Моё упорство. Твоя упёртость.

– Медвежонок, ты чего такая странная? – Олеся ткнула меня пальцем в бок.       После встречи с новой учительницей, во мне что-то щёлкнуло. От этого резкого чувства было не по себе. Хотелось и смотреть на неё, и убежать от этой женщины одновременно. Она притягивала, манила. Я старалась сопротивляться её красоте и обаянию, но пока что безуспешно. – Всё хорошо, – тихо ответила я, стараясь не выдавать бушующие внутри новые эмоции. – Ну, смотри.       Оставшийся путь из раздевалки до кабинета истории мы шли молча. Это не было похоже на нас. Обычно после физкультуры мы энергичные и возбужденные бежим на урок, а сегодня всё было намного иначе. И сам урок был другим. Андрей Сергеевич не заставлял нас бегать по 10 минут, как делала это Этери Георгиевна, зачитывал каждое отжимание, а не только те, в котором ты «коснулся носом пола», позволял играть в волейбол не оставшиеся 10 минут, а все добрые двадцать. Сравнивать его и Этери Георгиевну, это как сравнивать небо и землю. Они абсолютно разные. Тутберидзе требовательна на уроках, строга и холоднокровна. Одноклассники, подметив её незаменимый «покер фейс», решают, какое прозвище ей дать. Мне кажется, «Снежная королева» отлично подходит. Но эта «Снежная королева» рядом со мной быстро меняется на добродушную, улыбчивую женщину, что вводит меня в ступор.

***

      Историк дал нам задания на весь урок и благополучно смотался на проверку олимпиад. Безусловно, все бросили писать, начиная разговаривать, как только он переступил порог класса. Ничего необычного.       Через пару минут ко мне за парту подсела Олеся. – Жень, я же тебя как облупленную знаю. Что случилось?       Я посмотрела на подругу. Что мне ей сказать? Что я пытаюсь побороть притяжение к учительнице? Что за один день мой внутренний мир словно перевернулся? Что? – Лесь, правда, всё нормально, – я попыталась искренне улыбнуться. – Ты серьёзно, блин? – одноклассница возмущённо хлопнула ладонью по парте и пристально посмотрев на меня, пригрозила, - Или ты мне рассказываешь, что происходит, или я сливаю весь компромат на тебя в беседу класса. – Офигела? – взяв линейку, я смачно заехала Олесе по руке, – Это чистой воды шантаж. – Зато действует. А то как я буду из тебя всё вытаскивать.       Девушка попыталась выхватить из моих рук линейку, но я увернулась и ещё раз шлёпнула ту по руке. Смирнова (это фамилия Олеси) пискнула и подбежала к своей парте. Взяв с парты пенал, она стала в нём копошиться. Через пару секунд Леся выудила оттуда самодельную рогатку из канцелярской резинки и ластика и стала целиться в меня. Эта мини-война сумела отвлечь меня от мыслей, терзавших голову.

***

      Домой я пришла голодная и уставшая. Семь уроков дают о себе знать. Переодевшись в домашние штаны и любимую свободную майку с изображением Микки Мауса, я прошла на кухню. На столе лежал листочек, где мелким почерком было написано : «Доченька, обед в холодильнике. Приду домой поздно. Если что, звони. Целую, мама». Я ласково улыбнулась, гладя большим пальцем записку от родного человека.       Плотно и вкусно пообедав, я взяла телефон и набрала маму. – Привет, – ответил радостный голос на том конце телефона. – Привет, мам. Я только пришла, уже пообедала. – Умница. Как прошёл день? – Хорошо, устала немного, – я легла на кровать и потянулась. – А как там новая учительница? Совсем ужас? – мама тихонько посмеялась, вспоминая мою утреннюю тираду. – В том то и дело, что нет. Совсем нет. Да, она строгая, её не подкупишь, но она очень справедливая и трудолюбивая, – я решила упустить ту часть, как она ласково разговаривает со мной наедине. – Значит, не всё так плохо, как казалось. Я рада.       А я то как, мамочка, рада. Только бы имела моя радость хоть какое-то объяснение.