Imagine there’s no countries It isn’t hard to do Nothing to kill or die for And no religion too John Lennon
А. Пушкин, «Дубровский»
— Не трогать его! — закричал Дубровский, и мрачные его сообщники отступили. — Вы свободны, — продолжал Дубровский, обращаясь к бледной княгине. — Нет, — отвечала она. — Поздно — я обвенчана, я жена князя Верейского. — И что? Между вами же ничего не было. — Нас соединил Господь. Теперь нас с князем ничто не может разлучить, — по лицу новобрачной покатились слезы. — Почему это? Я могу. Выбирайтесь из кареты, — он протянул ей руку. — Это бесполезно! Теперь наши души навеки связаны здесь и за гробом. — Какие души?! Маша, что происходит? Вы что, пьяны? — В Библии сказано, что муж и жена прилепляются друг к другу и становятся одна плоть. А кто снова разделяет одно тело на два, тот враг творчества Божия. — Ну ничего себе! Князь, я вынужден реквизировать вашу карету. В таком состоянии я ее на лошадь не пущу. Через два часа Верейский, проклиная женщин, ковылял напрямик по густому лесу в сторону усадьбы (по крайней мере, так он надеялся).И. Тургенев, «Дворянское гнездо»
Лиза приняла руки от лица. — Да, — сказала она глухо, — мы скоро были наказаны. — Наказаны, — проговорил Лаврецкий. — За что же вы-то наказаны? Лиза подняла на него свои глаза. Ни горя, ни тревоги они не выражали; они казались меньше и тусклей. Лицо ее было бледно; слегка раскрытые губы тоже побледнели. Сердце в Лаврецком дрогнуло от жалости и любви. — Вы мне написали: все кончено, — прошептал он, — да, все кончено — прежде чем началось. — Это все надо забыть, — проговорила Лиза, — я рада, что вы пришли; я хотела вам написать, но этак лучше. Только надо скорее пользоваться этими минутами. Нам обоим остается исполнить наш долг. Вы, Федор Иваныч, должны примириться с вашей женой. — Лиза! А как же вы? Уж не собираетесь ли вы уйти в монастырь? — Что это такое «монастырь»? — удивилась девушка.Н. Гоголь, «Тарас Бульба»
Но старый Тарас готовил другую им деятельность. Ему не по душе была такая праздная жизнь — настоящего дела хотел он. Он все придумывал, как бы поднять Сечь на отважное предприятие, где бы можно было разгуляться как следует рыцарю. Наконец в один день пришел к кошевому и сказал ему прямо: — Что, кошевой, пора бы погулять запорожцам? — Негде погулять, — отвечал кошевой, вынувши изо рта маленькую трубку и сплюнув на сторону. — Как негде? Можно пойти на Турещину или на Татарву. — Не можно ни в Турещину, ни в Татарву, — отвечал кошевой, взявши опять хладнокровно в рот свою трубку. — Как не можно? — Так. Мы обещали султану мир. — Да ведь он бусурмен: и бог и Святое писание велит бить бусурменов. Однако видя, что шутка его совсем не пришлась по вкусу собеседнику, старый казак сдал назад. — Да ладно, ты же знаешь, я против них ничего не имею. У меня и младший сын к полячке клинья подбивает, того и гляди выводок маленьких ляхов будет в хате. Но надо же где-то разгуляться, а? — Знаешь такую игру футбол? — все еще хмурясь, спросил кошевой.В. Гюго, «Собор Парижской богоматери»
— Уже наполовину околдованный, я пытался найти опору, чтобы удержаться в своем падении. Я припомнил ковы, которые Сатана уже когда-то строил мне. Создание, представшее очам моим, было так сверхчеловечески прекрасно, что могло быть послано лишь небом или адом. Она не была обыкновенной девушкой, созданной из персти земной и скудно освещенной изнутри мерцающим лучом женской души. То был ангел! Но ангел мрака, сотканный из пламени, а не из света. В ту минуту, как я это подумал, я увидел близ тебя козу, — это бесовское животное, усмехаясь, глядело на меня. При свете полуденного солнца ее рожки казались огненными. Тогда я понял, что это дьявольская западня, и уже не сомневался, что ты послана адом и послана на мою погибель. Так я думал. Тут священник взглянул в лицо узницы и холодно добавил: — Так я думаю и теперь. — Клод, вам не кажется, что вы сами загнали себя в эту ситуацию? — мягко возразила она. — Вы не встречаетесь с женщинами, не мастурбируете, напряжение накапливается. Ваше влечение естественно, не нужно себя за это ненавидеть. Но вы и сами понимаете, насколько неэтично то, что оно направлено на меня. Давайте так. Сначала вы избавитесь от своего спермотоксикоза. А потом возвращайтесь, и мы серьезно это обсудим, обещаю. Когда за ним закрылась дверь, Эсмеральда шумно выдохнула и потерла рукой лоб. — А я-то думала, после допроса козы меня уже ничем не удивить!Ш. Бронте, «Джен Эйр»
Он встал, но все еще сдерживался. Ища опоры, я положила руку на спинку стула; я дрожала, я трепетала, но я решилась. — Одно мгновение, Джен! Подумай о том, что ждет меня, когда тебя не будет. Ты отнимаешь у меня всякую надежду на счастье. Что же останется? Вместо жены — эта сумасшедшая наверху; с таким же успехом ты могла бы отослать меня к трупам вон там, на кладбище. Что я буду делать, Джен, где искать мне друга и надежду? — Поступите так, как я; доверьтесь богу и самому себе; уповайте на него, надейтесь, что мы встретимся там. За дверью меня, к моему удивлению, поджидала старушка Фэйрфакс. — Значит, собираетесь расстаться, чтобы соединиться после смерти? Быть несчастной здесь, чтобы испытать блаженство за гробом? Как это знакомо! — сварливо произнесла она, беря меня под руку. — Что вы на меня так смотрите? Думаете, вы первая девушка, которая наслушалась готики? Выкиньте из головы эти поэтические бредни, в них нет ни слова правды. Вы будете скитаться по дорогам и в итоге сдохнете с голоду, если только в лучших традициях греческих трагедий не повстречаете своего неведомого брата. Одумайтесь...А. Вознесенский, «Юнона и Авось»
Ты меня на рассвете разбудишь, Проводить необутая выйдешь. Ты меня никогда не забудешь, Ты меня никогда не увидишь. Заслонивши тебя от простуды, Я подумаю: «Боже Всевышний… Я тебя никогда не забуду, Я тебя никогда не увижу…» Посидеть в тишине и покое Нам и так выпадает нечасто. Чем искать новой встречи с тобою — Нахрена вообще разлучаться? Лучше узы гражданского брака, Чем тащиться к чертям на кулички, Чтобы там выбивать у монарха Разрешенье на брак с католичкой.Если у кого есть советы по книгам для проды, подсказывайте :)