Mask.

Мы прилетели в родной аэропорт и при выходе в общий зал нас встречали наши фанаты. Пусть их было мало, но они нас так поддерживали, что мы были безумно счастливы их всех видеть. Во время корейских каникул мы вели трансляции, снимали маленькие видео, показывали Сеул и делились впечатлениями, конечно мы рассказали и о Красной дорожке. Некоторые фаны смотрели онлайн-трансляцию с награждения. Поэтому нас засыпали цветами. Хотелось их каждого обнять. Донести всем наше счастье. И пусть их было всего 10 человек, но это были самые верные люди, которые нас всегда поддерживали. Уже дома я хваталась за соломинки, чтобы не впасть в тяжёлую депрессию. Мне пришлось рассказать Саше, про условия досрочного разрыва контракта. Мы, как и многие, никогда не дочитываем в документах самый маленький шрифт и в данный момент наша рассеянность и доверчивость сыграли против нас. Пришлось идти к юристам и вместе думать над выходом из компании с малыми жертвами. Жертвы оказались немалыми. Я продала все что было можно, все украшения, малую и большую технику, влезть в долги с обещанием скорейшего возврата. Осталось решить проблему с подачей заявления. — Игорь Василич, добрый вечер. Можно войти? Василич был мрачнее тучи. Может мне завтра зайти? Но срок Чхве подходил к концу и мне не хотелось там задерживаться. — А, Наташа? Да-да, заходи. — Начальник нервничал, ходил по кабинету, на столе стоял стакан с виски. — Игорь Василич, что-то случилось? Инспекция? Я догадывалась что Чхве поставил и ему срок, но я пока об этом молчу. -Наташа, не бросай нас, пожалуйста! — шеф развернулся ко мне лицом. Губы его мелко подрагивали, а глаза были налиты адской смесью виски и безысходности. -Вы о чем? — Наташа, я совершил ошибку… — На каких условиях вы меня продали? — мои нервы не выдержали. Я же виски не пила. Хотя, наверное пора начать. — Так ты все знаешь? Наташа… — На каких условиях вы меня продали? Какие действия сейчас ведутся со стороны вашего спонсора? — А что ты знаешь, ты же ничего не знаешь! Ты даже не представляешь в какой заднице была компания — И вы отдали мою задницу чтоб спасти свою. Я это уже поняла. Дальше что? — Он, он тебя увидел, он загорелся тобой, захотел получить тебя в качестве гаранта нашего сотрудничества. Я не мог упустить такой шанс. Я хотел спасти людей от безработицы. Я не знал что он пойдет на такой шаг.- излюбленная стратегия давить на жалость. — Какой шаг? О чем вы? — Он, выставил мне условие, чтоб я тебя любыми путями оставил в компании и перевел в наш дочерний офис в Кванджу. Иначе он объявит о нашем банкротстве и выставит на торги вместе со мной. — А он может. Дорогой Игорь Василич, во-первых, как вы- бизнесмен с опытом, зная какой Чхве матёрый волк в бизнесе, смогли допустить что его заинтересует наша более чем средняя компания, допускаю что ему нужен был просто выход на наш рынок. Он его получил, при чём легально. Теперь он запустил процесс банкротства и вас ничего не спасет, готовьте сухари. Это был просчитанный шаг. А вы из-за жадности плюнули на его обещания. Во-вторых, вы уже ничего не исправите. Он сделает все чтоб вас закрыли и я здесь не причём. Вас использовали и в скором времени выдоят последний грош за счёт аукциона. В третьих, неприятно правда когда вас используют как товар? Как вы себя чувствуете? Шеф дёрнулся как от пощёчины. — Вот видите как неприятно. Но вы же не думали что выставив лот в виде меня, получите обратную реакцию и сами станете товаром. Вы же руководствовались только благими помыслами, спасти людей и их семьи. Думали, отдам на растерзание одну бабенку, чё ей плохо что-ли будет, любовничек богатый, все прихоти будет исполнять, о таком многие бабы мечтают, а что тут такого? И не важно что я буду в сексуальном рабстве, что я буду просто как красивая кукла, которую при ненадобности просто выкинут или убьют. Таких много.- я еле себя сдерживала, но старалась говорить спокойно. — Нати! — Ооооо! Вы знаете даже мой псевдоним, вы стали интересоваться моей жизнью? Как мило! Я столько времени у вас работаю, столько раз вытягивала из передряг и в результате что я получаю? — Наташ, подумай о тех кто здесь работает.- пытался он меня остановить. Но бешенный паровоз семафор не остановит! — О людях??? О людях!!! Игорь Василич, почему я должна о них думать, о тех кто всегда думал что я ваша подстилка, что в то время когда я ночами сижу и исправляю ваши косяки в документах, они думают что я с вами здесь на этом самом диване развлекаюсь! Неееет, нет, дорогой шеф! А они, а вы подумали обо мне, о моих дочерях? О моих невинных дочерях?! Они в чем виноваты? В том что у вас необузданный аппетит, а зубы слабые, кусок не смогли прожевать? Почему мои дети должны расплачиваться за чьи-то амбиции? — все, я уже сорвалась на крик. -Наташа, подумай! Чем нам всем грозит Чхве! Ну что тебе стоит. Ты ж баба, какая разница под кого ложится. А он богатый, влиятельный, ты же будешь обеспечена на всю жизнь! И тебе хорошо и нам неплохо. О такой жизни все мечтают! — Да хрена с два! Вы что думаете, раз баба, значит можно ею пользоваться, ссы в глаза- все Божья роса, так что-ли? Нет, дорогой мой! Так не пойдет. Запомните, шеф, я- не шлюха! Я схватила со стола стакан с виски и выпила. Плевать что меня потом будет откачивать «скорая». Я швырнула стакан на стол, оттолкнула патрона и вылетела из кабинета. *****. ***** Наташа вышла, а Игорь Васильевич продолжал стоять возле стола. Осознание неизбежного стало его медленно накрывать и он отмер. — Чертова баба! Да как она смеет! Что это? Он увидел на столе рядом со стаканом заявление об уходе и чек на выплату за неустойку. — Она что, вздумала меня обставить? Неееет! Чхве меня зароет! Мужчина бросился к телефону, набирая юристов. — Она что, заплатила неустойку? Какого лешего вы мне не сообщили? Почему я об этом узнаю последним? — Игорь Василич, она сказала что вы в курсе и просила вас пока не беспокоить, так как вы сейчас не в лучшем расположении духа и плохо себя чувствуете. — Кто плохо себя чувствует? — внезапно он сел в кресло.- Да, я плохо себя чувствую. Вызовите мне врача. « Скорая» забрала его с обширным инфарктом. Спустя три дня, когда он смог разговаривать, выяснил что Нати выехала из дома в тот же вечер в неизвестном направлении.