Я всё умею. Братик.

Чимин выпрямился и переполз с коленок на теплый животик брата. — Нет, Пак, я серьезно не хочу причинять тебе боль, — Конечно, Юнги боялся, что он повторит старые ошибки, что напугает Чимина и причинит ему боль. — Хён, ты ведь знаешь, как я люблю тебя, — Чимин наклонился к брату и робко коснулся губами щёчки Мина. Тот лишь покраснел и только больше замкнулся. Чимин начал медленно спускаться губами вниз, оставляя, чуть влажные следы. Раздевать брата не пришлось, поскольку тот спал в одних трусах, и младший быстро добрался до маленьких, розовых сосков старшего. Он взял один в рот и начал играть с ним языком. Он прикусывал и оттягивал его зубками, заставляя старшего прогибаться в спине, нервно выдыхая. — Уаахх...Чим, я ведь могу не сдержаться! Прекрати эту провокацию — Но Чимин лишь улыбнулся. — Не надо. Не сдерживайся и я не прекращу — Он провел языком по кубиками пресса и нарисовал влажные узоры у пупка. — Чимин, ты точно уверен? — Пак поднял взгляд на старшего и лишь ухмыльнулся. А дальше было только резкое движение, руки Чима стянули со старшего его боксеры и пах Мина был во всё обозрение. Из него уже сочилась смазка, а синие венки пульсировали. Долго же ты держался. Конечно, Мин начал стесняться и краснеть, что вновь позабавило провокатора. Он сжал в руках стоящий член брата и немного потрепав его, засунул в рот. — Хахх..Чи...Чимин..— Юнги стонал, так приятно ему ещё не было никогда, схватив за волосы младшего, он начал толкать его глубже. Чимин поддался и захватил весь пах. Не смотря на рвотные позывы, поскольку его член был прям в горле, Чимин продолжал доставлять удовольствие для брата, как когда-то тот для него. — Чимин, я больше не могу, — Юнги встал с кровати и достал из под неё смазку, еле сдерживаясь, чтобы не кончить в ту же секунду. Чимин посмотрел на него в недопонимание, ибо откуда у него тут смазочка под кроватью? Но спросит он это явно не сегодня и не сейчас. —Давай наклоняйся, — Чимин улыбнулся и встал раком перед братиком, он уже не боялся, даже наоборот, желал, чтобы уже наконец старший вошёл в него и оттрахал. Юнги принялся намазывать узкий проход младшего, ну и заодно намазал своё достоинство, так как всё равно боялся причинить боль, а первый раз, каждый знает - больно. Мин вставил один палец, начиная медленно растягивать узкую дырочку. А чтобы хоть как-то унять чужую боль, расцеловывал его спину. — Хён, глубже, пожалуйста, — Юнги, добавив второй, сразу понял, что малой и без него неплохо развлекался, так как пальцы вошли подозрительно легко, а Чимин поддался вперёд, буквально сам насаживаясь на них. Мин наклонился и поцеловал в спину младшего. — Значит подготавливался? — Оставляя багровый след на спине, спросил Юн. — Совсем немного, для тебя — прогибаясь в спине отвечал младший. Как же давно Мин мечтал это сделать, как же давно хотел Чимина, слышать его стоны, выкрики его имени и банального "ещё". И вот, Юнги поднёс свой член к желанной попке и вынув пальцы, заменил их на кое-что другое... — Аххааах! Юнги-а, постой! — Проскулил младший, ведь страшная боль будто съедала его изнутри, но приятное чувство не покидало ни на секунду, ведь это Юнги, его любимый человек. — Потерпи чуть-чуть, вскоре боль пройдет — Юн старался делать всё как можно аккуратней. Он аккуратно вставил член до конца, пытаясь найти то самое место, этот комочек нервов. — Юнги! Ваахххх...— Простонал младший, начиная дрожать, Юнги попал, нашёл слабую точку, так сказать. Вновь улыбнувшись, старший приподнял его подбородок и мимолётно покрывал чужое лицо поцелуями. — Хён, мне так хорошо, Хён, я люблю тебя, — Юнги уже набирал темп, лаская своей рукой, затвердевший сосок Пака, что сжал в руках одеяло, выкидывая свою силу хоть куда-то. — Чимин-а... Я сейчас, кажется... — Тело Юнги отказывало выполнять какие-либо действия, ноги самовольно дрожали, а рот выпускал стоны. Забыв вытащить свой пах, он кончил прям внутрь младшего. — Яхх! Юнги-а, я тоже на пределе... — Чимин кончил сразу после. Они оба улеглись на кровать и тяжело дышали после этого жаркого, их первого, секса. — Хён, ты ведь знаешь, что сделал меня счастливым? — Улыбнулся Пак, прикасаясь своим носиком до чужого. — А ты знаешь, что ты теперь мой? — Вопросом на вопрос, как говорится. — Я ведь всегда был твой, дурачок, лет этак с 6, ахахахах — Юн прижал к себе маленькое тельце, что подрагивало от смеха, и чмокнул в губы. — Я тоже влюбился в тебя сразу

***

Вскоре мальчики подросли. Чиму уже 16, а Юнги 19, их мама уехала к любимому человеку, которого звали Киён. Она долго предлагала переехать мальчишкам вместе с ней в Лондон, но те отказывались, ведь понято каждому, они хотели быть наедине, вдвоём... В их маленьком мире не было никого кроме Мин Юнги и Пак Чимина. Небольшие ссоры, горячие извинения, ни это ли люди зовут счастьем? Да плевать, впринципи, на чужие расчёты. Это счастье для них.