В один день

Настал тот день, который так тщательно планировало всеобщее начальство – огромный банкет в честь захвата Италии. Собрались самые знатные люди, чтобы выпить и отпраздновать «победу». Один Германия не был так рад этому событию. Отчаяние не давало ему расслабиться, однако пиво помогало забыться и растаять во времени. - Людвиг, давай выпьем! - воскликнул ему кто-то. - Не откажусь. Играла веселая музыка, все начинали потихоньку пьянеть – всё, как в старых, добрых традициях. Вскоре пошли танцы, песни. Германия был уже пьян в хлам, но все же продолжал веселиться, даже позабыв о тех слезах, которые он проливал в те самые трудные ночи. Он забыл все. Он забыл себя. Единственное, что он не забыл, а точнее кого, - Италию. У него возникло сильное желание посетить его. «Подожди, - сказал он себе в мыслях, – надо отключить видеонаблюдение. Так.. где тот охранник, имеющий при себе ключи?..». Взгляд остановился на человека, такого же пьяного, как и он. - Халу!* - начал Германия. – Не одолжишь ключики? - Конечно! На, возьми, - без промедления охранник вручил Германии связку ключей. Он, прибыв в комнату для слежения с помощью камер, отключил всё. После этого Людвиг в нетрезвом состоянии побрел к знакомому месту, подпевая себе под нос песню. Его глаза сразу же обнаружили Феличиано, который спал на том же матрасе. Одним движением ключа Германия отворил дверцу. Мозг как будто отключился окончательно, он еле контролировал себя. - Италия, просыпайся… В сонном состоянии парень, полностью уже измученный, поднял свои веки. Их взгляды встретились, они невзначай улыбнулись друг другу. - Дойцу… Ты пришел, чтобы спасти меня? - Хотелось бы мне сказать «да», однако сегодня много людей в здании – я не смогу тебя вывести отсюда. - Жаль… Но я очень рад тебя видеть! - радостно, хоть и устало, со слабой улыбкой, произнес Италия. - Я тоже. «Всё, я на пределе. Больше не могу». - Дойцу, я… Не успел Италия сказать, как на него набросился Германия со страстным поцелуем. Языки сплелись, их переполняло возбуждение от чувства встречи после долгой разлуки. Не долго думая, Людвиг начал целовать шею, ключицы, спускался все ниже и ниже. Италия не сопротивлялся: он слишком ослаб за неделю. На нем были растрепанная футболка и легкие шорты, которые блондин вскоре начал снимать. Ощутив пальцами пах Италии, он ласкал и гладил, дразнил тем самым полностью красным от смущения парня, который в свою очередь старался очень тихо стонать, чтобы их не обнаружили. Людвигу это было мало. Он неожиданно для Феличиано поставил его раком, отчего тот немного испугался. - Д-Дойцу! Постой-! Германия как будто оглох; он не впопыхах достал свой член и без смазки резко вошел. Италия от внезапной боли хотел вскрикнуть, но большая ладонь уже успела закрыть рот. Быстрые и жесткие толчки заставляли парня пускать слезы. Всхлипы и стоны смешались и стали единым звуком. Казалось, что время остановилось только для них. - Я собираюсь кончить в тебя, - сказал Германия уверенным голосом. Сам Италия еле сдерживался испускать сперму; ему казалось, что еще чуть-чуть – и его разорвет на части от перевозбуждения. Последний толчок. Член Германии проник глубоко, дав почувствовать Феличиано эйфорию боли. Все закончилось в одно мгновение. - Прости, я чуток испачкал матрас, - проговорил с ухмылкой Германия. - Дурак! - надул щеки Италия, подвинулся ближе к лицу и поцеловал так, будто это был их последний поцелуй: нежно, горячо и холодно одновременно. С маленького окошка дул прохладный ветер. - Уже ночь, - произнес Людвиг. – К сожалению, мне придется тебя оставить здесь. Италия поник голову, показывая этим свою грусть. - Не переживай: я обещаю, что вытащу тебя отсюда. - Честное слово? - Да. *** Германия провел несколько совещаний с другими странами. Они решили освободить Италию с помощью их мнений и начальств. Много раз босс Германии отказывал. Однако, когда страны прибегли к угрозам о заключении союза стран против государства, он сдался и официально отпустил пленника.