Под потолком

      — Хм.       Тенья деловито смахивает налипшую на очки паутинку и думает, что уборку в гостиной необходимо делать чаще и тщательнее — люстра завешена паучьими сетями так густо, словно её зачехлили. И что нужно всё-таки поумерить свою жестикуляцию. И что его начинает подташнивать.       — Урарака-кун, я буду очень признателен, если ты поможешь мне спуститься.       И углы тоже стоило бы обметать — хотя бы ради Коды-куна, у которого на днях едва истерика не случилась, когда с потолка на него спустился паучок — небольшой и безобидный, но, вне всякого сомнения, восьминогий, многоглазый и ужасающий.       — Сейчас! Я думаю. Вообще-то ты можешь просто деактивировать причуду… — Урарака-кун обхватывает голову ладонями, привычно оттопырив указательные пальцы. — Нет, не надо, потолки высокие! Подожди…       Тенья ждёт и старательно придерживает желудок языком. Урарака-кун — настоящая героиня, при всех побочных эффектах своей причуды продолжает так упорно идти… лететь… парить?… в направлении цели, и Тенья непременно споёт ей хвалебную оду, как только окажется на твёрдой земле и сможет открывать рот с уверенностью, что оттуда вылетят только слова.       — А вообще, это нечестно! Ты летаешь, а почему у меня не появились двигатели? — Урарака-кун слегка обиженно надувает и без того круглые щёки, поджимает пухлые губы. «Очаровательно», — думает Тенья. Но вслух говорит:       — Потому что это мутация с физическим проявлением. Маловероятно, что… Урарака-кун, закрой окно!..       А стёкла стоило бы мыть чаще и тщательнее. Особенно теперь, когда на верхней секции окна красуется отпечаток его, Теньи, щеки.       — …п-пожалуйста, — добавляет Тенья, поправляя съехавшие на одно ухо очки. Урарака-кун сосредоточенно жуёт нижнюю губу и, просияв, просит его подождать и никуда не уходить, и куда-то убегает. Тенья не рискует даже ответить, только думает несчастно: «да куда же я уйду…»       Урараки-кун нет несколько минут, и за это время Тенья успевает сделать мысленных пометок на целый блокнот. Самая важная — стоило бы быть значительно внимательнее, когда они идут куда-либо в людное место — Тенья не может заставить себя назвать их совместное посещение выставки «свиданием», это слишком неловко и смущает, — особенно если там могут быть дети. Как известно, около шестидесяти процентов несовершеннолетних носителей причуд неспособны контролировать свои силы в моменты эмоционального возбуждения. И Тенья никак не может винить мальчика лет пяти, который с восторженным визгом «Мама, смотри! Это же Уравити и Ингениум!» рванул к ним через весь павильон. И за спонтанную и, к сожалению, оставшуюся незамеченной активацию причуды — тоже…       — Иида-кун, сейчас мы тебя поймаем! — зовёт вернувшаяся Урарака-кун, таща за собой озадаченного и сонного Серо-куна. Тот смотрит на Тенью с почти осязаемым недоумением, уже открывает рот, явно намереваясь завалить вопросами, но только зевает и выпускает пять метров скотча, за который Тенья, побарахтавшись под потолком, цепляется руками и ногами.       — Может, тебя пока к полу приклеить? Или к дивану, — предлагает Серо-кун и явно даже не думает о порче школьного имущества, о чём Тенья с праведным возмущением пытается ему сообщить. В любом случае, стоит в первую очередь поблагодарить спасителей, а ещё — связаться с местным бюро регистрации причуд, чтобы найти малолетнего виновника всего происходящего. А до тех пор нужно постараться не прикасаться ни к чему и ни к кому всеми пятью пальцами…       — Иида-кун!.. Ох, Серо-кун, нужен ещё скотч…       В первую очередь — к себе.