуло и пришлось пойти проверить все ли с ней в порядке. Уже в коридоре было заметно ее фигуру на балкончике, плечи подрагивали и она казалось такой хрупкой и потерянной. Это невыносимо видеть ее такой сломленной. Я подошёл к ней и столкнулся с таким омутом в глазах, там плескалось море, там догорали звёзды. Видно было что она собирается с силами, но она молча ушла. Я был озадачен. Нет, я не тупой, и я вижу что Нати испытывает ко мне чувства, ее украдкой брошенные взгляды, вздохи-охи, но мы очень часто с подобным сталкивались. Фанаты по-разному проявляют свои эмоции, обычно это слезы или истерики, некоторые откровенно лезут к нам и это жутко напрягает. Но Наташа, казалось это море вот-вот затопит и ее, и меня, но нет, такая сила духа заставляет уважать. Очень интересно почему она мне ничего не сказала и поэтому с удовольствием поддержал идею привести их на фансайн. Хотелось их отблагодарить за помощь Джин-хену, да и наблюдать за ними сплошное удовольствие. Девушки в корне отличались от многих фанов, и мы с ними чувствовали себя прекрасно. Эта фанвстреча была какая-то особенная. Мы попросили менеджеров поставить им дополнительные стулья в первом ряду и могли время от времени с ними взаимодействовать. Ох наши мастер-нимы прожигали их своими глазками! Но девочки держались отлично. Они практически не снимали на телефоны, не закрывались баннерами и веерами, были открытыми и позитивными. К нам они подходили последними. Краем глаза я видел как девочки общались с мемберами и с волнением ждал ее подхода. Наташа и ее птички (как их она называла) были одеты просто, но со вкусом, ухоженные и от них исходила приятная аура. Я ждал ее и все равно не был готов увидеть вновь это море. Море было зелёным, глубоким и оно вновь поглощало меня. Впервые я так близко рассматривал. Она жутко смущалась и неожиданно сняла с себя золотой крест. Я не знал как реагировать. Она рассказывала про легенду и просила разрешения одеть его мне, я молча подставил шею. Мое ухо опалил ее горячий шопот. Ее губы задели мне мочку уха, и готов поклясться, что я чуть не умер от волнения. Уже потом, дома я прогуглил, что она мне сказала. Я рад что Наташа на это решилась. За все время я не смог с ней заговорить. Ее присутствие очень странно на меня влияет. Долгое время мой мозг подбрасывал мне картинку фансайна, ее горячий шопот и явственно чувствовал ее мягкие губы на мочке. Ее признание будоражило и не давало покоя. Нам много признавались в любви, мы знали что желанны многими, стоило нам только махнуть пальчиком и сразу очередь, и радуйся жизни, почему бы и нет. Но ее сдержанность, смущение, робкие взгляды отличались от того с чем мы постоянно сталкивались. Мы много работали, готовились к релизу нового альбома, участвовали в шоу и концертах, взяли очередные награды, и не то чтобы нам это стало привычным, нет, мы зарабатывали трудом внимание и любовь поклонников. Но перестало в нашей жизни чего-то хватать. Будто приоткрыли форточку и стало немного сквозить, выдувая остатки тепла. Чонгук стал замечать во мне перемены и страшно злился, мы то ссорились, то мирились. Чимин был между двух огней. Я сам не мог разобраться в себе. Я чего-то ждал, чаще молчал и задумывался, в некоторых ситуациях я просто не знал как себя вести. Однажды я вспомнил про крест. Нет, я его не носил, но положил в шкатулку. Как-то ночью мне приснился очередной кошмар, я в холодном поту пошел в ванную умыться, а по дороге обратно достал крестик. Обычный крестик, но отчего-то мне захотелось его взять в руки. Я лег с ним в кровать, обнял подушку, а в другой зажал Наташин подарок. Спал я спокойно до самого утра. С тех пор он был всегда где-то рядом. Прошел Новый год, мы ждали приезда девочек. Пригласить их было общей идеей, даже сам господин Бан был не против и помог с арендой отеля. Мы с парнями долго обсуждали куда с ними пойдем, что будем делать. Но как обычно все пошло не по плану. Я был бесконечно рад их видеть. Но не знал как заговорить с Ней, я общался с Лиз и Алекс, Чонгук все время мельтешил передо мной, я пытался его осадить. Но не тут то было. В танц.зале он совсем распоясался. — Хен, а Хен? А я хорош в танцах? — Чонгуки, ты итак прекрасно это знаешь, что за вопросы? Мне нравится твоя пластика, то как ты двигаешься, все отлично. — А как ты думаешь, эти иностранки хорошо двигаются или могут просто стоять на сцене и открывать рот? — Гук-а, я не пойму что за разговор. Я не знаю как они танцуют, но судя по их фигурам они держат себя в форме и явно ходят в спорт.зал. Думаю, они неплохо двигаются. А что? — Да вот, хочу их вызвать на соревнования. Мне просто интересно, такие тётушки как Нати, способны в их возрасте на скорость и пластику? — Гук, ты что творишь, что с тобой происходит в последнее время? — Ничего, Хен, — Гук сделал ударение на «хен», — просто интересно. И тут его понесло. Нам было стыдно за него. РМ пытался его образумить, но не тут то было. К своему стыду, мне самому было интересно на что эти нимфы способны. Естественно, благодаря Гуку, Сондык нас загонял как ездовых собак, я думал писать завещание. Сам Гук выдохся. Девочкам тоже было тяжело, но они справились. Я внутренне ликовал. Но каково же было удивление когда Макне стало этого мало и он вызвал их на дуэль. А Наташа не промах, умеет кусаться. Я готов был Чонгука разорвать, так выкладываться накануне выступления это бесчеловечно. Этот мелкий паршивец нас загонял. Когда я уже собрался расстроиться, наши гостьи нас удивили, последний их выход в этом бесплатном цирке был с элементами акробатики. Вот к этому меня жизнь не готовила. Не знай я кто перед нами, никогда бы не додумался сколько Нати лет. Потом Хосок-хен нашёл их выступления и мне так было стыдно за Гука. К слову сказать, девочки прекрасные стрит-дэнсеры. Так что на пьедестале почета наш Золотой Макне слегка подвинулся. Каково же было наше удивление, когда Нати решила с Хоби-хеном танцевать бачата. Когда-то в интернете я видел подобное, но это слишком смущающе и интимно что-ли. Видно было как наш главный танцор волнуется. А увидеть это дорогого стоит! Мы не могли отлипнуть от них. Как же они органично смотрятся вместе. Что там Гук сказал «тётушка?» Ничего подобного, перед нами была наша ровесница, страстная, сексуальная, желанная. Я смотрел на нее и не верил. Однако это дико смущало. В развлекательной индустрии и не такое увидишь, но когда вот так близко, нос к носу, бедро к бедру, одно дыхание на двоих…это завораживает и в тоже время меня стало раздражать. Я не знаю ревность это или ещё какое нехорошее чувство, но я не смогу больше на это смотреть и сделал вид что очень занят разглядыванием всякой ерунды. Завтра с девочками мы не увидимся, будем готовиться к концерту. Я уже скучаю за ними. Мне и хочется их увидеть, но в тоже время я чувствую что все мои устои падают. За ними поедет Седжин, так что я за них спокоен.