Больше чем возлюбленные

— Не разберётесь. У вас своих проблем хватает, и сейчас одной из них снова больно, поэтому вали отсюда! — рыкнула омега. — Я всё равно там не нужен, он не принял нас, а насиловать его мы не собираемся. Саша и один там справится, — возразил Алекс. — Не будь мудаком! Ты нужен ему, потому что только оба ваших аромата его успокаивают, на сегодняшний день уж точно! — объяснила Катя и встала с колен друга. — Хорошо, но сначала нужно закрыть их в карцере. Я пойду к нему сразу же, как отведу тебя в твою комнату и уложу спать! — ответил Лёша. — Это не твои проблемы! Я сама отведу их в карцер и сама дойду до спальни! Иди к истинному — это приказ! — твёрдым тоном произнесла девушка. — Если с ней что-нибудь случится — я лично буду вас пытать перед смертью! — пригрозил альфа оборотням, которые стояли смирно всё это время. — Это понятно? — Да! — хором ответили беты. — Иди уже, — устало проговорила Катя. — Пошли со мной.       Оборотни последовали за девушкой. Пройдя вглубь дома, омега остановилась и, открыв дверь, сделала пригласительный жест рукой, пропуская бет вперёд. Они оказались в огромном, разделённом на несколько зон стеклянными перегородками помещении, стены которого были отделаны железом. — Каждый заходит в отдельную комнату! — скомандовала Катя.       Волки исполнили приказ, и уже через минуту их разделяло только прозрачное стекло. Девушка, подойдя к стене, провела по ней рукой, и появилась панель управления. Когда она нажала на несколько кнопок, из стен начали появляться стеклянные стены, которые запечатывали «камеры». — Не скучайте! Завтра на совете мы решим, какое вы понесёте наказание, а пока отдыхайте, — с заботливой улыбкой сказала омега и ушла.

***

— Как он? — спросил Лёша, который только что пришёл в спальню для гостей, где находился его брат и их истинный. — Спит, но без конца ворочается и стонет, — ответил Саша, гладя Ваню по мягким и шелковистым волосам. — Похоже, что Катя была права, — сказал Алекс. — Нужно его перенести, а то ночью здесь будет холодно. — Хорошо. В чём была права Катя? — поинтересовался альфа. — В том, что только оба наших аромата его успокаивают и снимают боль, — поднимая на руки лёгкого, как пушинка, омегу. — К тебе или ко мне перенесём? — спросил Саша. — К тебе, потому что проснуться в моей комнате он вряд ли захочет. — Тогда пошли, — быстро проговорил Алекс, открывая дверь и пропуская их вперёд.       Лёша аккуратно и очень бережно нёс Ваню по лестнице до третьего этажа. Дойдя до конца коридора, Саша быстро открыл дверь в свою комнату. Алекс положил Ваню на кровать и укрыл пледом, который весь был пропитан запахом его брата. — Я пойду к себе, мне нужно переодеться, — сообщил Лёша. — Хорошо, только давай недолго, — попросил Александр, снимая с себя белый кашемировый свитер. — Не… уходи, — сквозь сон прошептал омега. — Всё хорошо, малыш. Я ненадолго, — погладив Ваню по голове, произнёс Алексей. — Мне… больно, — всхлипывая, бормотал омега. — Дай мне какие-нибудь штаны, — попросил альфа. — Держи, — сказал Саша, протягивая брату серые спортивные штаны с чёрными вставками по бокам. — Спасибо, — поблагодарил Лёша и стянул с себя тёмно-серую толстовку. — Может, тебе кофту дать? — поинтересовался Александр. — Скажи спасибо, что я штаны надеваю! — съязвил Алексей и начал расстегивать ширинку на джинсах. — Что будем делать завтра? — спросил Саша, стаскивая с себя джоггеры. — Завтра состоится мини-совет по поводу наказания этих дебилов, а там видно будет, — сказал альфа, стоя в одних трусах.       «Блять, да они идеальные! — подумал омега, когда, проснувшись, увидел своих истинных в одних боксерах, отчего он, смотря на накачанное тело альф, начал возбуждаться. — Чёрт! Только не это! Пожалуйста, не сейчас!» — Хорошо, но я вообще-то про Ваню спрашивал. Наш запах будет его усыплять и притуплять боль только сегодня, а завтра это уже не сработает, — ответил ему Алекс.       «В смысле завтра их запах перестанет меня успокаивать?» — начал паниковать омега. — Ну, мы же уже решили, что пока он нас не принял, мы дальше обнимашек не зайдём. Позовём Владимира, в конце концов, он не просто наш лекарь, но и самый мудрый в стае. Думаю, он сможет объяснить, почему на него не действуют подавители, — сказал Лёша, натянув на себя штаны. — Надеюсь, что ты прав, — задумчиво произнёс Саша, надевая чёрные домашние шорты. — Что… будет… завтра? — сквозь стоны спросил Ваня. — Ты давно проснулся? — Алексей тут же присел к нему на кровать. — Не переводи… тему! — практически без запинок проговорил омега. — Мы не переводим тему, просто хотим знать, с какого момента ты всё слышал, — ласково произнёс Саша, подходя вплотную к кровати. — Я всё слышал с момента… когда ты сказал, что ваш запах… перестанет меня усыплять, — рассказал Ваня, смотря прямо в глаза. — Когда мы встречаем нашу пару, то происходит следующее: если омега принимает партнёра, то запах её истинного действует как афродизиак, и они придаются любви всю течку. А есть и другое развитие событий: если омега не принимает партнёра, то запах альфы успокаивает, убаюкивает и притупляет боль, но это только в первый день. Дальше наш запах уже не помогает, а подавители на тебя не действуют, — объяснил Лёша, который успел уже лечь и обнять Ваню за талию. — Мы, конечно, попробуем выяснить почему, но боюсь, что тебе придётся помучаться, по крайней мере, во время этой течки точно. — Тебе больно? — спросил Александр, укладываясь рядом с омегой и видя его немного измученное лицо. — Да, — коротко ответил юноша. — Всё хорошо, мы рядом, — прижимаясь ближе, прошептал Алексей. — Мы никуда не уйдём, попытайся заснуть, — очень мягко произнёс Саша, нежно поцеловав Ваню в лоб и обнимая. — Я уже выспался. Мне больно… очень больно, — чуть ли не плача сказал омега. — Малыш, мы всё понимаем. Но мы не можем помочь, по крайней мере, не сейчас, прости! — Лёша поцеловал юношу в висок и убрал влажные от пота локоны с его лица.       «Почему они ничего не делают? Нормальные альфы уже давно бы накинулись на меня. Но не они, — подумал Ваня, но сам испугался своих мыслей. — Неужели я хочу их?» — Малыш, всё в порядке? — поинтересовался Саша, который всё это время наблюдал за сменой эмоций на лице парня. — А? Да, всё хорошо. Не считая ужасной боли в животе и дискомфорта в… — покраснев, Ваня закусил язык и не продолжил свою фразу до конца, потому что очень стыдно говорить об этом своим истинным.       В комнате повисла давящая тишина, которая всех очень напрягала. Благо на всю спальню раздалась приятная мелодия. Лёша поднял трубку и весь засветился, услышав то, о чём повествовал приятный женский голос. — Кто звонил? — спросил Саша. — Катя. Она сказала, что заказала пиццу и её привезут минут через сорок, — сияя, как новогодняя ёлка, сообщил Алексей.       «Он так радуется пицце или тому, что ему позвонила Катя?» — от этой мысли Ванино сердце неприятно ёкнуло, что не ускользнуло от внимания оборотней. — Ты голодный? — заботливо поинтересовался Саша, гладя омегу по волосам. — Немного, — как-то расстроенно ответил юноша. — Малыш, что случилось? Почему тебе грустно? — начал закидывать его вопросами Лёша. — Ничего, всё нормально. — Ваня подвинулся ближе к Саше. — Мы же видим, что что-то не так. Расскажи, легче станет, — ласковым голосом посоветовал Александр.  — Почему… — не успел он договорить, так как зазвонил его мобильник.       Алекс подал ему телефон, лежащий на тумбочке возле кровати. Ваня поднял трубку, и на него посыпался град вопросов. — Ты где? Почему не предупредил? Ты тепло одет? Вероника рядом? У вас всё хорошо? — послышался встревоженный женский голос. — Да, мам. У нас всё хорошо, я тепло одет и Вероника рядом со мной. Прости, что не предупредил, просто мы с Никой пошли в кафе и встретили своих университетских друзей. Мы сейчас сидим у них дома и готовимся к зачёту по праву. Я сегодня домой не приду, переночую здесь, тем более что завтра выходной. Ты же не против? — спросил омега. — Нет, я очень рада, что ты наконец-то подружился с одногруппниками, — послышался уже знакомый, но более расслабленный и нежный голос. — Не засиживайтесь допоздна. Я люблю тебя, сынок! — Я тебя тоже очень люблю! Пока. — Попрощавшись с мамой, омега отложил телефон в сторону и резко съёжился, схватившись за живот. Из его глаз покатились маленькие слезинки, которые образовывали влажные дорожки.