Больше чем возлюбленные

      Алексей аккуратно поднял Ваню с пыльной травы и, уложив его голову себе на плечо, начал двигаться в сторону особняка, благо до него было не так далеко. Через пелену сна омега что-то бурчал себе под нос и неосознанно обвил руками сильную шею альфы. Лёша улыбнулся, поцеловал его в макушку и сильнее прижал к себе.       Александр снова перевоплотился в человека и, обернувшись, увидел удаляющийся силуэт брата, который бережно прижимал к себе их любимое сокровище. — Приберите здесь, деньги переведу на вашу карту чуть позже, — сказал Саша и побрёл вслед за Лёшей и Ваней. — Возьми. — Коди протянул альфе два пледа, чтобы он смог прикрыть их с братом наготу. — Спасибо, — поблагодарил он и ушёл. — Он всё ещё жив, — кивая на окровавленное тело оборотня, сообщил Влад. — Не убивай его, — попросил Коди и, подойдя к возлюбленному, взял его за руку. — Пусть судьба решит, что с ним будет. — Он мучается, и, если бы я его сейчас убил, облегчил бы страдания бедного парня. — Альфа обнял его и прошёлся носом по чужой шее. — Он не хочет умирать, а лишать его возможности выбора как минимум жестоко. Пусть сейчас он мучается, но это сделает его сильнее в будущем, — поглаживая крепкие руки возлюбленного, произнёс Коди. — Хорошо, я не буду его убивать, просто оттащу на обочину. Прости, я совсем забыл о самом важном. Как ты себя чувствуешь? — поворачивая его к себе лицом, поинтересовался Влад. — Влад, я не омега. Не нужно обо мне так беспокоиться.  — Мне плевать на то, что ты не омега! — разозлился альфа, но, несмотря на это, всё равно нежно погладил щёку возлюбленного. — Я люблю тебя и буду волноваться из-за любой микротрещинки, появившейся на твоём потрясающем теле. — Я тоже люблю тебя. — Коди обнял своего альфу.

***

      Александр быстро догнал брата и накинул на его холодные плечи вязаный плед. Они шли молча, наслаждаясь потрясающей ночной прохладой, которая придавала бодрости их уставшим и разгорячённым после долгого пребывания в волчьем обличье и борьбы с шавками Сергея телам. В глубине леса слышались уханье филинов и карканье воронов, с разных сторон доносились шорохи, а кое-где даже ломались веточки под тяжестью лосей и кабанов, которые пытались убежать от ночных хищников, что обитали в этом лесу.       Братья вслушивались в размеренное дыхание омеги и ровное биение его сердца. Дорога до особняка заняла чуть больше десяти минут, но этого вполне хватило для того, чтобы проветрить голову и разложить всё по полочкам. Свежий ночной воздух и нежный аромат любимого делали своё дело, поэтому близнецы быстро добрались до дома. Поднявшись по лестнице и открыв незапертую дверь, они прошли внутрь, поднялись на свой этаж и остановились около комнаты Лёши. — Я пойду к себе в комнату, приму душ, переоденусь и вернусь, — сказал Саша и скрылся за поворотом.       Алексей аккуратно занёс любимого в свою спальню и уложил на кровать. Ваня мило поморщился, почесал живот и мирно засопел. Альфа скинул с себя плед и побрёл в ванную комнату, дабы смыть с себя чужую кровь и ошмётки разорванной плоти.       Приняв душ и надев боксеры, Лёша вернулся к возлюбленному. Укрыв омегу одеялом, он сам забрался под него и приобнял хрупкое тело своего малыша. Ваня улыбнулся и подвинулся ближе к альфе, утыкаясь носом во впадинку между его ключиц. Алексей чмокнул его в лоб и, вдохнув запах истинного, погрузился в сон.       Когда Александр зашёл в комнату брата, то увидел, как тот спал в обнимку с их малышом. Не выдержав, он сделал пару фото и умилился этой картине. Обойдя кровать с другой стороны, он лёг под одеяло и обнял сразу двух самых близких для него людей, хотя, — кто знает? — может, уже и трёх.

***

      Две высокие и красивые девушки сидели на лесной полянке. Первая была огненно-рыжей, имела завораживающие зелёные глаза и занималась вышиванием, а вторая — брюнетка, с антрацитовым цветом глаз, делающая наброски для будущего портрета. Они вместе пели песню, настолько грустную и удручающую, что от её мотивов хотелось рыдать и на стену лезть от одиночества и распирающей изнутри боли.       Неожиданно на поляну вышли два карлика и преподнесли им небывалой красоты цветы, но брюнетка откинула оба букета и в открытую насмехалась над мужчинами, чьи глаза тут же наполнились печалью. Вторая девушка с жалостью посмотрела на бедняжек, но не смогла ничего сделать. — Спасибо большое, — поблагодарила она и, подняв букет, стала вдыхать чудесный цветочный аромат. — Они очень красивые.        Мужчины поклонились и ушли, и девушка заметила своего неумолимо приближающегося отца среди деревьев. Великан подлетел к ней и вырвал букет. Он ничего не сказал, но девушка уже была готова разрыдаться от обиды и непонимания. — Как ты посмела принять этот ничтожный веник из рук такого отродья? — Он кинул цветы на землю и наступил на них своей огромной ножищей.       Девушка молчала, а по её щеке скатилась одинокая слезинка. Она не понимала, за что отец поступил с ней так жестоко. Она же просто приняла букет, а не согласилась выйти замуж за одного из них. — А ты куда смотрела? — Великан перевёл свой взгляд с дочери на её подругу. — Простите. — Брюнетка склонила голову. — Люся, следи за ней, как за собой! — приказал мужчина и снова ушёл в лес — туда, откуда недавно пришёл. — Мария, ты невеста Берислава. Если он узнает о твоих выходках, то расторгнет согласие на брак и войны не миновать! Возьмись уже за ум и прекрати жалеть этих обездоленных, — попросила Люся и взяла подругу за руки. — Я не хочу выходить за него! Он грубиян, пьяница и убийца. Я лучше руки на себя наложу, чем выйду за него замуж! — рыдая, сказала Мария.

***

      Ваня проснулся из-за сильной головной боли и пробивающегося сквозь неплотно закрытые шторы лучика света, что попадали прямо ему на лицо. Правда, кое-что скрашивало это ужасное утро, а если быть точнее, кое-кто: Алексей обнимал его, приятно поглаживая спину и бок, а почувствовав боль своей пары, тут же поцеловал его в лоб и проверил, нет ли у омеги температуры. — Доброе утро, малыш. — Лёша зарылся в шелковистые локоны и вдохнул приятный аромат апельсинов. — Доброе, — улыбнулся Ваня и быстро чмокнул альфу в губы. — Как ты себя чувствуешь? — взволнованно поинтересовался Алексей. — У меня болела голова, но сейчас всё в порядке.   — Я должен объясниться… — Не должен, — прижимаясь всем телом к альфе и обнимая его, перебил его Ваня. — Ты вернулся ко мне, и это главное. — Малыш, ты единственный, перед кем не нужно оправдываться. И единственный, перед кем мне искренне хочется это делать, — произнёс Лёша. — Я знаю, что ты хотел меня защитить. — Мне позвонил Влад и сообщил, что пятеро оборотней из северной стаи пересекли наши границы, но никто из нашей разведки этого не заметил. Я знал, что за нами следят, поэтому мне пришлось разыграть этот чёртов спектакль и причинить тебе боль, несмотря на то, что обещал никогда этого не делать. Это спровоцировало их на необдуманные действия, поэтому нам удалось их обезвредить и предотвратить твоё похищение, — вкратце рассказал всё как было Алексей. — Я люблю тебя и не хочу, чтобы с тобой что-нибудь случилось.  — Я тоже тебя люблю. В качестве извинения за один из худших дней в моей жизни можешь устроить нам свидание, — произнёс Ваня, а его щёки налились лёгким румянцем. — Хорошо, тогда мы с Сашей всё обсудим и поедем. — Целуя омегу сначала в лоб, а затем — в нос, альфа спустился к губам и нежно коснулся их. Простое прикосновение, но у обоих по всему телу прошлись электрические импульсы, вызывающие табуны мурашек. — Я хочу вдвоём, только мы с тобой. — Что? А как же Саша? — не понял Лёша. — Мы провели с ним весь вчерашний день, думаю, что так будет честно и правильно, — чуть слышно ответил омега, краснея и превращаясь в помидорку. — Малыш, у тебя даже кончики ушей покраснели, — по-доброму засмеялся он. — Не издевайся, — захныкал Ваня и несильно щипнул альфу за бок. — Давай вставать, умываться и пойдём завтракать, а то я голодный как волк, — предложил Лёша и, быстро поцеловав омегу, начал вставать с постели. — Хорошо, — согласился Ваня и, выпутавшись из одеяла, босыми ногами пошлёпал в ванную комнату вслед за своим альфой.