КУРЕНИЕ УБИВАЕТ

Утро было по-осеннему прохладным. Под ногами вились редкие лимонно-жёлтые листья, пара бездомных собак дрожала у тротуара, жадно принюхиваясь к мясным запахам из соседней чебуречной. Серое небо и моросящий дождь заставляли зябнуть. Иван Брагинский отправлялся на работу. Ёжась от холода и втягивая голову в плечи, он хмуро перепрыгивал небольшие, но от этого не менее мокрые лужи, нервным шагом направляясь к табачному ларьку. Облегчённо привалившись к влажному выступу для сумок, Иван склонился к открытому окошку, откуда несло сухим теплом. – Девушка, – обратился он. – А, девушка… а какие сигареты у вас есть? Продавщица вяло встрепенулась, словно не веря, что кому-то она в такую рань понадобилась. Откинув с плеча спутанную прядь крашеных белокурых волос, она тоскливо шмыгнула носом: – Парламент, Море, Беломор, Пётр I, Ява… – Нет-нет, вы не поняли. Мне Яву, но какие у вас есть? – расплылся в хитрой улыбке Иван, умело балансируя на маленьком, но относительно сухом участке асфальта перед ларьком. – Современная, Классическая, Оригинальная, Золотая Особая… – чуть хрипловато и очень неохотно начала перечислять продавщица. – Девушка… – с укором и широкой улыбкой произнёс Иван, глядя на неё исподлобья. – Ну что вы как не родная. Продавщица сонно моргнула, кажется, наконец узнав его, и немного оживилась. – Ну так бы сразу сказали, а то "девушка, девушка", – с почти кокетливой улыбкой окинув его взглядом, она выложила на прилавок несколько пачек. – Вам Золотую Классическую, как обычно? Россия одобрительно промычал в ответ, пробежавшись пальцами по товару. – Дайте-ка вот эту, – наконец, ткнув в крайнюю, промурчал он. – И вот соседнюю, про бесплодие, сестре вышлю. Я, может, ещё надеюсь стать дядей какого-нибудь Квебека. – Неплохой выбор, – весело усмехнулась продавщица, выложив ему две выбранные пачки. Расплатившись, Брагинский тут же счастливо растерзал одну. С мазохистским удовольствием сунув в рот сигарету, он прочёл надпись "Курение может стать причиной медленной и болезненной смерти" и чиркнул зажигалкой. – Ах, медленная болезненная смерть, жди меня! – смачно, с причмокиванием затянувшись, громко произнёс Иван, а после, радостно жмурясь, запрокинул голову дождю. "Вот бы на водке такое сделали", – с надеждой подумал Брагинский, приоткрыв глаза и посмотрев на унылое московское небо. Всё-таки после вступления в силу нового технического регламента жить стало лучше. Жить стало веселей.