Куй Пи'Артита, пока он спит

Куй Пи’Артита пока он спит ©

      Конгфоб видел, как его бывший наставник уставал на работе. Студент, наблюдая за ним во время стажировки, хотел обнять и приласкать. Напряжение с каждым днём накапливалось, и младший с досадой по утрам обнаруживал бугорок в трусах, с которым приходилось справляться в одиночку.       Пи’Артит смущался так, что сдерживаться было сложно, а фантазия подкидывала их прошлые, порою бессонные ночи в горячих объятиях друг друга. И вот, когда они вместе возвращались с работы к Артиту, Конгфоб был готов накинуться у порога, но не стал делать этого, видя, насколько старший устал и круги под глазами тому подтверждение. Стоило студенту пойти в душ и вернуться через десять минут, Пи сладко спал, даже не раздевшись.       Конгфоб улыбнулся и принялся стягивать галстук. Затем он стал аккуратно расстёгивать пуговицы на серой рубашке. Грудь Артита тихо поднималась и опускалась. Студент на секунду закрыл глаза, пытаясь успокоиться; ресницы любимого подрагивали, а приоткрытые губы соблазняли. Чудесное зрелище. Конгфоб наклонился, целуя старшего в губы. Никакой реакции не последовало, и он принялся к более решительным действиям. Вкус любимых уст обжигал и опьянял лучше любого крепкого напитка. Конгфоб дотронулся до кожи на груди и стал пальцами водить по ней, чертя замысловатые круги. Артит нахмурился, и младший на секунду испугался, но тот лишь повернул голову в другую сторону. Конгфоб расстегнул ремень на брюках Пи и стянул штаны с трусами. Собственное возбуждение мешало, но он терпел и хотел доставить удовольствие старшему.       Конгфоб взял в руки вялый член старшего, начиная медленно проводить по нему. Это дало ожидаемый результат, и парень взял его в рот. Он закрыл глаза, стараясь сделать минет приятнее. Когда чужая рука одёрнула его за волосы, то он увидел возбуждённый взгляд Артита. Он, в расстёгнутой рубашке, с покрасневшими щеками и с нахмуренными бровями выглядел ничуть не опасно, а вызывающе сексуально. — Пи… — прошептал Конгфоб. — Какого чёрта, Конгфоб?! — старший зашипел и пытался встать, но Конгфоб не дал этого сделать и припечатал его к кровати. — Я ждал этого очень долго, пожалуйста, Пи’Артит, — Конгфоб умолял, глядя в его глаза. Было видно, что бывший наставник колебался из-за упрямства, но потом неуверенно кивнул. — Ничего больше! Мне завтра на работу, если ты не забыл.       Конгфоб довольно улыбнулся, наплевав на собственное возбуждение. Хотелось дать расслабиться своему старшему, поэтому он снова взял в рот член, Артит от его действия издал протяжной стон и толкнулся в рот. Конгфоб крепко держал бёдра старшего, проводя языком по всему стволу, целовал головку и слизывал выступающую смазку. Артит закрыл глаза от стыда и, стараясь заглушить стоны, укусил руку. Было слишком хорошо и бывший наставник особенно напрягся, выгибая спину. Конгфоб закашлял и не ожидал, что Артит так быстро кончит. Он вытер рот влажной салфеткой, выбрасывая её в мусорное ведро. Пи дышал и сжимал зубы, выглядя как никогда смущённым. — Пи, у тебя снова стоит.       Выдержке Конгфоба остаётся только позавидовать и Артит прикрылся покрывалом, чтобы не соблазнить ещё больше. Старший давно заметил, что Конг возбуждён тоже и посмотрел куда-то в сторону. — Идём в душ…       Конгфоб был только за, хоть он и только что вышел оттуда.       Артит выгибался на встречу рукам Конгфоба, даже прохладная вода, льющаяся на них, не помогала избавиться от жары. Чтобы остудить щёки, старший прижался к кафелю, чувствуя нежные поцелуи на своей шее. Пальцы внутри чертовски медленно растягивали, дразня. — Пи’Артит, — прошептал имя на ухо Конгфоб, отчего старший сладостно застонал. Пальцы каждый раз проходили по простате, и Артит не мог вынести этого. — Да входи уже!       Конгфоб медленно вошёл, давая Пи’Артиту привыкнуть, и стал медленно двигаться. Артит двигал бёдрами, было немного больно, поскольку у них давно не было секса с проникновением, и это только усиливало его чувствительность. Руки Конгфоба до боли держали его бока, и с каждым разом движения становились размашистыми и грубыми. Артит до боли сжимал зубы, чтобы сдержать стоны. В тесной душевой становилось только жарче, а еле слышные сквозь шум воды стоны эхом раздавались в ванной. Артит от быстрых движений внутри себя кончил в очередной раз, но Конгфоб не стремился останавливаться и выжимал из него все соки. Младший делал всё, чтобы оставить на его белой коже как можно больше отметин: кусал, целовал и до синяков сильными руками сжимал то запястья, то плечи.       Артит молил всех Богов, чтобы Конгфоб скорее кончил, и затем он повернул голову, смотря, как лицо младшего исказилось от удовольствия. — Конгфоб! Стой, опять?!       Артит от удивления распахнул глаза и почувствовал, как член любовника вновь прошёлся по простате, выбивая весь воздух. — Прости, Пи’Артит, я не могу сдержаться, — Конгфоб, извиняясь, поцеловал висок, ухо и шею, затем трогал руками всевозможные чувствительные места, и Артит всё прощал, лишь бы чувствовать его нежные поцелуи.       Пытка продолжалась долго, будто Конгфоб не занимался сексом три месяца, а то и больше. Артит не мог выдержать такого напора и умолял младшего заканчивать побыстрее, но тот будто не слышал и продолжал вбивать в холодную стену.       Утром Артит чувствовал себя заново родившимся, только зад болел, а он уже опаздывал на работу. Довольная морда Конгфоба пробуждала ещё большее негодование.