Дорогой мальчик

       Так получилось, что остаток недели Мэй провела в спокойствии, не перенапрягаясь на работе. Она уже давно поняла, что её труд никому в этом офисе не нужен. Кажется, девушка стала превращаться в настоящий офисный планктон. Но знаете, жизнь начала наливаться новыми красками: Мэй стала раньше приходить домой и тратить оставшееся до сна время на сериалы, прямо как любая одинокая дама, жаждущая любви. Девушка и правда стала замечать изменения в своём поведении, поэтому находилась в смятении. Ей это очень не нравилось.        В этот раз шатенка совсем не боялась, что может опоздать. Она ещё вчера вечером ненавистно выключила будильник и разрешила себе проспать хоть весь день, если это поможет. Можно всё, ведь наступило воскресенье. В планах Мэй провести этот день как можно интереснее, ведь она так давно не развлекалась.        Поджав губы, шатенка заёрзала в объятиях прохладного одеяла. Часовая стрелка настенных часов уже прошла отметку «одиннадцать», а Мэй ещё спала. Вчера она планировала сделать зарядку или выйти на пробежку, но в постели куда удобнее и приятнее проводить время. Она неосознанно что-то промычала и перевернулась на другой бок, задирая ногу на одеяло…        Тем временем Чимин, раскинув руки по обе стороны, лежал на кровати. Он вдыхал свежий, морозный воздух и смотрел в потолок, думая о чём-то своём. Парень находился в своей квартире, своей обители. Парень являлся холостяком, испытывал все причуды этого статуса и радовался жизни, вот только сомнительная работа портила картину. Он вздохнул и на мгновение прикрыл глаза, после чего бодро сел и свесил с кровати ноги. У каждого в жизни есть скелет в шкафу, вот и у Пака будет, он же ещё молодой.        Накинув на голый торс халат, но не запахивая его, парень направился в душ, чтобы освежиться. Находясь под струями освежающей воды, он зарылся руками в волосах. Капли стекали по его телу, лицу, и Чимин, казалось, уже не хотел выходить оттуда, но в дверь неожиданно кто-то постучал. Гость был таким настойчивым, что парень быстро выпрыгнул из душевой кабинки и накинул полотенце на бёдра. Он направился к двери, теребя мокрые волосы. Два щелчка, и перед ним появился незваный гость.        Это был курьер, а точнее — девушка. На её футболке выделялся логотип службы, как и на кепке. Она была ошарашена таким эффектным появлением клиента и поэтому замерла, забыв, что нужно говорить. Её зачаровали капли воды, стекающие по телу и голове Пака. Казалось, будто они вовсе не от душа.        — Я слушаю, — прервал молчание смущённой девушки Чимин. Ему самому становилось неловко, что подросток так удивился.        — Ах, да… Простите, — первым делом девушка отвела взгляд в сторону, после чего достала из своей сумки коробочку, запечатанную изолентой. — Вы Пак Чимин? — парень устало кивнул. — Это вам, распишитесь.        Чимин подозрительно отнёсся к этой авантюре и не взял в руки ни одно из предложенного. Он совершенно не понимал, что там может быть и, тем более, от кого. Девушка ещё больше испугалась и удивилась одновременно.        — Что там? И от кого? — Сложив руки на груди, произнёс Чимин. Кажется, полотенце начинает сползать. Курьер заметила это и поскорее впихнула планшет с квитанцией в руки клиенту.        — Я не знаю ничего, кроме того, что это адресовано Вам, — девушка ещё раз взглянула на его бёдра и на приспустившуюся ткань. — Пожалуйста, распишитесь и примите, мне нужно идти.        Чимин нахмурил брови и задумчиво прикусил губу, но всё же не стал задерживать подростка, тем более самому уже становилось холодно. Как только дверь захлопнулась, квитанция полетела в урну, а коробочка на стол. Сейчас ему не до внезапных подарков. Парень заварил себе быстрорастворимый кофе, выпил напиток за просмотром новостей, а после переоделся в спортивные штаны и отправился на пробежку.        Погода была просто чудесная. Дул слабый тёплый ветер, людей в парке было мало в такое раннее время. Чимин включил музыку в плеере, воткнул наушники и побежал по направлению к пруду. Извилистые асфальтированные дорожки долго петляли, Чимин уже успел запыхаться, чувствовалась несильная боль в икрах. Практически каждые выходные Пак уделял время спорту или прогулкам, для него важно было поддерживать фигуру, ведь он торгует телом.        Парень внезапно остановился. Музыка прекратилась, а на экране засветился номер, от которого Чимин никогда не знал, чего ожидать. Это агентство, оно снова нашло ему клиента. И, видимо, если они звонят ему в выходной, то заказчик очень привилегированный. Он ответил на звонок, его настроение сразу же пропало. Пункт назначения — отель, в котором его ожидает постоянная клиентка. Парень тихо ругнулся и пнул лежащий рядом с его стопой камень. Злость переполняла его. Но он не мог отказать, постоялица — его золотая жила, удачный лотерейный билет…        Выходя из своего дома уже в чёрных очках, чёрной кожаной куртке и слишком обтягивающих кожаных штанах, Чимин снова принял образ дерзкого и сексуального парня, что не может не заглянуть под каждую мимо проходящую юбку. Он снова заказал такси, но в этот раз упомянул совсем другой адрес — название отеля. Теперь парень точно чувствовал себя продажным.        Быстро добравшись до нужного места, Чимин расплатился и вошёл в отель. Многоэтажное здание с панорамными окнами и мраморной плиткой, дорогим ресепшеном заставило его рассмотреть всё детально, но задерживаться долго не хотелось, поэтому парень отбросил данную мысль, стремительно направляясь к лифту. Чувство собственной жалости давило на него. Пак злился на себя, что стал зависеть от кого-то, он больше не чувствовал себя мужчиной.        Уже в номере на крохотном диванчике сидела его клиентка, что попивала красное полусухое из большого стакана и смотрела новости. Чимин подозрительно сел напротив неё и снял очки, в этот раз женщина почему-то не стала спешить. Как только она увидела его, то просто улыбнулась и снова сделала глоток вина.        — Давно не виделись, — саркастично сказал Чимин. Нагнетало это подозрительное молчание, пусть уж лучше говорит.        — Да, и правда, я совсем забыла про тебя, пока летала по делам в Индию, — женщина допила одним глотком содержимое бокала и подошла к парню, обхватывая сзади спинку кресла, на котором он сидел. — А что, мой зайчик соскучился?        Чимин сморщился. Женщина положила руку на его грудь, а он медленно взял её ладонь. До чего же ему было противно это ощущать, насильно делать эти никчёмные вещи.        — Не то слово.        Она снова улыбнулась и отстранилась от Пака, присаживаясь напротив него.        — Кстати, ты получил от меня подарок? — будто невзначай спросила его, ожидая благодарности, но Чимин лишь распахнул глаза, поняв, от кого ему досталась та коробочка. — Сегодня мне сказали, что ты её забрал.        — Да… — он не знал, что сказать, ведь ещё не распаковывал её. — Мне очень понравилось, спасибо, — снова она делает всё, чтобы убить в нём хоть какие-то чувства к себе, делает его игрушкой.        — Я подобрала для тебя самые лучшие часы из Индии, если не ошибаюсь, в них вроде вставлены алмазы, — женщина пододвинулась ближе к Чимину и заглянула в его мрачные глаза. — Я знаю, ты скучал, — клиентка села на колени к парню и обвила его шею руками.        Чимин нехотя поднял голову и грустно посмотрел на её ухмылку. Ему было противно. Противно не от неё, от так старательно скрытого целлюлита, от кучи инъекций и подтяжек, которые были сделаны в поисках вечной молодости. Ему было противно от себя, что он ничего не может сделать, позволяет собой пользоваться.        Женщина повалила его на спину и запрыгнула на его торс, жадно прикасаясь к его пухлым, молодым губам. А он лежал неподвижно, прямо как этим утром, раскинув руки по обе стороны. Он закрыл глаза не от наслаждения, а от жалости к себе…

***

       Юна пританцовывала, надевая на себя короткое красное платье, что сильно обтягивало её фигуру. Она снова собиралась в клуб. Сделала себе красивую прическу и макияж. Девушка предлагала подруге пойти с ней, но у той, не осталось сил на все эти требующие колоссальной энергии и настроения вещи. Юна взяла клатч, обула чёрные высокие туфли, что ещё больше стройнили ноги, и направилась к такси, которое ждёт её больше двадцати минут…        Справившись с охраной, девушка снова почувствовала, как громкие басы оглушают, танцующая толпа вдохновляет, а коктейли возбуждают. Юна улыбнулась тому, что сможет хорошо провести время.        Она двинулась прямо в самый центр клуба и окунулась в эйфорию. Стала танцевать, поднимая руки вверх. Девушка то и делала, что опускала короткое платье, но вдруг чьи-то руки поползли по её талии к животу. Юна испугалась, а потом быстро расцепила мужские руки и повернулась к незнакомцу. В свете софитов, резкой вспышке и темноте она не смогла узнать лицо.        — Кто вы? — грубо спросила блондика, ожидая реакции. Если этот парень позволил себе так поступить, то их точно связывают какие-то отношения.        Он взял её за руку, вывел из толпы к бару и повернулся лицом к Юне. Она совсем не ожидала снова увидеть Чонгука. Юна недовольно цокнула, закатила глаза и снова пошла в сторону танцпола, как парень снова вернул её на место.        — Почему ты такая грубая? — брюнет поправил чёлку и соблазнительно улыбнулся, но Юна всё равно была непреклонна. — Два мартини, пожалуйста, — Чонгук подозвал бармена и увидел его кивок.        Блондинка сложила руки на груди и всё ещё недовольно дулась. Всё это очень ей не нравилось, прямо как и сам Чонгук. Парень усадил её на стул рядом и продолжил разговор:        — Да ладно тебе, прости, — он наигранно поднял руки, пытаясь хоть как-то огородить её от посторонних мыслей. — В этот раз я решил познакомиться с тобой заново, нормально, — сказал Чонгук и принял от бармена два стакана с прозрачным содержимым. Один стакан он протянул собеседнице.        — Из-за твоего поведения я теперь не могу пить из твоих рук, вдруг ты мне что-нибудь подсыпал, — брюнет подавился, а Юна усмехнулась.        — Да, похоже, опять накосячил, — Чонгук мрачно склонил голову, будто показывая, что он раскаивается.        Блондинка вздохнула, посмотрела по сторонам и опустошила стакан, громко ставя его на барную стойку. Брюнет улыбнулся, наблюдая за тем, как девушка морщится, оттого что не рассчитала силы.        — И вообще, — Юна тяжело глотнула, горло жгло, а внутри становилось тепло. — Что за девчачьи напитки ты пьёшь?        Чонгук ещё больше заулыбался. Блондинка, наконец, заговорила с ним, как с мужчиной, а не как с товаром. Он почувствовал уверенность и некую возбуждённость.        — Кто сказал? Это только для разогрева. Ты хочешь перепить меня? — Брюнет почувствовал азарт, как и Юна. Девушка сначала приостановилась, но потом дала ему свою ладонь, а мимо проходящий парень разбил их пари. — Бармен, текилу, пожалуйста.        Чонгук, не отрывая взгляда от глаз блондинки, самоуверенно улыбался, пока девушка всё ещё недоверчиво щурилась. Бармен быстро оглядел их заинтересованные гляделки и поставил на стойку две рюмки с напитком, поверх которых лежали четвертинки лимона.        — Сразу говори свой адрес, чтобы я тебя увёз домой, а не к себе, — Чонгук снова ухмыльнулся.        Юна фыркнула и приняла эти слова как вызов. Теперь-то она уж точно не должна проиграть, она должна утереть нос этому грубияну. Взяв рюмку, она выпила всё, после чего закусила лимоном. Внутри всё горело, глаза заблестели, такая горькая и жгучая жидкость была только началом, но она не сдалась и сохранила невозмутимый вид. Чонгук повторил её действия, но только, казалось, для него это было гораздо проще осилить.        Парень громко сказал «повтори» бармену и расплылся в улыбке, когда Юна сморщилась при виде ещё двух рюмок, что стояли перед ними.        — Признай, ты проиграла, — дразнил Чонгук.        — Ещё чего, — сказала девушка, после чего решительно выпила залпом текилу и уже не смогла сдержать своих ощущений. Она жадно съела лимон и с вызовом посмотрела на парня, такое чувство, что он не пьянеет.        — Ну что, — Чонгук выпил и съел дольку лимона, — повторить?        Он так самоуверенно улыбался, что Юна уже предчувствовала свой проигрыш, поэтому, понимая, что терять нечего, она решилась на отчаянный поступок, надеясь хоть как-то утереть ему нос.        — Нет, подожди, — Юна повернулась к бармену и снова позвала его. — Четыре всадника два раза, пожалуйста.        Такие слова удивили Чонгука, он открыл рот от удивления и распахнул глаза. Его переполняло чувство победы и некого опасения. Сама Юна не понимала, на что идёт, но хотела выглядеть в его глазах более интересной. Легко споить — не подарит удовлетворения, гораздо лучше, когда жертва сама проявляет инициативу.        — Ого! Ты серьезно? Детка, да тебя же унесёт, — Чонгук не продолжал удивляться, он присвистнул и продолжил: — я всё-таки рекомендую тебе сказать мне свой адрес, потому что… да чёрт, ты сумасшедшая!        — Я знаю, — она задумчиво улыбнулась ему.        Чонгук взъерошил волосы и уставился на девушку, что, кажется, уже пожалела о своём решении. Но она добилась своего, Чон и другие парни определённо ею заинтересовались. Даже бармен успел подметить, что рядом всегда есть лимон и туалет.        — Хорошо вам провести время, — бармен, похоже, адресовал эту фразу Чонгуку, на что тот усмехнулся.        Юна уставилась на два шота, что стояли перед ними. Зеваки с интересом наблюдали за тем, как некрепкий паренёк и хрупкая девушка будут пить убойный напиток. Юна медленно взяла стакан, осмотрела его и ощутила резкий запах. Она огляделась по сторонам и, глубоко вздохнув, с опасением медленно влила эту ужасную жидкость в себя.        Горечь распространилась по всему телу, сильно ударила в голову и заставила выплюнуть всё обратно. Юна закрыла глаза, опёрлась локтём о стойку и ждала, когда всё мирно уляжется. Всё невероятно жгло и заставляло выйти обратно, но сдаваться было нельзя. Поэтому она демонстративно взяла дольку лимона и закусила им всю эту гадость.        Очередь Чонгука совсем его не пугала, он быстро отстрелялся, ощутил на себе все прелести этого ужаса и осуждающе посмотрел на Юну. Эффект от алкоголя начинал действовать, она уже чувствовала себя слишком расслабленно.        — Господи, Юна, на понижение нельзя пить, — брюнет убрал из её рук бокал с мохито.        — Мне нужно чем-нибудь запить эту гадость, пока меня не вывернуло, Чонгук, — жалобно простонала блондинка, готовая расплакаться оттого, как её мутило.        — Нам уже ничего не поможет…

***

       Чимин, уже совсем поздно ночью, стоял около своей квартиры. Как бы ни уговаривала постоялица остаться на ночь, Пак из-за своего отвратительного настроения не мог больше терпеть и видеть её. Ему хотелось остаться одному, принять душ и лечь спать, в надежде больше никогда не делать подобного. Он не переставал чувствовать себя жалким. Не переставал унижаться, хотя мог сказать всему «нет». Поэтому Чимин считал себя слабым.        Парень вошёл в квартиру, снял верхнюю одежду и прошёл в гостиную, осмотрелся. Найдя глазами нераспакованную коробку от часов, он со злостью и всей скопившейся ненавистью кинул её в мусорное ведро, после чего отправился в душ, в надежде забыть этот день. Теперь он понимает, какую ошибку допустил, пытаясь найти лёгкие деньги…