Дорогой мальчик

       Легкий ветерок обдувал вспотевшее лицо Мэй, которая прерывисто дышала через рот и еле передвигала ноги, имитируя бег. Она уже очень давно, поменяв свой распорядок дня, решила заняться спортом, начав с пробежки. Но, кажется, это первая и последняя попытка изменить хоть что-то в себе, ведь сидячая работа и вечера на диване не улучшают её фигуру и здоровье. Шаг за шагом в мягких, совершенно новых кроссовках, которые она попросту не обувала пару лет, внушали ей мысли, что бегать очень весело и легко. Что с каждым метром она молодеет на пару лет. Но, как оказалось десять минут спустя — это ужасно тяжело. Ноги начало ломить, а горло пересохло.        Девушка буквально задыхалась, пробежав пару сотен метров. Юн согнулась, опираясь руками в колени. Волосы давно вылезли из неаккуратного пучка, кофта спала с плеч, а в голове лишь одна мысль: как добраться домой. Она склонила голову вниз и на какое-то время закрыла глаза, наполняя лёгкие свежим воздухом, но восстановить сбившееся дыхание не получалось. Приняв обычное положение, Мэй быстро разыскала ближайшую лавочку и уже устремилась к ней, как её отвлёк телефонный звонок. Гаджет завибрировал в кармане свободных штанов. Девушка не хотела, чтобы кто-то услышал её учащённое дыхание. Да и в такой день хотелось забыть знакомых и работу.        Мэй медленно потянулась за телефоном и так же лениво нажала на кнопку, чтобы принять вызов. Это была Юна. Она очень помогла шатенке, ведь у той появилась причина прервать тренировку. Мэй остановилась на середине дорожки и поднесла телефон к уху, громко вдыхая и выдыхая. На том конце послышался зевок, и девушка сердито прикусила губу.        — Доброе утро, чем занимаешься? — спросила Юна, ошарашив тем самым свою подругу. Если с этого начинается разговор, значит нужно сесть, но Мэй этого не сделала, а наоборот, медленно зашагала в сторону дома. Внушающее расстояние до квартиры скрасится телефонным разговором.        — Доброе утро, — с каплей иронии произнесла девушка. Для неё утро не очень доброе. — Я вот решила бегать начать по утрам, — Мэй сощурила глаза, ощутив, как на том конце трубки подруга точно смеялась над ней, ведь дыхание ещё не восстановилось. Оно сразу же выдало, как девушке было тяжело.        — Ты в последнее время даже в магазин через раз ходишь, а тут целая пробежка! — Юна хохотнула, выделив интонацией последнее слово. Мэй со спортом в ужасных отношениях. — Слушай, давай так, ты лучше со мной по клубам бегать будешь. А что? Глядишь и «фитнес-тренера» найдёшь, — Юна снова громко засмеялась, пока запыхавшаяся девушка лишь подбирала слова для красивого ответа.        — Действительно, ты же постоянного не стремишься найти, — от обиды быстро буркнула Мэй, только после того, поняв, что перегнула палку. Юна на том конце трубки замолчала, и шатенке срочно нужно разрядить обстановку: — Прости, — она на мгновение остановилась.        Несколько секундное молчание насторожило Мэй, но она спокойно продолжила идти по асфальтированной дорожке, приложив телефон к уху. В какой раз она винит себя за свой распущенный язык. Неужели она не могла промолчать? Ни на собрании, ни сегодня? Смущённо и виновато сжав губы, Юн уже собиралась окликнуть подругу, как та её опередила.        — Ладно, — с неприятным осадком проговорила блондинка, после чего, как ни в чём ни бывало, решила продолжить разговор, который начинала ранее. — Я для чего тебе звоню. Ты не представляешь, какой красавчик теперь заменяет старого управляющего нашего отдела, — кажется, Мэй почувствовала, как подруга расплылась в блаженной улыбке, вот только Юна ещё не знает, какой конфуз произошёл между ними. — Высокий, стройный, с харизмой…        — Да видела я его, — с некоторой долей раздражённости проговорила шатенка, после чего остановилась посередине дороги, вздыхая, как рыба для последующей волны возмущения. Она всё же оставалась непреклонна и продолжала думать, что такой молодой начальник добился своего статуса либо деньгами, либо связями. Хотя, отрицать какие-то любовные узы нельзя, ведь на дворе двадцать первый век. Мужчины давно научились любить мужчин, даже если директора филиалов давно женаты.        — Он бы постарался скрыть свой гордый взгляд и лицемерие, раз может управлять людьми, которые на несколько лет старше него, — хмыкнула Мэй, заметив, как Юна замолчала. Да если бы она вовсе не слушала, то девушка бы продолжила говорить сама с собой. Предела её возмущению нет, когда она на волоске от увольнения, а молодой парень по щелчку пальцев стал начальником. — Пусть ты этого не слышала, но для тебя я повторюсь: смазливый сынок.        Мэй гордо поставила точку в своей речи. Она чувствовала растерянность подруги и радовалась про себя своей победе, ведь шатенка всей душой была за справедливость и терпеть не могла какие-либо поблажки в карьерной лестнице благодаря удачным знакомствам. Но, как бы то ни было, «оказываться в нужном месте, в нужный момент» совсем не про неё. Мэй уже хотела сделать шаг вперёд, под ответное молчание Юны, как что-то маленькое столкнулось с её ногой. Она не обратила на это внимание, ведь это была обыкновенная собачка. Вот только голос её хозяина заставил смутиться и замереть с желанием провалиться под землю.        — Джангу, аккуратнее.        Услышав этот невинный голос, который с заботой был адресован своему питомцу, у Мэй выступил пот, а конечности онемели. Она быстро завершила звонок и испуганно продолжила стоять прямо, словно оловянный солдатик, чувствуя, как начальник взглядом сверлит в ней дыру. Девушка не знала, что делать и как себя вести дальше, ведь, по сути, он может посчитать её самой настоящей сплетницей и завистницей. Мэй уже думала убежать, но боялась стать ещё и посмешищем в его глазах. Она уже почти превратилась в дерево, погрузившись в свои мысли, как её окликнул начальник, который всё ещё стоял позади неё и причудливо улыбался:        — Девушка, он случайно не испачкал вас?        Мэй сильно покраснела, ведь он определённо издевался над ней, а она уже готова была наигранно потерять сознание, лишь бы отвязаться от него. Белая кудрявая собачка неспокойно прыгала возле ног Юн, и той ничего не оставалось делать, кроме того, чтобы позорно повернуться и стыдливо посмотреть в глаза начальству. Сокджин наигранно удивился, будто вовсе не сразу узнал сотрудницу, на что та, увидев его в обыкновенном свободном растянутом свитере, домашних штанах и тапках, удостоверилась в своих самых кошмарных мыслях. Хоть процент того, что это мог быть не её начальник — был слишком мал, но надежда же была!        — Вот же подстава, — тихо шикнула Мэй, сжав руки в кулаки. А ещё надежда осталась на слабый слух «смазливого сынка», ну или на его плохую память в кабинете директора…        — Юн Мэй? Правда, я вас не узнал, — громко усмехнулся Сокджин, на что шатенка осмелилась сощурить глаза, хотя безумно боялась проявлять своё безразличие. — Джангу, успокойся, — питомец Кима неспокойно ютился в ногах хозяина. Видимо, он хотел побегать, но, несмотря на это, Сокджин лишь вздохнул и напрямую задал Мэй вопрос, от которого она снова была готова родиться обратно, — вы так мило ворковали с кем-то по телефону, что мне даже стало любопытно про кого это вы. Я, надеюсь, этот человек хотя бы не тиран?        Ким, улыбаясь до ушей, подошёл к девушке так близко, что она опустила голову и готова была встать на колени, прося прощение. Она определённо больше ни словом ни обмолвится про начальство и никогда не выйдет на пробежку. Мэй не знала, что сказать, каждый её орган сжался в испуге. Ведь факт того, что загадочный начальник смеялся, услышав оскорбления в свой адрес, давали ей повод думать о наказании или увольнении.        — Мне очень стыдно, я искренне прошу извинения, господин Ким Сокджин.        Мэй низко поклонилась и стояла в полусогнутом состоянии, пока сам парень не почувствовал себя неловко. Всегда поражали люди, в словах которых так много гордости и дерзости, пока тем временем, заглянув им в глаза, они сразу же становятся беспомощными трусами. Ким дёрнул девушку за руку, понимая, что она не встаёт, предварительно оглянувшись по сторонам.        — Мы не на работе, в данный момент я не твой начальник, — снова улыбнулся Сокджин, наблюдая за перепуганной, но всё же немного раздражённой шатенкой. Джангу рвался во все стороны, пока его хозяин не отрываясь, смотрел на растрёпанную Мэй. — Неужели я до сих пор выгляжу таким в твоём понимании?        Быстрый переход на «ты» поставил Юн в ступор, и та просто скривила лицо в согласии с его словами. Правда, она всё ещё не могла представить, что может позволить себе общаться с начальником в непринужденной интонации и атмосфере, ей постоянно мерещился смокинг на месте домашней одежды мужчины. Она никогда не сталкивалась с таким и определённо растерялась. Эмоции Мэй огорчили и разозлили парня одновременно. Он уже нахмурил брови, но потом, поймав недоверчивый, вопросительный взгляд девушки, поспешил остыть.        — Ясно, — грустно хмыкнул Сокджин и нажал на кнопку, после чего Джангу смог отбежать немного подальше. — Не буду вам мешать, чудесного дня.        Мэй стала наблюдать за тем, как мужчина следует за собакой, оставляя её одну. С одной стороны она чувствовала облегчение, но в то же время называла себя стервой и готова была побежать за ним, принося сотни извинений. Увидев Ким Сокджина в домашней одежде и с питомцем, с которым сейчас беззаботно играет, Юн прикусила губу, остановив себя окликнуть его. Она поступила неправильно. В том, что говорила о начальнике за его спиной. В том, что дала ему повод действительно считать себя таким. Но ведь за неё говорил страх. Она чёртова трусиха, которая поджала хвост, боясь заслужить увольнение.        Девушка с холодком в груди и с пожирающим чувством совести развернулась и медленно зашагала в сторону дома, сжимая в кармане телефон. Она ещё раз развернулась в сторону Сокджина и прыгающей собаки и прибавила шаг, чтобы не портить им прогулку.

***

       Шарканье тапочек по линолеуму с нарастающей силой стало доноситься из спальни пустой квартиры. Сонная и растрёпанная девушка, задрав голову вверх, испытывала себя, с закрытыми глазами устремившись на кухню. Минуту назад её заставил встать будильник, из-за которого теперь она чувствует жуткую усталость. Не отрывая ступней от пола, Мэй буквально скользила по линолеуму, задевая все валявшиеся внизу вещи. И вот она получила наказание за свою неосторожность. Большая коробка с чем-то тяжёлым стала преградой для её плавного передвижения, благодаря которой Юн споткнулась.        — Чёртова кофеварка, — со злостью прошептала девушка, прыгая на одной ноге от боли в пальцах.        Кажется, от такой встряски Мэй проснулась и уже с огромным воодушевлением пнула другой ногой виновника её столкновения. Тяжёлый предмет лишь на пару сантиметров сдвинулся от удара, пока девушка опёрлась о стену, чувствуя неприятные ощущения хуже судороги. А ведь она лишь направлялась поставить на плиту турку, после чего заняться другими делами. Но, спустя пару минут, Мэй глубоко вздохнула и, широко распахнув глаза, отправилась собираться на работу. Совсем позабыв про кофе, косо поглядывая на злосчастную коробку.

***

       Сигналы и рычание автомобилей, голоса со всех сторон и звуки приготовления уличной еды совсем не раздражали шатенку. Спокойно попивая кофе из стаканчика, Юн была полностью погружена в новостную ленту телефона, совсем не замечая прохожих и часто кидая незнакомцам слова извинения. Сегодня она ведёт себя неуклюже и не торопится быть внимательной, поэтому тихо хихикает, просматривая очередное видео с котятами. Обычно такое занятие не помогало ей поднять настроение, но, видимо решив хоть как-то поменять свою жизнь, девушка намеревалась выглядеть в глазах других интересной и современной. Сделав последний глоток, опустошающий стаканчик, Мэй взглянула на часы и поспешила заблокировать телефон, чтобы вовремя попасть на работу.        Ёмкость из-под кофе полетела в урну, а сама девушка, взмахнув волосами, поправила свой лёгкий плащ и сумку. Пора вливаться в толпу спешащих на работу корейцев, снова задумываясь о своей ничтожности.        Уже около входа в здание, девушка, напрягая своё зрение, заметила худую, обтянутую джинсами и кожаной курткой мужскую фигуру. Кто-то, кто точно не работал в этом офисе, дежурил у входа, переминаясь с ноги на ногу. Очень знакомый парень с тёмными волосами в ужасно запомнившихся чёрных очках заметил Мэй и не отрываясь смотрел на неё, резко эмоционально опустив брови. Девушка сначала испугалась, остановившись, но потом всё же продолжила свой путь, ведь время поджимало.        Приближаясь к этому тёмному силуэту, Юн сама не отрывала от него глаз, пытаясь узнать, кто же это. Но когда она подошла к нему на то расстояние, с которого могла узнать, то тут же остановилась, цокая и закатывая глаза.        — Да ну нет, — устало вздохнула Мэй, поднимая голову вверх. Это был Чимин.        — А вот и да, — усмехнулся парень, неестественно быстро оказавшись рядом с ней. — Ты слишком затянула с доставкой кофеварки на дом, поэтому я сам решил её забрать, — будто сделав умное заключение, сказал Чимин и, сложив руки на груди, снял очки, осматривая взволнованную Мэй. Та совсем забыла о коробке и была не готова выполнять то, что обещала клиенту, но мысли о, скорее всего, уже гарантированном увольнении заставляли нервно сглотнуть.        — Извини, но в мои обязанности не входят услуги курьера, — всё же девушка постаралась себя не выдавать и, выдавив последние капли уверенности, гордо посмотрела в глаза Паку.        — Знаешь, втягиваться во всю эту путаницу у меня нет времени и желания, поэтому задам лишь один вопрос: тебе самой не хочется разойтись и уже забыть друг друга? —      Похоже, ни у кого из этих двоих не было настроения.        Эти слова жутко зацепили Мэй, поэтому она возмущённо вздохнула и отвела взгляд в сторону, стараясь усмирить свой пыл. Да, забыть его определённо хотелось, но в данном случае и её и его безответственность была яблоком раздора. Девушка устало окинула его взглядом, поправила сумку, спадающую с плеча, тем самым дала понять, что ей нужно спешить и разговор на этом можно считать оконченным. Чимин лишь поднял уголок губ и взъерошил волосы.        — У меня есть дела гораздо важнее, чем глупые перетаскивания коробочки по всему городу. Тем более если тебя практически не бывает дома, как я смогу угадать, когда мне удастся от неё избавиться?        Мэй старалась не наговорить лишнего, подбирая максимально вежливые интонацию и слова. На это Чимин лишь напряг глаза, ступив ближе к шатенке.        — Ты первая девушка, которая узнала мой адрес, радуйся, — всё ближе и ближе наклоняясь к лицу Юн, соблазнительно шептал Пак, отчего та смущённо отстранялась назад, потупив взгляд. Признаться, он и вправду, мастер в своём деле. — Поэтому у тебя есть трое суток, чтобы доставить мне её домой, иначе мне ничего не мешает пожаловаться на тебя начальству, — будто став другим человеком, сердито кинул Чимин и быстро отстранился от Мэй.        Девушка мгновенно округлила глаза и возмущённо ахнула, наблюдая за тем, как он ни в чём не бывало уже уходит отсюда, засунув руки в карманы. Мэй недовольно проводила его взглядом, только после чего вспомнила о работе, и быстро потянулась за телефоном, где на дисплее цифры совсем её не обрадовали. Она принялась бежать в сторону входа здания, попутно обвиняя во всех грехах именно Пак Чимина и именно его сломанную кофе-машину.        От начала до конца наблюдая за всей этой картиной, Ким Сокджин нахмурил брови, проследив сначала за уходом незнакомца, а уже потом за Мэй. Эта странная имитация флирта совсем его не обрадовала и он, разозлившись, приобрёл броские черты лица. Но всё же не став сильно задерживаться, парень вальяжно вышел из своей машины и грубо захлопнул дверь, с гневом осматривая прохожих и коллег. Все свои годы Сокджин очаровывал каждую вторую своим обаянием и красотой, значительно увеличивая своё эго. И вот, похоже, система дала сбой, а самооценка резко упала, заставляя его разозлено душить горло подтягиванием галстука и нервно отшучиваться, пропуская мимо ушей всё, что ему говорили, погрузившись в посторонние мысли.