Лишние движения

***

      Многие подумают, что это неправильно и они скорее всего будут правы. Дружбы между парнем и девушкой быть не может. С Чжу я знакома около трёх лет, но после двух лет общения наши отношения поменялись. Нет, это не любовь, а всего лишь дружеский секс. Когда ему или мне плохо, то именно таким способом мы можем поднять друг другу настроение. Да, так нельзя, но у нас дружеское влечение.       И у нас всегда нет лишних движений, поцелуев и всякое такое. Сорвал одежду, вошёл и отправился в мир оргазма и удовольствия. Он по своему характеру всегда был груб и именно это меня возбуждало.       Но что-то в нём поменялось.

***

      Сегодня у меня было плохое настроение. Подумаешь пропустила пару занятий по маркетингу, я же делала все задания, но нашему преподу на это наплевать. После этой пары я сразу же ушла из универа. Написав Чжухону, что мне безумно плохо, я направилась к нему.       Как назло по улице ещё гуляли влюблённые парочки. Возможно и мы бы с Чжу так ходили, но у меня больше чувств к нашему сексу, чем к нему самому. Я уже чувствую его дыхание на моей шее и по моему телу пробегает сотня мурашек.       Он, как обычно, встречает меня с голым торсом и довольной улыбкой. Но я в свою очередь запускаю свои пальцы в волосы Чжу, мои губы страстно целуют его губы, наслаждаются их жаром, мой язык блаженствует, прижимаясь к его языку. Он испытывает то же самое от близости со мной. И это возбуждает ещё сильнее.       И вот мы уже в его спальне. Внезапно он сажает меня, стаскивая с меня топик и швыряет на пол. — Я хочу чувствовать тебя, — говорит Чжу возле моих губ, а в это время его руки расстёгивают мой бюстгальтер. Одно мгновение — и я уже голая до пояса.       Он толкает меня на кровать, вдавливает в матрас; его губы и рука тянутся к моей груди. Мои пальцы крепко хватают его за волосы, когда он берёт мой сосок и тянет за него. Яркая молния пронзает моё тело и напрягает все мышцы внизу живота. Я кричу. — Да, малышка, я хочу слышать твой голос, — говорит он, касаясь губами моей разгорячённой кожи.       Ох, как я хочу, чтобы ты вошёл в меня! А он всё теребит губами мой сосок, сосёт, дёргает, заставляя меня извиваться, изгибаться, звать его к себе. Он дразнит меня пальцами; мой сосок твердеет и вытягивается от его умелых прикосновений. Его рука ловко расстёгивает пуговицу на моих джинсах, потом молнию и залезает в мои трусики. И вот его пальцы уже ласкают мой клитор.       Его дыхание делается хриплым и неровным, когда его палец скользит внутрь меня. Я поднимаю бёдра, толкаюсь в его ладонь. Он отвечает ласковым поглаживанием. — О малышка, — стонет он, с удивлением глядя мне в глаза. — Ты так намокла. — Потому что я хочу тебя.       Его губы сливаются с моими, и я ощущаю его жажду, его отчаянную потребность во мне. Он садится, стаскивает с меня джинсы, а потом и трусики.       Не отрывая от меня глаз, он встаёт, вынимает из кармана презерватив и бросает его мне, затем быстро сбрасывает джинсы и боксерские трусы. Я с готовностью разрываю упаковку и, когда он ложится рядом, медленно надеваю презерватив. Он хватает меня за руки и перекатывается на спину. — Ты. Сверху, — приказывает он. — Я хочу тебя видеть.       Он сажает меня верхом, и я нерешительно подчиняюсь его рукам. Он закрывает глаза и приподнимает бёдра мне навстречу, наполняет меня, растягивает. Когда он делает протяжный выдох, его рот образует круглое О. Как приятно — обладать им, отдаваться ему.       Он держит меня за руки, и я не понимаю, то ли чтобы поддержать, то ли чтобы не позволить дотрагиваться до него. — С тобой так приятно, — мурлычет он.       Я опять приподнимаюсь, опьянённая властью над ним, и гляжу, как Ли Чжухон медленно выходит из меня. Он опускает мои руки и берётся за бёдра, а я хватаюсь за его предплечья. Тут он резко входит в меня, вынуждая меня закричать. — Вот так, малышка, почувствуй меня, — произносит он напряжённым голосом.       Я запрокидываю голову и направляю всё своё внимание на его ритмичные движения. Как хорошо они ему удаются!       Я двигаюсь — в идеальной симметрии противодействуя его ритму, — и все мои мысли и плохое настроение куда-то улетучиваются. Я вся — ощущение, растворённое в океане удовольствия. Вверх и вниз… ещё и ещё… О да! Открываю глаза и, прерывисто дыша, смотрю на него сверху вниз. Он тоже глядит на меня горящими глазами. — Моя Джи, — шепчет он. — Да, — задыхаясь, вторю я.       Он громко стонет, закрывает глаза и запрокидывает голову. При виде пришедшего к финишу Чжу я тоже поспеваю за ним — громко, бурно, долго, а потом без сил падаю на него. — Ох, малышка, — стонет он и разжимает руки.       Моя голова покоится на его груди. Я вся горю, никак не могу отдышаться и с трудом перебарываю желание вытянуть губы и поцеловать его кожу. Он гладит мои волосы, потом его рука скользит по моей спине, ласкает её. Между тем его дыхание восстанавливается. — Ты очень красивая.       Я поднимаю голову и гляжу на него. С недоверием. Он тут же хмурит брови и быстро садится. От неожиданности я чуть не падаю, лишившись опоры. Он поддерживает меня своей сильной рукой. И вот мы уже оказываемся нос к носу. — Ты. Очень. Красивая, — повторяет он назидательным тоном. — А ты иногда бываешь удивительно милым. — Я ласково целую его.       Тут он выходит из меня. Я недовольно морщусь — жалко расставаться. Он успокаивает меня нежным поцелуем. — Ты нереально красивая и я безумно люблю тебя, Джи.       Он привлекает меня к себе. Я кладу руки ему на плечи, запускаю пальцы в его волосы и удивлённо заглядываю в глаза. — Ты моя, — повторяет он, сверкнув глазами. — Да, твоя, — с улыбкой заверяю его я.

***

      Какое восхитительное занятие для субботнего дня. Я стою под душем, рассеяно моюсь, стараясь не намочить волосы, и обдумываю последние пару часов. Кажется, Чжу и ванильная любовь не конфликтуют друг с другом.       Я выхожу из-под душа, вытираюсь, и на моём лице непроизвольно появляется ухмылка.       Глядя на своё отражение, я вспоминаю его слова и улыбаюсь. Моё сердце полно до краёв счастьем, а губы расплываются в глупой улыбке. Может, у нас что-то получится. Но долго ли он выдержит такие отношения?

***

Каждый раз, когда я остаюсь одна, я не могу не думать о тебе… Все, что я хочу, все, что мне нужно, если честно, — это только ты и я