Я всё умею. Братик.

Чимин надвигался на Юнги со злобным обличием, а тоесть хмурыми бровками и надутыми щеками, держа телефон в руках. — Чего ты? — потрепав по голове Пака, улыбнулся старший. — Хён! Я нашел ответ в интернете, но ты ведь знал, просто не сказал! Соврал мне! — Младший и вправду обиделся, ещё и чуть разозлился. — Откуда тебе знать, знаю я или нет? — Но Пак стоял на своём. — Ну что, уже избавился от проблемы? А если я снова её вызову? — Чимин сузил глаза и приподнял уголки рта, вот уж лисёнышь. Он положил тёплую ручку на пах старшего и начал поглаживать сокровенное место. Ну, ведь только что, так сказать, выдохнул пар, а Чим снова за своё. — Вхаах...Что ты творишь? — Юн сам не заметил, как простонал и поддался вперёд, к руке ребёнка. — Нравится? Приятно да? Я всё об этом прочёл — Чимин начал водить по штанам сильнее, сам внимательно изучая. Но сейчас, ему в руку упёрся бугорок. — Юнги-а это... — — Хватит, идём домой, — Юнги взял на руки малыша и поспешил на автобус, ибо больше терпеть он не мог. Во время поездки Чим пытался заговорить со старшим, но тот просто затыкал его рот, чем-то вроде "потом поговорим" Доехав до дома, Мин вытащил из автобуса младшего и потащил в дом за руку, тот ничего не понимал, неужели Юнги на него разозлился? — Ну, Хён! — Юнги завёл его в дом, поднял на руки и, даже не сняв ботинки, кинул Чима на кровать. Он навис над ним, оставляя между ними неприличное расстояние. Слишком горячо для чувств ребёнка к ребёнку. — Юнги, постой, что ты собрался делать? — Голос подрагивал, но глаза были направлены точно в глаза старшего. — А ты гугл открой и посмотри. Может там будет ответ? Ты ведь сам завел меня, напросился, теперь расплачивайся — Юнги улыбнулся и наклонился к сладким губам младшего. Он погрузил его в долгий и приятный поцелуй, впервые начиная подключать язык и проводить им по всем уголкам, заставляя того стонать. Нопонятные покалывания в животе, мурашки по коже и тяжёлая отдышка... Младший лишь поддался, он обхватил чужую шею руками, а талию ногами, всё ближе прижимаясь к старшему. Юнги запустил руку под майку ребенка и нащупав сосок, прокрутил его, заставляя сжиматься внутри все органы, от чего-то нового и необычного. — Аауф...Хён, отчего так приятно? — Юнги заглушил его вопросы влажным поцелуем. Но вскоре, он отодвинул младшего от себя, лишь для того, чтобы стянуть с него штаны. Он увидел знакомый, небольшого размера орган и не стал медлить. Он взял в руки чужую конечность и, немного помассировав, взял его в рот, заглядывая в глаза. А тот стонал, да так, что соседи могли бы услышать, благо их нету. Немного придерживая голову Юнги рукой, пытаясь толкнуться как можно глубже. — Юнги, можешь не останавливаться? — — Не собираюсь. — Мин обрабатывая добычу, расстёгивал пуговицу на своих штанах и стягивая их с себя. — Чими, раздвинь ноги пошире — Юнги встал с коленок и Чима увидел его достоинство. — Хён... Ты что, хочешь вот это вставить в меня? — Чим широко открыл глаза, отодвигаясь назад. — А как ты хотел? Нуже, Пак — Усмехнулся Мин, не замечая страха в глазах младшего. — Нет! Мин, я боюсь! Нет! — Чимин тряс головой, отмахиваясь руками. — Не надо, пожалуйста братик! — тот уже начинал плакать. Как вдруг, Юнги понял, что творит, перед ним маленький ребёнок, закрывает свои глаза, лишь бы не показывать то, что он плачет, просит ничего с ним не делать... Как он вообще мог так поступить? Каким же местом надо было думать? Надев на себя трусы, он подбежал к обнажённому, напуганному брату, накрывая одеялом. — Чими, прости меня, я сделал не подумав, я напугал тебя, да, прошу извини — Чимин, лишь упёрся носиком в шею старшего и немного подрагивая, тяжело дышал. — Этого больше не повторится, Пак, я правда был не прав — Чимин обнимал за талию брата, всхлипывая ему в ухо, ведь ему тоже было стыдно... — Как же мне стыдно, малыш, — Юнги поцеловал брата в щёчку и уложил на подушку, начиная отодвигаться — Хён, прости, я сам виноват, только не обижайся на меня — — Поспи немного, я в ванну пока схожу — Хён, ну, пожалуйста, не проси прощения! Я правда люблю тебя — Чимин поглаживал маленькой ручкой холодную, гладкую кожу старшего. А тот кивнул головой и, поцеловав гладящую руку, побежал в ванну. Безусловно, думая в душе о том, что только что натворил, гложа себя за это.