Она для нас все!

POV Кайус — Владыка, Вы позволите кое-что показать господину Аро? — после моего одобрительного кивка, Элис подошла к Аро, протягивая ему руку. Он долго читал её мысли, выражение его лица оставалось неизменным: оно было всё таким же истерически-угрюмым. — Эдвард, ты покинешь Вольтерру и больше никогда тут не появишься, ты не нарушишь ни один закон, а если это и случится, то ты незамедлительно явишься сюда и самолично убьёшь эту девушку. А теперь вон, — приказал Аро, и Эдварда вывели из зала. — Алек, проводи Беллу в комнату к Дидим и Сульпиции. Пусть пока что побудет с ними. Я не хочу, чтобы её кто-то укусил или поранил. — Брат, зачем ты это сделал? Зачем оставил этого человека здесь? Тут полно вампиров, готовых сожрать любого проходящего мимо человека, а её кровь пахнет так аппетитно, — возмутился я. Что этот сумасшедший возомнил о себе? Это неправильно. — Элис, дорогая, скажи, что ты видела в будущем Беллы, чтобы у моих братьев не было сомнений в причине того, почему я оставил её тут, — с усмешкой на лице сказал этот напыщенный индюк и плюхнулся на свой трон. Как он ещё под ним не развалился? — Повелители, я чётко увидела в будущем Беллы то, что она станет вампиром. И её обратите Вы, господин Кай. — Спасибо, дорогая, ты можешь идти. Я уверен, ты подберешь ей отличный гардероб. Затем отвези её к родителям. Я хочу, чтобы девочка с ними попрощалась как следует, она останется в Вольтерре надолго. — Аро, я хочу спросить у Вас: почему я не вижу прошлого Беллы? Его как будто не было. Ей всего двадцать, а первые восемнадцать лет ничего нет. Совершенно. Пустота, как будто воспоминания о прошлой жизни стёрты или вовсе отсутствуют. — Элис, это возможно. Ты говоришь, что в её прошлом ничего нет. Я прочитал в мыслях Эдварда, что в восемнадцать лет она получила сильный удар по голове, и с того момента совершенно ничего не помнит. Однако я думал, что ты сможешь увидеть её прошлое, даже если она ничего не помнит. Это феноменально. Надо на неё посмотреть внимательнее. POV Белла       Дура, какая же я дура. Как я могла подумать, что они убьют меня сразу? Они, видимо, решили оставить меня на десерт. Алек проводил меня в огромную комнату, где на креслах сидели две прекрасные девушки в очень красивых платьях. — Госпожи, Владыки просили Вас присмотреть за Беллой. Пожалуйста, не оставляйте ее одну. Она человек. Господин Аро просил Вас побыть с ней. Только, пожалуйста, не скушайте её, — Алек, ехидно усмехаясь, поклонился и вышел из комнаты, а я стояла как истукан и не знала, что делать. — Белла, проходи, не бойся, мы не кусаемся. Почему ты такая грустная? Не бойся. Мы не такие, как наши мужья, мы не будем тебя пугать или пытать, чем, наверняка, они занимались в тронном зале, — немного успокоившись, я подошла к ним и села в кресло напротив, опустив голову. Не сегодня-завтра меня съедят на десерт. Как оригинально, Белла, совсем кукушка поехала. — Ну, давай, рассказывай: из-за чего ты тут? — ко мне придвинулась девушка с фиолетовыми глазами и посмотрела на меня. — Я влюбилась в вампира. Узнала о его сущности совершенно недавно, но он решил меня бросить и уехать. А когда у него появились проблемы, я рванула сюда, чтобы спасти его жалкую бессмертную жизнь. Думала, меня сразу убьют, но нет, сказали, что он сам меня убьёт, если нарушит хоть один закон. Вот я и сижу тут, изливая Вам душу. — Ой, брось ты, наши мужья, конечно, правители и злые гады, но, когда в замке нет никого кроме членов семьи, они все тоскуют по их сестре. Они вымещают злость на других, потому что уже восемнадцать лет не могут её найти, — сказала Сульпиция. Её глаза стали грустными, и мне стало как-то не по себе. — Но разве Деметрий не ищейка? Он не смог найти её по запаху? — спросила я. — Проблема в том, что её обратили обратно в человека, как она сама и хотела. Она ушла от нас. Нам сложно, конечно, мы все тоскуем, а Кай не может поверить, что её нет, он продолжает поиски постоянно.       Внезапно меня накрыли странные ощущения, будто я уже тут была. Мои ноги подкосились, а голова начала ужасно сильно болеть, да так, что хотелось выть от боли. Перед глазами мелькали разные картинки, как будто это воспоминания, которых у меня не было. Но они не могут быть моими, я не могла быть тут. И эта девушка: кто она? Почему я так на нее похожа? Почему?! Голова разрывалась от боли, а губы были искусаны до крови, чтобы не кричать, и только холодная рука, которая легла на мой лоб, немного утихомирила боль.