Другие зимы

Другие виды отношений
PG-13
Завершён
227
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
4 страницы, 1 часть
Описание:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
227 Нравится 5 Отзывы 25 В сборник Скачать

Часть 1

Настройки текста
Та зима была полна нового для Антарк. Учитель хотел, чтобы Фосс дежурил с ней. Он считал, что так будет лучше, Антарк же сомневалась в этом. Может, иногда ей и бывало одиноко, но в остальное время она справлялась. К тому же она в любой момент могла прийти и обнять учителя. Но она смирилась с его решением. Той зимой Фосс потерял руки, и она не сумела найти их. А потом… Золото пригвоздило его к земле, не давая подняться с колен. Опутало его целиком. Оно словно жило своей жизнью, и в тот момент Антарк действительно испугалась. Она была старшей, рядом не было учителя — только они вдвоем. Ей пришлось искать в себе смелость, чтобы подойти и успокоить, быть рядом. Но, когда щупальца потянулись к ней, Антарк отшатнулась. Лишь появление лунян помогло ей собраться — этот враг, по крайней мере, был известен. Той зимой ее едва не забрали. Учитель подоспел в последний момент. Сама Антарк на тот момент представляла собой лишь кучку осколков и не видела, как это было. Ей было страшно и волнительно представлять, как он отбил ее у лунян, а после извлек Фосс из его золотого плена, а потом они вместе собирали ее осколки. Или он сначала собрал ее осколки, а потом уже освободил Фосс? Она пришла в себя уже в операционной Рутил — самоцвета, с которым никогда не разговаривала подолгу, и которого знала лишь по ее жутковатым заметкам. Антарк уверена, что после случившегося Фосс больше не захочет дежурить с ней. Это ее вина… но ведь и он умудрился как-то потерять руки, стоило лишь на секунду отвлечься. Какой толк теперь думать об этом. Антарк повторяет себе это, но все равно нет-нет, да и возвращается мыслями, прокручивая события тех дней в голове снова и снова. Даже приняв жидкую форму, она какое-то время ворочается и не может уснуть. Та зима была полна нового для них обоих. И когда она просыпается в следующую зиму, Фосс нет рядом. Конечно, он уже спит. Без Фосс снова станет тихо и спокойно, и почему-то… Антарк становится грустно от этой мысли. Она наносит пудру, одевается и бежит к учителю, чтобы, как всегда, обнять его, почувствовать одобрение и поддержку. И снова, как тогда, слышит звонкий голос за спиной: — А! Традиция, да? Антарк не кричит и отпускает учителя, как в прошлом году; она снова взволнована, но теперь по иной причине. Антарк хмурится, и со стороны кажется, что она холодна. А Фосс… Фосс прижимается к ней и обнимает тоже. Его золотые руки обвивают ее, точно повторяя контуры тела, и Антарк снова становится не по себе, как и в прошлый раз, когда золотые щупальца тянулись к ней. Фосс, должно быть, не понимает суть традиции. Антарк слышала о его безответственности; он может исчезнуть из ее жизни так же запросто, как и появился в ней. Традиции же должны выполняться из года в год, это очень личное, и… И она прижимается к учителю еще крепче. А все-таки, может, Фосс не так уж и безответственен — ведь он вернулся, хотя прошлой зимой и выглядел измученным. Когда они остаются вдвоем, Фосс начинает говорить — быстро-быстро: — Я доставил много хлопот в прошлый раз. Этого больше не повторится. Но зато со мной не было скучно, да? — И, не давая ей вставить слова, вынимает что-то из-за спины. — А еще вот. Такие напали на нас летом, а всем так понравилось спать с ними, что Красноберилл сшила несколько… их назвали колдопухами. Такой мягкий, да? Я попросил сделать его для тебя, держи. Когда она протягивает руку, Фосс изображает, будто игрушка прыгает на нее. Антарк вертит колдопуха в руках. Ей приятно. И правда ведь, мягкая… Учитель ранее тоже вручил ей такую, но она не ожидала подобного от Фосс. Они никогда не сталкивались прежде — среди всех самоцветов он первым засыпал и последним просыпался. Учитель называл его славным, потом ленивым, несносным… Но он никогда не упоминал, что Фосс бывает заботливым. Вскоре она замечает, насколько сильнее он стал по сравнению с прошлой зимой. И не только благодаря золоту, отныне пронизывающему все его тело. Фосфофилит стал двигаться ловчее, реагировать быстрее, будто все лето тренировался под чьим-то контролем. Удивительно, но он перестал даже ныть и жаловаться. Антарк больше не приходится собирать его по вечерам. Теперь она в полной мере ощущает и его самоуверенность — когда он отстраняет ее, чтобы в одиночку атаковать лунян. Он своеволен и теперь совсем не слушается ее команд. Даже сталкиваясь с новыми типами — в таких случаях Антарк всегда злится и зовет учителя. А еще… Фосс стремится обнять ее при каждом удобном случае. — Ты чего это? — не понимает сперва Антарк, ощущая спиной его грудь, и пытается отстраниться. — Да просто так. Смотри, какая красивая льдина. Похожа на Школу, да? — Пусти. — Тебе не нравится? — Не то, чтобы, — она сама не может разобраться вот так сразу, но голос Фосс становится радостным. Он заглядывает ей в лицо через плечо: — Тогда тебе нравится? Да что ж такое. — Как на это реагируют остальные? — спрашивает она, выгадывая время и надеясь сориентироваться хоть так. — Я не делаю этого с остальными. — … Среди всех самоцветов Фосс никогда не славился ласковым характером. Но сейчас он хочет… что-то показать, понять, удержать, поддразнить, сблизиться. Хочет, чтобы она воспринимала его по-другому, не как раньше. Антарк не обняла бы его первой. Вскоре она перестает бояться; золотые объятья, тяжелые, но деликатные, становятся даже приятны. Порой во время передышек, когда не нападают луняне и не кричат льдины, Фосс начинает клевать носом, и она не будит его сразу. Кажется, он и правда мало спал этим летом… Фосс приходит и следующей зимой. И снова. И в конце концов по-настоящему становится частью традиции. Незаметно для себя Антарк начинает новый отсчет — с того момента, как он стал ее напарником. Им приходится подстраиваться друг под друга. Когда в Антарк стреляют, Фосс формирует щит для нее и сам пропускает удар. Она успевает разбить лунян прежде, чем те заберут его. Антарк ловит себя на том, что соревнуется с ним. Они успевают поругаться, прежде чем наконец вырабатывают совместную стратегию и приходят к компромиссу. Памятуя о ее сложностях работать в команде, Фосс старается взять координацию и контроль на себя. Но он и сам неопытен, и проходит время, прежде чем у них начинает получаться. Она старается держаться рядом, мешая ему слушать то, что говорят льдины. Он развлекает ее, заставляя сплав золота и платины принимать самые причудливые формы. А иногда… Иногда его руки, истончаясь, скользят под ее одежду. Это странно. Зачем он это делает?.. Но вместо того, чтобы просить остановиться, Антарк замирает в такие моменты, прислушиваясь к своим ощущениям. Вечно говорливый и дурашливый, в такие моменты Фосс замолкает, и тишина окутывает их подобно толстому одеялу. Фосс еще долго не осмеливается заговорить о том, что случилось тогда, в их первую зиму вместе. В тот раз, глядя, как ее забирают, он впервые сумел перебороть себя и кинуться вслед за лунянами. И все равно, если бы не пришел учитель — он бы безнадежно опоздал… И летом после той зимы он снова не мог уснуть: стоило только закрыть глаза, как ее рассыпающееся на осколки лицо являлось перед внутренним взором. Ее улыбка и просьба молчать… Фосс потребовался целый сезон, чтобы понять, как сильно он хотел равняться на нее все это время. В его глазах она была сильнее Борт, нежнее Алмаза, смелее и упрямее кого бы то ни было. Изолированная от прочих, она не оглядывалась на них, умела прислушиваться к себе, была уверена в том, что считает правильным и чего хочет. Она не просто стремилась стать лучше, но и действительно становилась. Если бы ее забрали тогда, он, должно быть, сошел бы с ума. Антарк сотворила с сущностью Фосс то же, что сделал сплав с его телом. Она пришла в его жизнь, чтобы покрыть трещинами, и она же скрепила осколки между собой. Именно она, от природы еще более слабая, нежели он сам, дала ему стержень, тот, последний толчок для взросления, одновременно лишая Фосс былой скорости и подвижности. Чувства к Аните заставляют руки подрагивать, пронизывают все его тело. Его тело… должно быть, оно действительно стало странным. Фосс с легкостью меняет половину лета на зиму, и незаметно для себя начинает любить и ждать это холодное, пасмурное время года. Но другую половину лета он все-таки бодрствует. Фосс изо всех сил старается не думать о странностях в поведении учителя и не слушать, что говорят об этом льдины.

Ещё работа этого автора

Ещё по фэндому "Houseki no Kuni"

Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ. | Защита от спама reCAPTCHA Конфиденциальность - Условия использования