Шиноби-джедай.

             Джай устало возлежал на раскладном шезлонге, больше наблюдая за красочным шоу лучей, что устроило вечернее светило и сгустившиеся на горизонте облака завтрашнего ненастья. Рядом так же отдыхала его мама, вместе с Холшефом смотря головидео концерта гастролёров с Альдераана и лузгая семки. Старик еле сдерживал порыв самому набряцать революционно-патриотичные стихи своего сочинения: в прошлый раз пришлось через Силу срочно связываться с подмогой, чтобы справиться со спущенной на них сворой молодняка неков, залечить укусы и загипнотизировать лояльного Империи фермера. Другие товарищи диссиденты этим вечером опять резались в сабакк, не особо скрывая, что ставкой является бурная ночка.       Этот день вообще выдался хлопотный и напряжённый. Дважды караван Келлов отворачивал от ферм, выращивавших сахарный тростник. Также пришлось уплатить мзду за удобное пересечение канала, при помощи съедобных водорослей опресняющего морскую воду. А после полудня Джай не покладая рук трудился на животноводческой ферме, сперва залечивая рубцы остриженных бант, потом чиня старого и заедающего дроида-цирюльника, пока Мижейн с дроидом-бухгалтером помогали составлять всякие справки и вносили поправки в готовую отчётность, в то время как нахлебники вопреки наказу точили лясы с усатым отцом и его недорослем, владеющими фермой. На одном из подстриженных бантами и подветренном лугу караван и встал на ночёвку.       Зная расписание, подстроившийся Эзра связался с другом по комлинку всего менее часа назад. Вроде прошло всего несколько месяцев, как жизнь Келлов круто изменилась, вроде путешествия по лотальским просторам нравились и матери, и сыну, вроде Сила благоволила своему адепту… Парень реально хотел учиться всяким наукам и заколебался вкалывать почти в одно рыло, не считая дроидов. Взрослые повстанцы только и могли, что вспоминать прошлые деньки, строить всем прожектам прожекты, переливать слова из пустого в порожнее, а, ну да, ещё травить пошлые анекдоты, сочинять в меру приличные агитки и постоянно ворчать по поводу стеснённых условий существования, так и норовя по пьяни или с бодуна смыться в город по магазинам да кантинам. Если бы не чета Сумар, караван точно бы превратился в бедлам.       Как иногда ни хотелось Джаю установить в караване из трейлеров закон трезвости, но Эзру он не просил, а тот видел несдержанные помыслы и не предлагал; кстати, последний телепатический сеанс был уже больше недели назад. Вместе друзья соблюдали осторожность, в прошлый раз леча живность да пытаясь наладить отношения с неком, позаимствованным компенсацией за причинённый вред. Молоденькому псу только недавно вживили кибер-имплант и не успели выдрессировать, потому этот нек после общей установки от Кэнана стал отличным учебным пособием для нового хозяина и его друга. Сейчас ночной сторож ещё дрых, не о нём была речь и думы Джая.       Бриджер передал, что завтра-послезавтра Гера свяжется с ними и выдвинет предложение переселить диссидентов в безопасный мир, где достаточно хищной флоры и фауны для необходимости во врачевателе, где хватает старой и ломающейся техники, где планируется расширение сельхозугодий и пополнение рыболовного флота. Эзра не говорил и не думал, что там можно без напряга перекантоваться годик-другой, повзрослев лицом и вернувшись на Лотал более опытным, но Джай же не тупоголовый. Вот сейчас, глядя на разгорающиеся на тёмно-фиолетовом небосклоне созвездия, юноша и размышлял, чего ему хочется и как надлежит поступить.       «С бродячим цирком точно надо кончать», - думал Джай. Улетать с родного Лотала ему страшно не хотелось, но тут осесть и блистать среди сверстников, как раньше, однозначно не получится. Империя всё туже закручивала гайки и всё зорче отслеживала инакомыслящих, плазмой и пряниками воспитывая из граждан доносчиков. Собственно, тренируемо прислушавшись к себе, Джай уразумел, что Сила опять шепчет его интуиции про грозящую опасность, а не паранойя разыгралась. Этот синеволосый Лратез с пробившимся под носом пушком слишком пренебрежительно относился к своим фермерским обязанностям и наверняка мечтал податься из-под отцовского ремня под крылышко Имперской Армии. Видимо, он и строчит кляузу в органы, что вновь означало сон под гул репульсоров и турбин, пока дроиды ведут транспорт по диким весям.       Сын прислушался в Силе к матери и густо покраснел – одинокой женщине остро хотелось мужской близости. Джон разбередил чувства Мижейн, его ухаживания разбудили женственность, пожелавшую продолжения банкета, а не с кем – окружающая компания и встречавшиеся по пути фермеры никак не подходили для завязи семьи. И если сам Джай всё сильнее хотел бороться с несправедливостями Империи, то Мижейн мечтала о домашнем уюте и стабильности, что она может найти, когда осядет.       Сгрызя синебокий лот-персик, Джай решил, как поступить: всей компанией улететь в безопасный мир, включая дроидов и технику, а также стоит собрать семенную базу под ожидающий их климат, о котором он узнает от тви’леки Геры. Юноше хотелось общения со сверстниками, причём, обоих полов, но пора повзрослеть и понять, что не все прихоти исполнимы, даже при наличии восприимчивости к Силе – особенно при её наличии! Джай ради Мижейн сбежал из той академии, и пока мать не пристроена - не будем скрежетать зубами! – он её не бросит, как она не сдала сына в приют и самозабвенно растила, а он, дурак, недопонимал, да и сейчас ещё щенок в глазах окружающих…       - Внимание! Выезжаем! – громко скомандовал юноша.       Народ зароптал и запричитал, но юного джедая послушал беспрекословно, не раз свидетельствуя тому, как он вытянутой рукой ронял оземь высланные по их души истребители.       В то же время внутри Штаба посередь столицы Лотала.       - Здравия, сэр. Поступило донесение с описанием Коллинзов-Келлов, вы распоряжались сразу же сообщать при достоверности свыше девяноста процентов, - чинно произнесла голограмма с бюстом заспанного Каллуса, порядком задёрганного реакциями на ложные сообщения о глобально разыскиваемых террористах.       - Приветствую, агент, - ответил Гранд-Инквизитор, вместо сна медитировавший на самой верхней точке Купола, метафизически ловя и расшифровывая шёпот ветров бушующей над столицей грозы в стремлении улучшить владение Штормом Силы. – Откуда?       Каллус передал анимацию наезда на Лотал из космоса по координатам – где-то на побережье соседнего материка с часовым смещением в минус семь.       - Верный след, - изрёк ситх, так и не сумевший сам засечь в Силе этого беглого кадета, заделавшегося заочным падаваном.       - Наши действия? – деловито уточнил агент вместо фразы «Ваши приказания».       - Срочно доставьте фермеров ко мне на допрос, запустите оцифровку в сетку вещания по радиусу в полторы тысячи километров, подвесьте там свой спутник координатором отделения дроидов-шпионов, - отозвался пау’ан, ощерившись.       - Служу Империи.       - Служу Империи.       Дважды они впустую объявляли план-перехват – цель выскальзывала как вода сквозь пальцы. Дважды он считывал из памяти свидетелей образы мальчишки, его мамашки и супругов Сумар, что имели неосторожность засветиться на той долбанной ферме. Однако количество подлетавших трейлеров в веренице и закупаемый объём еды с питьевой водой явно превышал потребности вышеуказанных беглецов. И сейчас имелся шанс прояснить состав – в бегло прочтённом с голоэкрана донесении неотёсанного безграмотя с фермы говорилось о девяти посетителях, вычитая дроидов. Стоит только их оцифровать из памяти, как повстанцам уже не скрыться. Уже сейчас по обязательному имперскому каналу Голонет покажут четверых да весь их транспорт, поимка теперь дело времени – амнистия за былые грешки и солидная денежная премия вкупе с рожей по головиденью не искусят лишь фанатиков, а таких среди быдла нет.       Пау’ан привёл себя в порядок и отправился на палубу Иск-1, где был его офис. Прохожие не шарахались от него, лишь вздрагивая, завидев и узнав. Штаб ещё ко Дню Империи успели отдраить, отремонтировать и освежить, однако эманации страха, отчаяния и сопутствующего букета негативных эмоций так просто не выветрить. Ситх чувствовал себя тут хорошо, очень даже.       Ситх. Бывший носитель имени Зор Тед вновь погонял это слово в голове и на языке, припомнив историю.       Когда-то существовала человекоподобная раса ситов, отличавшаяся красной кожей и огненно-золотыми радужками, а главное – это поголовная восприимчивость к Силе с врождёнными способностями на эмоциональном уровне. Естественно – это дети Тёмной Стороны Силы. Как абсолютной власти раката однажды пришёл конец, так и ситхи не устояли перед союзом множества рас галактики. Их родной мир Коррибан не раз подвергался База-Дельта-Ноль и позже потомками терраформировался, чтобы вновь оказаться сожжённым и вычеркнутым из галактической цивилизации. Именно с ситских империй прошлых тысячелетий за приверженцами Тёмной Стороны Силы на республиканском бейсике накрепко закрепилось прозвище – ситхи.       Ещё пару десятков лет назад, во времена Ордена Джедаев, слово «ситх» - это удобное погоняло, в отличие от тёмных джедаев. Нынче «неполиткорректно» ни то, ни другое. Император Палпатин ввёл новое обозначение – инквизитор. Однако он сам и его личный ученик Вейдер носят ситхский титул Дарт и выведены за рамки Инквизитория, как и некоторые другие Силовики, служащие Империи Палпатина или сотрудничающие с ней.       «Дарт Вейдер…» - Гранд-Инквизитор помассировал виски. Всего лишь!       О-о-о…       Джедай-перебежчик наивно полагал, что приставка Дарт – это дань положению. Ага. Так и есть! Только махонький нюанс: положению не в обществе, а в иерархии по могуществу в Силе. Некоторая планка, соизмеримая с рангом магистра у джедаев – та-дам! – времён до Руусанской Реформы! Хотя с той поры все Силовики измельчали.       В копчике заныло, пау’ан быстро справился с накатом фантомной боли, хотя считанные недели назад его бы выгнуло дугой и свело судорогами.       О, до того позорного проигрыша на планетоиде с фортом Анаксис некий Гранд-Инквизитор Внешнего Кольца даже не подозревал о том, что подлинных ситхов от падших джедаев отделяет внутреннее строение так называемого эфирного тела, что определяет способ обращения к Силе: джедаев деформируют обращаться как бы через окружающую среду, ситхи черпают эмоции изнутри себя - чужие через себя.       Тогда, в Шпиле на Стигеон-Прайм, Гранд-Инквизитор не умел управлять Силой через собственные эмоции и потому убивал зеков, в безумии гребя Тьму абы как – варварски. Подлинное мастерство в том, чтобы превратить свои чувства в канал к безбрежному океану таких же чувств в Живой Силе как совокупности всех разумных. Чем толще и устойчивее организуемая связь, тем мощнее адепт Тёмной Стороны Силы. Помножив на сумму знаний и опыта, получаем могущество. Проблема в том, что, в противоположность длительному обучению джедаев, обычным ситхам без врождённых способностей эмоциональный канал пробивается насильственным и болезненным путём – инициация через мученическое страдание. Дальше неустанное обуздание и контроль, когда воля сродни крану, который без внешнего ухода начинает течь или срывается.       Обладая аналитическим складом ума, бывший Зор Тед пришёл к мысли, что ныне адепты обеих Сторон Силы калечат себя и что наибольшая выгода кроется в двойной деформации: если сперва через свои эмоции организовать к себе поток Силы Тёмной Стороны, а потом обернуться приёмом Центр Бытия и потянуть извне Силу Светлой Стороны, то смесь аксиоматично превзойдёт компоненты.       При всём при этом, одна мыслишка недавно начала гложить интеллектуала: что если те и другие для набора текста качают ноги вместо рук? При взгляде в зеркало видится картина - перевёрнутая. Возможно ли, что те так называемые энергетические центры, которые джедаи и ситхи переделывают под противоположный функционал, должны работать так, как в существах заложено изначально? Пропускать в себя Силу, придавать вектор волей и претворять на эмоциях. Возможно ли, что виной всему миди-хлорианы, закрывшие экстраординарные способности подавляющему большинству в счёт их открытия лишь тем, кто избран родоначальником миди-хлориан? Возможно ли, что ныне вся цивилизация эксплуатируется втихую, когда волевой вектор заменён миди-хлорианами на аппаратном уровне, так сказать, и потому питает кого-то… Или нечто – реликтовые машины расы раката как раз работают на Силе или оперируют ею! Эдакая теплица в масштабах галактики… Тогда даже сами джедаи и ситхи – всего лишь проводники чужой воли, так или иначе исполняющие предначертанное «в Силе», эдакие модераторы реальности с вероятностью вырасти до администратора, но всё без шанса стать Творцом. А если не маяться конспирологией, то тогда стоит поверить вычитанным в Архиве Джедаев крохам о том, что легендарная раса раката вымерла из-за тотальной эпидемии некоего вируса, которым вполне могли быть миди-хлорианы.       Очередной приступ боли напомнил о Вейдере, который лорд по-светски.       Как и предполагалось, Дарт Сидиус от провала пришёл в неистовство, однако Гранд-Инквизитор прогадал: свой гнев Император вместо нерадивого подчинённого направил на уничтожение в пыль двух джедайских голокронов, а Чтением Памяти и вовсе занялся Дарт Вейдер, действовавший как бездушный дроид, выудивший Пробегом по Воспоминаниям не только последние месяцы, а ознакомившийся со всей жизнью своего мальчика для битья, отданного Владыкой на обучение. Прямо в устроенном в бывшем Храме Джедаев тронном зале Вейдер перед Сидиусом болезненно извлёк из памяти Зора Теда все самые сокровенные, унизительные и постыдные моменты в жизни.       - Докажи, что не мусор, либо сдохни, - властно приказал Император, с извращённым предвкушением глядя на двоих у трона своего.       Гранд-Инквизитор с рыком вскочил с пола, двумя руками сумев отклонить направленный в него спаренный Толчок Силы. Вторая рука в чёрной рукавице взлетела вверх и сдавила воздух – Удушение Силы поймало пау’ана прямо в воздухе и удержало как проткнутого иголкой жучка. Киборг небрежно отшвырнул мусор, врезавшийся спиной в колонну и неуклюже шмякнувшийся на пол.       Дарт Вейдер соизволил достать и активировать свой световой меч - чеканно шествовал казнить. Униженный на виду у Императора и разозлённый Гранд-Инквизитор, погаными джедаями лишённый своего светового меча, выпустил Молнию Силы. Синий разряд без остатка впитался в красное лезвие.       Пау’ан испугался портить тронный зал Телекинезом и вложил свой страх в Ужас Силы. Киборг его вертел на одном месте, буквально дважды провернув вокруг себя и умноженным отправив Силовой приём обратно. Один из глав инквизиции тоже так уже умел, но следом ему сразу вернули и Молнию Силы, окрашенную в фиолетовый; ощерившись, пау’ан скрюченными пальцами словно бы поймал средоточия двух Силовых техник и вынужденно крутанулся на пятках.       Гранд-Инквизитор просчитался – остатки Молнии Силы да ещё и цвета изумруда Дарт Вейдер прицельно выпустил с меча в спину, прострелив весь позвоночный столб. Тронный зал огласил дикий крик боли, через миг он стал басовито-хриплым от кромешного ужаса – это на него обрушились два не докрученных им Силовых приёма. Пау’ан позорно обделался, беспорядочно дёргаясь в судорогах на блестящем полу; из ушей и носа потекла кровь.       - Обуздай Боль и подчини Силу, падаван, - бесстрастно прошипел вокодер.       Киборг по привычке вытянул манипулятор и скрючил пальцы, приёмом Рана Силы начав пытку сдавливанием левого лёгкого. Пау’ан корчился в муках, пытаясь не задохнуться, в том числе и от огромного давления Тёмной Стороны Силы, издевательски нашёптывающей ему принять её объятья и блаженно раствориться в ней.       Устрашённый Гранд-Инквизитор реально думал сдохнуть от бесславного позора перед Императором, когда Вейдер с лёгких вдруг переключился на яйца. Ярость превзошла боль, клубящаяся вокруг Сила охотно устремилась в пау’ана, яростно и злобно шарахнувшего громкой Молнией.       Дарт Вейдер скупым движением перехватил разряд плазменной аркой, левой рукой при помощи Силы вздёрнул пау’ана вверх и удерживал кверху задом все секунды, пока с красного светового меча в подставленный копчик била изумрудная Молния Силы, адски простреливая весь позвоночник, но без непоправимого ущерба, как у других типов разрядов. На оглушительный крик-рык Вейдер не обращал внимания, а Палпатин с кривой улыбочкой наслаждался зрелищем как изысканной оперой или лакомым вином.       Легко перевернув дрыгающееся тело через голову на живот, пыточных дел мастер распластал ученика давлением могущества Тёмной Стороны Силы. Кому как не Дарт Вейдеру, выкованному в лаве Мустафара, знать все прелести покорения Госпожи Боль!       - Сбрось хватку либо отсеку от Силы, - бесстрастно выдал вокодер уникального чёрного шлема лорда, Силой сжимавшего сразу несколько внутренних органов пау’ана, на разные лады визжащего, хрипящего, скулящего, рычащего, скрежещущего.       Зор Тед сквозь марево боли расслышал телепатически продублированный посыл и убоялся участи пострашнее ласковой смерти. Лихорадочные поиски решения упирались в учение ситхов, строчка из которого уже звучала в этом зале.       Покой — ложь, есть только страсть.       Через страсть я получаю мощь.       Через мощь я получаю власть.       Через власть я получаю победу.       Через победу мои цепи рвутся.       Великая Сила освобождает меня.       Кодекс ситхов помог выкарабкаться из всепоглощающего Моря Боли, пропустить муки сквозь себя, обуздать и порвать пыточные цепи. Великая Сила Тьмы с лёгкостью предала одного своего адепта и помогла другому, с оскалом вскочившему с пола вопреки повреждениям и обрушившему с двух рук ослепительный веер густо фиолетовых разрядов. Дарт Вейдер принял их все на свой световой меч, из красного аж ставшего багровым, но ничуть не дрогнувшим и ни одной ниточки Молнии Силы не пропустивший.       Разъярённому Гранд-Инкизитору, напрочь забывшему о Дарт Сидиусе и целиком сосредоточенному на единственном враге, посмевшем угрожать отсечением от Силы, потребовалось время, чтобы вздохнуть для новой атаки. Ожидаемо, Дарт Вейдер воспользовался моментом и выпустил пленённый веер одной единственной Молнией Силы в руку толщиной, угловато изгибающейся изумрудной змеёй воткнувшейся в пах и оттуда устремившейся к позвоночнику. Миг спустя Гранд-Инквизитор, обращая Боль себе на пользу, вместе с рыком выпустил ещё один веер Молний Силы, бордово-фиолетовых. Простой расчёт не оправдался. Дарт Вейдер оставил разряд свободно выходить из светового меча в цель, а сам оперативно применил Мальстрим Силы: укрылся под барьером Пузыря, ставшего эпицентром молниеносного Вихря.       - Хватит, доказано, - раздался властный и довольный голос Дарт Сидиуса.       - Слушаюсь, Владыка, - сказал киборг, внутри алчущий владения Молниями Силы.       Оставаясь под защитой там, где всё это время простоял и после разворота опустился на одно колено, Дарт Вейдер воспользовался аналогом Тутаминис, стремительно выпивая Силу из кружившегося вокруг него Вихря – классный коктейль!       Гранд-Инквизитор в тот момент вновь осознал, где, перед кем и в каком состоянии он сейчас находится. Пау’ан шумно сглотнул, рухнул на колени, тюкнулся лбом в изборождённый пол и повторил за более молодым учителем, урывая себе клочки Тьмы, чтобы изнурённо не упасть в обморок.       - Дарт Вейдер, натаскай юного ситха Релифа, через месяц я хочу видеть достойное сражение, - повелел Император, мастер интриг галактического уровня.       - Слушаюсь, Владыка, - как обычно сипло ответил киборг.       «Облегчение» – совсем не о таком имени мечтал бывший Зор Тед, но уж сам виноват, что обгадился перед Владыкой. Гранд-Инквизитор Релиф – знатная издёвка! Слава Палпатину, наречение прошло без помпы и созыва Инквизитория не состоялось.       Только после экстремального переключения-инициации под настоящего адепта Тьмы, бывший Зор Тед осознал, почему Император лично присутствует при регулярном исполнении кода База-Дельта-Ноль. Бомбёжка малотысячного Силоттила превратила это поселение в сладострастный гейзер Тёмной Силы, окунуться в который ситху физически приятно, не говоря уже об эйфории от подвластного могущества. Насколько же бездарно он тогда распорядился Шпилем на Стигеон-Прайм и зайгеррианской каторгой на Ун! И как на зло после недавнего гамбита Вейдера этот недомерок Кайлеб-Кэнан выжил, а хаттов выкормыш Лотала вообще как в воду канул – даже с новыми возможностями как Релифа этот хитрован совершенно не ощущается в Силе!       Устроившийся в кабинете ситх сделал вдох Тёмной Силы, собравшей фантомную боль обжигающей волной и выстудившей тело, всё ещё ночующее в бакта-камере. От следующей процедуры ситх уже не собирался сбегать – невмоготу терпеть целый день по нарастающей. До Силоттила он бы и эту ночь бултыхался в бакте как миленький.       Дарт Вейдер был зол, что Владыка на месяц пригвоздил его к Корусанту, повесив обязанность обучить новорождённого ситха. Поэтому на уроках Релифу приходилось в буквальном смысле выживать, пропитываясь злобой и ненавистью к наставнику, как завещал Дарт Бейн, так его раз эдак. Вейдер учил доходчиво, не попишешь, и сам лорд тоже успевал учиться, общаясь с одним из ситхских голокронов. К сожалению, органическое тело не имеет той подвижности и степеней свободы, которыми обладает киборг, управляющий своим металлическим телом при помощи Силы. Во время фехтования на умопомрачительной скорости совершенно не до подготовки Силовых приёмов, только заученные до рефлексов, как от зубов отскакивающие, а Релифу следовало сперва научиться эмоции подчинять, да вынашивать планы мести.       Помимо прочего, Гранд-Инквизитор оттачивал своё владение Молнией Силы. Вообще этот приём требует живой конечности, чтобы создать потенциал и выпустить разряд. У Дарт Вейдера все конечности были кибернетическими, однако пау’ан не прекратил быть внимательным и умным, дабы заметить чужой прогресс, как в плане ловли в световой меч и преобразования чужой Молнии Силы, так и в плане формирования при помощи Силы сетчатой сферы из молний – лучистый сгусток Кинетит в первую очередь проявлял свойства твёрдого снаряда с таранным ударом.       Чем закончилась его судьбоносная схватка по итогу обучения, пау’ан позорно забыл, очухавшись в бакта-камере, вернее болезненно разбуженный Дарт Вейдером, изволившим вкратце дать наказ о том, как прижучить недобитка и его недоучку. Если бы только агент Каллус справился со своей задачей, то план удался бы во славу Императора! Теперича пау’ан уверился, что он не переживёт следующую встречу с любым из носителей титула Дарт, - третьего кредита не дадут, за все взыщут.       Раздражённым жестом ситх вывел перед собой голографический экран с портретами его целей. В копилке была только Дхара Леонис, её младший брат оставался под колпаком в Лотальской Академии и подавал жалкие перспективы своей нестабильной восприимчивостью у нижнего порога либо жульничал при помощи другана. На полях Лотала блуждал другой беглый кадет, Джай Келл, опустившийся до исцелений скота - подумать только! Релиф мог лишь надеяться, что устроенная при помощи жертв Силоттила буря в Силе надолго станет помехой для удалённых приёмов и воспрепятствует сопротивлению при аресте дружочка в пару к Дхаре.       Ликвидировать? Гранд-Инквизитор не миндальничал. Подыгрывал? Не из благодарности за исцеление в Форте Анаксис, а своекорыстно затягивал – чего греха таить. Дело не в том, что у джедаев воспитывается любовь к учителю, а ситхи холят ненависть к дрессировщику. Теперь, действительно научившись взнуздывать свои эмоции, пау’ан стопроцентно уверился в нахождении истины посередине – равновесие Света и Тьмы. Ему не стать сильным лордом ни Света, ни Тьмы, но Равновесия. Мастера с любой из двух Сторон раскатают недоразвитых полумерков, поэтому их удел скрываться ото всех.       К сожалению ситха, он не был лично знаком с Джаем Келлом, иначе бы попытки удалённого воздействия увенчались успехом. Конечно, Гранд-Инквизитор усвоил урок с отражением проклятий. Теперь он действовал тоньше. К несчастью, пережившего Приказ-66 падавана прикрывал голокрон, с которым тот практически не расставался. Зато приблудившийся сирота попался в рассеивающий внимание приём! Вполне логично было предположить, что пацан рано или поздно сварганит себе световой меч; достаточно обеспечить забывчивость относительно чего-нибудь важного в критический момент, и вот выскользнувший меч перерубает недотёпу или происходит иной несчастный случай со смертоносным исходом. Подлец попался, однозначно, выкрутился. Увы, у пау’ана в должной мере, видимо, не получилось ни Затмение, ни Сумасшествие; откопанные приёмы всё-таки стоило осваивать на ближнем окружении, и нехваткой времени тут не отмазаться. Ситх уповал на то, что ему удалось нанести серьёзный вред; хотя операция в Монаде оставила сомнения касательно того, как спасся VCX-100, однако вся прелесть оказанного воздействия Тёмной Стороной Силы в чрезвычайной трудности выявления, не говоря уже про архисложное восстановление «съеденного тьмой». «Точно, Дхара должна забыть Лотал», - поздно смекнул Релиф.       Гранд-Инквизитор Внешнего Кольца давно стал подозревать гибельность своей миссии на Лотале, ещё с «аудиенции» после того, как его занесло со Шпилем, где он опрометчиво продемонстрировал Шторм Силы. Вдобавок он стал первым в Инквизитории, кто освоил Молнию Силы, и это добавило желчи и коварства в отношениях с Грандами других областей галактики, особенно *** Ядра, узревший конкурента на своё место и уже сумевший осложнить жизнь протеже – Восьмому Брату. Рано или поздно на Лотале случится развязка, и пусть Владыка видит дальше и чётче, но он не всевидящий, как и его прислужники не всеведущи. Но таки сыкотно!..       Ёкнуло в сердце. Мужчина вновь вспомнил о сакральных мгновениях пережитой смерти, клинической и бессознательной, однако душа сохранила чрезвычайный опыт и постепенно делилась посредством подсознания. Дух перерождается – факт, как неоспоримо растворение личности в Силе. Последнее и страшило пау’ана, что в кодексе джедаев, что в кодексе ситхов, хотя список известных Призраков Силы с адептами Тёмной Стороны Силы на порядки превышал легендарных поборников Света. Релиф теперича точно знал, что приснопамятный Бриджер, хитро победив его на том планетоиде с фортом Анаксис, специально вогнал поверженного «типа» в клиническую смерть для своих исследований, в итоге ставших достоянием и исследуемого тоже. Это несколько воодушевляло перебежчика, вселяя надежды вырваться на свой путь.       Мужчина перестал обманываться и всерьёз воспринимал лоталианского Силовика, не соблазнившегося Тьмой и не проникшегося Светом. Юнец предпринимал взрослые, взвешенные решения, что впору поверить в сказочку о старении наоборот. Взять, к примеру, устроенную им бабскую грызню, как за этого жиголо Калриссиана, так и за представляемую им финансовую структуру, сорящую баблом с душком Силы. Гранд-Инквизитор не имел полномочий в данной сфере, а прибегать к его Силовым услугам не торопилась ни Туа, ни Прайс. У первой за плечами блестящее образование, у другой обширные связи и возраст раза в полтора выше. Амбициозны обе, а вот казнокрадка-убийца из них только одна. Пусть Аринда и превосходно замела следы давнего убийства агента ИББ, однако зря эта сучья стерва считала себя хорошо натренированной против телепатов. О, ситх не собирался действовать столь примитивно и грубо, как напрямую с напыщенной дурой; Силовик недавно выявил нужные ему контакты и хотел опосредованно начать дёргать за ниточки, чтобы чужими руками построить себе секретную лабораторию, просто смутные подозрения о подначке Бриджера заставляли волноваться за успех, перестраховываться и тянуть время.       К тому же, Релиф который день терзался о том, как Дарт Вейдер распорядится крамольными воспоминаниями Гранд-Инквизитора Внешнего Кольца. И с каждым днём ситх набирался наглости «отпроситься в Сумрак». Вряд ли его отпустят на вольные хлеба, конечно, да и спокойно работать с Архивом тоже не дадут, и так к цензам на Избранного Силы и создание голокронов добавилась куча других запретов и ограничений, а Дарт Сидиус наглядно показал, что готовится и вовсе то ли уничтожить, то ли поглотить Великий Голокрон бывшего Храма Джедаев, то ли сделать из него свой, то ли ещё неведомо как употребить. Релиф теперь не сомневался, что оба вышестоящих ситха давно и плодотворно занимаются созданием живых голокронов из собственных биологических клонов как залога бессмертного существования путём смены физических тел на манер износившихся одежд. Пау’ан тоже так захотел!       Кстати, Гранд-Инквизитор по приказу сверху ещё до первого своего прилёта на Лотал повлиял на губернатора Прайс, «пригласившую» клоноделов выбрать любое из морей для своего лабораторного комплекса, на данный момент давно развёрнутого в тайне от планетарного правительства, и, как показал осмотр, развёртка не стала секретом для пронырливых повстанцев – некоторые чаны содержали в себе зародыши ласатов! Не клонов одного, а выведенных из спермы новых особей. Ещё не поздно осуществить генетическое вмешательство и добавить ментальную обработку, что ситх и приказал. В любом случае Релиф собирался перед взращиванием своих клонов на нескомпрометированной базе сперва изучить технологии клонирования; тут главное – это скорое и досрочное перебазирование клоноделов в рамках практикующегося кидалова, спецпрограммы, суть которой в двух пунктах: во-первых, сбор лучшего генного материала; во-вторых, выявление на периферии богатых и заинтересованных с последующим прикарманиванием вообще всех их денег вместе с имуществом при возбуждении уголовного дела. Потому для приманивания клиентов и были организованы «утечки» с ниточкой к подпольной лаборатории. Теперь ситх ясно ощущал в Силе, что больше в эти силки вряд ли попадётся ещё какая-нибудь крупная дичь Лотала, потому пора сворачиваться, иначе клятые повстанцы раскроют замысел и сорвут его.       «Побыстрей бы словить Джая и проведать Дхару», - думал Релиф, и без того державший девицу под наркотой, седативными препаратами и страхом, доя не урождённую, но талантливую провидицу, покамест нужную вместе с своей памятью.       Метафизически другой способ взаимодействия с Силой, практикуемый ситхами, воспалил азарт учёного, ещё пуще возжелавшего отыскать на Лотале древний храм, как сказано в Архиве, имеющий фрески Создателей – Отца, Сына и Дочери. И пока ещё не сломленная дурёха очень может помочь ему в поисках, в том числе голокрона.       Существенным подспорьем оказались чудесным образом свалившиеся к ситху сотни тысяч кредитов от вроде как прижатого агентом ISB-021 бригадира Майлза Гринта, о делишках которого ситх, признаться, запамятовал, а то вытряс бы куда побольше, но вместо этого был вынужден оказать ответную любезность в виде помощи в убеждении буржуа в виновности злобных джедаев, опять загипнотизировавших доблестных солдат, которых, кстати, и помогал определять Гранд-Инквизитор, на удивление обнаруживший не один десяток подвергавшихся гипнозу, ещё сотни были просто неблагонадёжными, - под соусом слабой воли сосланы служить на Баросе. Далеко не все денежные мешки поверили в непричастность Империи к искалечиванию в клубе их отпрысков или знакомцев, зато все убедились в неспособности наёмников обеспечивать порядок и безопасность, а также оказывать медицинские услуги – более десятка избитых до полусмерти таки скончались при транспортировке в столичную больницу. Блюдя «облико морале», полиция отвергла такое удобное «спайсовое дело», замяв обнаружение не одного центнера качественной дури, между прочим, присутствовавшей и в крови сотен пациентов. В целом удалось снизить ущерб от ночной диверсии, которую успешно затмили новости об эпидемии в Силоттиле, однако все те, кто был ответственен за вхождение Лотала в Империю, однозначно поняли, что их жизни и здоровье ломаной кредитки не стоят.       Страх за свою шкуру на которой уже планете кряду ещё ниже склонил её элиту перед Империей, отчего из карманов посыпались деньги на новую военную технику и прочее.       Страх как средство покорения и угнетения.       Страх – сладость для ситха.       Страх – инструмент ситхов.       Всё ещё настроенный на Силу и ускоренно соображающий пау’ан быстро зафиксировал идею переосмысления действий Империи в целом и задумался о частностях Лотала. Масс-медиа упорно разыгрывали карту пугала, стращая обывателей экономическими бедами, наступающими из-за – повстанцев. Все несчастья народа – это из-за террористов, притворяющихся борцами за свободы гражданского общества. Провалы с военными фортами в новостных репортажах имперского канала выставляются: успехами обучающихся там контрактников, сумевших спасти жизни – свои и сослуживцев; агитацией переезжать в крупные города для работы на открывающихся заводах с более новыми образцами вооружений; зловещими предзнаменованиями террористических актов на фермерских хозяйствах, скупящихся платить Имперской Армии за услуги защиты. Полиция же занималась конкретными делами, нагнетающими страх: мелких сошек неоправданно мягко ссылали в трудовые лагеря, откуда те легко сбегали; крупных гангстеров ловили и показательно судили без жёстких допросов, отчего офицеры преступных организаций бежали на окраины и там сами становились боссами подобных же структур, реально терроризирующих обывательское быдло, всё больше перестающего вести трезвый образ жизни и скатывающееся к скотскому существованию в городских гетто, откуда так просто не вырваться, разве что удобрением.       Пау’ан ещё в первый же год становления Империи, когда к нему обратились представители влиятельной семьи Фей, контролировавшей нескольких членов Комитета Утапау, эдакого планетарного правительства, в состав которого входят все портовые администраторы. Верховодящие элиты обществ быстро смекнули, что республиканская вольница сменяется единым строем – всех под одну гребёнку. И пусть бывший носитель имени Зор Тед был вчетверо младше пышущего жизнью визитёра с родины и считался бы в родном обществе аристократов взрослым мужчиной с большой-большой натяжкой, с восприимчивым к Силе общались со всей вежливостью и серьёзной откровенностью о том, что успешны те управленцы, которые имеют латентную восприимчивость к Силе. В общем, некоему инквизитору, вкусившему обе Стороны Силы, настоятельно рекомендовали посещать некое заведение для естественного продолжения рода, при этом не скрывая, что судьба его бастардов от нескольких фамилий – это порождение особенных сирот под программы лидерского воспитания. Не для себя или семьи, но для благополучного будущего народа. Будучи джедаем, пау’ан не раз сталкивался с экзотическими традициями, порой, обставленными как первый сексуальный опыт для падавана-мальчика с некой обезличенной женщиной его расы – зачатие как возмещение изъятия ребёнка в Орден Джедаев с последующим при рождении отсечением от Силы. Представитель высшей аристократии Утапау действительно боялся за вырождение расы, поскольку все имперские сенаторы имеют доступ к статистике по галактическому реестру рас, куда вносятся изменения - ежесуточно…       - Сэр, прошу внимания, лояльный гражданин Лратез Бнисик опознал ряд известных лотальских диссидентов, - обратилась голограмма агента Каллуса, при всякой возможности избегавшего личного общения с ситхом, как и все прочие так и норовили увильнуть.       Над голобюстом человека возникли экранные карточки с Холшефом и другими разыскиваемыми преступниками, долгие годы скрывавшимися от имперского правосудия.       - Чего пожелал сопляк? – полюбопытствовал ситх, колеблясь.       - Стать кадетом. Согласился немедля отправиться в военное училище Гарел-сити, - ответил Каллус, намеревавшийся завербовать пацана, ибо скверные дела творятся в соседней системе – ручная крыса никогда не помешает.       - Хорошо, - ощерился пау’ан, почуявший удачу. – Какая погода в той области?       - Шторм надвигается, - появился ещё один экран со сводкой поверх изображения с вихрем, снятым с одного из патрульных «Стражников», прочёсывавших орбиту.       - Отлично. Минутку, агент.       Ситх смёл избыток оперативных данных и сделал запрос к технической службе. Прототип модифицированного истребителя был готов, но не обкатан.       - Текущая дислокация войск?       Готовый к докладу агент Каллус молча вывел картографические данные от коменданта Ареско, соляным столбом стоящего рядом с ним у тактического стола.       - Я вылетаю на истребителе.       - Служу Империи.       - Служу Империи.       Пау’ан стремительным шагом добрался до ангара, где его машину уже приготовили к взлёту. Та же самая модель со складными крыльями, только в кабине стало тесно из-за впихнутой в неё пары двигательных шумоподавителей и РЭБ – учёт прошлых ошибок был сделан за счёт предприятия-производителя.       Скалясь, ситх во внушительном шлеме с нейро-интерфейсом предвкушающе «давил на газ», делая ускоренным перелёт через верхние слои атмосферы. И-СИД словно бы рвался в бой, отлично слушаясь Силовика, хвалящего конструкторов отсутствием разносов. Мечу-Деру хорошо давалась пау’ану, но с киборгом Вейдером несравнимо…       Понятно, что повстанцы скроются в непогоде. Ситх задал автопилоту дугу в полутысяче километров от фермы со взятым в оборот доносчиком, а сам прикрыл глаза для медитации в Силе. Не отвлекаясь на управление истребителем, следовавшим велениям чётких мыслей, ситх укутался во Тьму и прислушивался к эху эмоций и образов, отсеивая крупные источники и среди мелких выделяя браваду. Столь большая группа диссидентов просто не может не фонить характерно для повстанцев, по этим признакам Гранд-Инквизитор и вышел на след слабосилка и Ко.       Исключив радарный поиск и радиосвязь, истребитель подобрался незамеченным, бесшумно вылетев из-под низких туч в полукилометре от стоянки, неприятно удивившей пилота наличием звездолёта модели YT-2400, внутри которого и ощущался переметнувшийся гадёныш. Гранд-Инквизитор не мешкал, но и не попытался соревноваться с ИИ, первым делом атаковав серией пушечных выстрелов не вынесенную за правый бок блина кабину, а подходы к трапу в середине п-образной асимметрии. Сила колыхнулась двумя смертями.       Как и предполагалось, ИИ судна или стоявший на стрёме дроид-астромех мигом поднял плёнку щита, закрывшего кабину от выпущенной в упор плазмы. Предвидя, ситх врубил форсаж, пропустив под собой вражескую пушку, промахнувшуюся в считанных дециметрах. И-СИДка взлетела вертикально вверх прямо над турелью, хлестнув дефлекторный щит реактивными струями из дюз, что порвало плёнку – быстрая активация грешна малой мощностью.       От нескольких выстрелов из ручных бластеров Гранд-Инквизитор даже не пытался уклониться – элементарно расплескались о броню истребителя. Спаренная турель грузовичка оказалась без охвата всей верхней полусферы, чем и воспользовался ситх, уничтожив опасность для себя, потом завис над тарелкой и стал прицельно скупыми выстрелами подрывать фургоны, сея смерть и разрушения. Людишки и не только заполошно забегали, бросив начатую было погрузку.       Оставалось два целых прицепа, когда ситх ощутил Джая близ аппарели. Чувствуя, как Тёмная Сторона Силы соблазняет пацана, Гранд-Инквизитор реализовал главный страх Джая – спикировал к земле и выстрелил по трапу, прямо на глазах у мальчишки взрывая из пушки его мать, посёкшую сына осколками костей и запачкавшую.       Резко выкрутив руль и накренившись, ситх пожертвовал кромкой правого крыла, защитившись от выстрела нижней турели. Уйдя из зоны обстрела, Гранд-Инквизитор целенаправленно стал стрелять по живым, услужливо толкая Джая Келла во Тьму, совращая и отравляя ею.       Прицепной медицинский кабинет имел подарок от Сабин Врен, которым мед-дроид воспользовался, когда его сенсоры засекли массовую гибель органиков. Лазерная установка для удаления опухолей развернулась и полноценным боевым лучом, согласно сработавшему протоколу, прицельно выстрелила в дюзу заигравшегося истребителя.       Гранд-Инквизитор не умел укрываться в Пузыре Силы, но хватило и осиленного им Барьера, отгородившего левый бок от последствий взрыва. Сдуру он вбухал столько Силы, что истребитель буквально разрезало, почти пополам. Навыки позволили ситху благополучно выпрыгнуть из падающей машины и ещё в воздухе Тараном Силы отбросить смятый им прицеп с дроидом, посмевшим неожиданно сбить его. Приземлившись и перекатом погасив инерцию, ситх скрежетнул зубами: вновь укрывшийся дефлекторным щитом звездолёт экстренным захлопыванием трапа отбросил рыдавшего там мальчишку внутрь и стремительно взлетел, неся на борту ещё три жизненных формы, громко фонящих детским ужасом. Яркая фиолетовая Молния Силы мгновенно протянулась на сотню с гаком метров и через секунду сдёрнула второй дефлекторный щит, вместо дюз сумев обезвредить нижнюю турелью на успешно подставленном брюхе - больше у завывающе смывающегося грузовика не имелось вооружений.       - Ареско, закройте космос и прочешите небо, - под шум хлынувшего ливня приказал Гранд-Инквизитор по личному комлинку, досадливо пнув в голову горелую половину какого-то повстанца, правомочно казнённого пушечным выстрелом с И-СИДа.       В то же время камера №010 тюрьмы №101 планеты Мандалор.       Утро. Кисть всполоснулась, отряхнулась, обмакнулась и затанцевала на чистеньком холсте. Разбитое яйцо, желтком ярило и дождевой разлив белком, варёные обрывки туч в распятье турболазеров светила. Фигурки строят хлипкие леса, подняв осколки мира. Коряг средь мёртвых на прибрежном песке челнок, брошенный едоком со столовым ножом и вилкой в руках.       День. Кисть коснулась неба и мазнула землю, тут штришок и там мазочек – вот и новый человечек. Растянули они море на холма макушке. Вверх батут бросался рыбой. Скалы вокруг и песок вдали. Небо голубое льстит облаками. Спутника серп.       Вечер. Кисть любовно касалась и гладила память, лелея образы тоски и печали. Реки изгиб и построенье ёлок. Небо с перинами из облаков для серебрящейся луны. И в отражении воды вздымается колонна призрачных девиц, плывущих к брегу вслед за фонарём в руках сомнамбулы.       Сев на койку, Олрик Врен поджал ноги и положил подбородок на колени. Художник оглядывал три своих заготовки в стиле сюрреалистичного импрессионизма. Над каждой трудиться с неделю, и все они как обычно уйдут начальнику тюрьмы, на тюремном творчестве зарабатывающим себе бескаровый доспех. Мужчина тихо и грустно вдохнул и выдохнул, видя в девичьих образах свою жену Урсу и свою дочь Сабин.       «Глупые бабы…» - давно уже без восклицания.       Всё началось с его матери, соблазнившей и понёсшей от мандалорца-головореза. Дом Визсла реквизировал бастарда, отдав на клановое воспитание другой полукровке с выводком таких же вот левых спиногрызов. Как подавляющее большинство нагулянных на стороне, Олрик родился с дефектным «переключателем» в голове, так и не осилив мандалорские премудрости, позволявшие на равных бодаться с Силовиками и чуть ли не круглосуточно носить на себе амуницию в четверть собственного веса как какую-нибудь домотканую рубаху.       Ватага будущих бойцов ценит воинские умения - цепкие и творческие мозги у слюнтяев из гражданской обслуги. Инструкторы выжимали все соки, добиваясь, чтобы в головах бездарей щёлкнула сила и выносливость истинных мандалорцев. У Олрика эти изматывающие занятия развивали творческое начало и повышали интеллект, который после нескольких детских трёпок надоумил носителя скрывать его, выпячивая бестолковую для бойцов художественную натуру, реализующую высокий ум в искусстве символизма. Именно эта яркая необычность средь бескаровой одинаковости позволила молодому Олрику снискать популярность у женщин, падких на красоту, как бы матриархи не давили свою природную натуру. Умный художник совершил головокружительную для бастарда карьеру – захомутал наследницу клана Врен из родного Дома Визсла.       Мужчина с трудом избавился от эротических воспоминаний, как вся такая строгая и властная жена в постели таяла от его нежных ласк. Он не безусый сопляк, чтобы давать имперцам шанс заиметь компромат с рукоблудием. Воздержание бережёт семя, а это мириады полезных микроэлементов и гормоны, держащие мозги в тонусе.       «С бабой лучше жить…» - давно уже без страсти.       Войны Клонов для Мандалора начались с противостояния демократическому правительству пацифистской герцогини Сатин Крайз, на поверку временем оказавшейся хитрой патриоткой. Олрик до сих пор хорошо помнил, как после одной из битв Урса заездила его. В порыве страсти оба забыли о том, чтобы предохраняться. Не прошло и трёх месяцев, как Сура Врен узнала, что станет бабушкой. Урсу забрали с войны и посадили под домашний арест вынашивать первенца, отчего воительница срывала злость и досаду на отце ребёнка. Десятилетие спустя стало ясно, что графиня Сура перестраховалась в ущерб. Диета принесла наследницу, однако тепличные условия способствовали росту дефектного наследства отца – Сабин точно так же имела склонности к аналитическим и творческим мозгам вместо грозной мандалорской силы и выносливости. Обидно для матриарха, но не критично – достаточно много случаев пробуждения в мандалорках воительниц на третьем десятке. Спустя примерно пару лет Урса родила сына, воюя с чревом почти до срока разрешения от плода. На радость и гордость графини Врен, её отрок Тристан на одиннадцатом году жизни открыл Первый Шлюз Мандалора! Второй - после бесславного побега сестры, потому этот клятый Гар Саксон и позарился на ещё не вошедшего в пубертат пацана, откупными забрав его в воинское подразделение своих личных гвардейцев.       Олрик был заботливым и любящим отцом, дарящим детям то, чего сам оказался лишён. Сейчас уже поздно сожалеть, что не проявил большей настойчивости, когда обнаружил в дочери свой «дефект», но позволил матери продолжать воспитывать наследницу клана без учёта этих экстраординарных особенностей.       Даровитый и опытный художник успешно читал картины дочери, вкладываемое и сознанием, и подсознанием. Это классно помогало, когда Сабин по политическим мотивам вынужденно отдали с Кроунеста на Мандалор в так называемый Королевский филиал Императорской Академии. Девочка блистала, раскрывая отцовский потенциал как гениальный технарь и проседая в боёвке. Пансион означал необходимость шифровать общение, наброски и картины стали отдушиной для Олрика и Сабин. Увы и ах, нагрузка на девочку-кадета оказалась слишком высока, чтобы мочь разгадывать все отцовские ребусы и приемлемо составлять собственные, а там и бурное половое созревание началось.       Олрик через картину сам подтолкнул Сабин принять почётное приглашение поучаствовать в разработке секретного оружия - дочурка увязла по уши. Первым тревожным звоночком стал почти месячный перерыв в общении. Отец едва удержал улыбку на месте, когда дочь показала новую картину, прямо-таки кричавшую знатоку, что невинную девочку изнасиловали. Пока родители окольными путями пытались навести резкость, выяснилось, что Визсла провернули классическую интригу, когда после мужского насилия над девушкой следует её сексуальное совращение со стороны женского пола. И вот глупая девчонка не разобралась в отцовской картине-совете и вместо того, чтобы бросить эту дрянь по имени Кетсу Онио, Сабин с ней на пару сбегает из академии! Ещё и гробит многомесячные результаты военных разработок всего своего отдела. Увы, судьи, драные феминистки, тоже не отличались умом и сообразительностью для правильного прочтения картины Олрика, потому и засадили в тюрягу за подстрекательство…       «Все беды от баб…» - давно уже без иронии.       Щекочущий извилины сюрреализм и волнующий сердце импрессионизм – самые прибыльные направления в художественном искусстве. Картинами в этих стилях Олрик Врен оплачивал новости извне. Отец знал стоимость за голову всех в той компашке, с которой связалась его горемычная дочурка, таки бросив подлую совратительницу, но вместе с ней оставив и допустимую карьеру лицензированной охотницы за головами.       Только бабам, Сабин и наверняка верховодящей хозяйке звездолёта Гере Синдулла, могло втемяшиться отправлять контрабанду через посольство! Здравому уму это абсолютно непостижимо! Ладно бы ещё, как-то сорвав многомиллионный куш, сами втихую прилетели и доставили, как никак на грузовичке гоняют по галактике, так нет же, поступили самым безумным образом, вместо помощи - разорительно поставив весь клан Врен на колени с угрозой ликвидации по малейшему поводу.       Олрику Врен до сих пор жгло руку, насилу поставившую кровавую подпись под выдавленным из отца отречением от дочери, публично признанной предательницей всех и вся, ставшей в секторе Мандалор персоной нон-грата, как по закону, так и по обычаям древней культуры прирождённых воинов. Как ни прискорбно и ни больно, клан и дом превыше – дерево важнее ветви…