My Dear Director

Missing you like this is such sweet sorrow Скучаю по тебе, как по сладкой печали, Won’t you come back to me? Неужели ты больше не вернешься ко мне? I’ll be here, today and here tomorrow Я буду здесь, сегодня и завтра, In dark blue Tennessee В темно–синем Теннесси.

***

— Оу… — только и сумела произнести Шарп. Разве вот так она потеряет друга, которого недавно обрела? — Да, оу, — повторила Лэнс. Зари невольно наблюдала за этой сценой, замечая ту грусть на лице напарницы и Шарп, хоть они и стояли в нескольких метрах от неё. Она помнит рассказы Сары о том, как весело проводить время с Директором. О, она точно будет скучать по ней. Она лучше всех знала, что Лэнс быстро привязывалась к пациентам, особенно с тем, с кем любила общаться. — Ты быстро поправилась, поэтому нет смысла держать тебя здесь, — говорит блондинка, она знала, что первоначально Шарп должна здесь быть до конца месяца. Эвелин не отвечает, понимая, что уже завтра-послезавтра она сможет приступить к своей работе, исправляя косяки Гэри и строя планы о том, как поймать террористов. Вторым она занималась ещё с первых дней, как оказалась здесь, а потом начала проводить время с Лэнс и мыслей в голове больше не было. — Я буду скучать по тебе, Эвелин, — горько улыбнулась блондинка, оставляя Шарп в одиночестве. В какой момент привязанность к этому доктору стала настолько сильной? Она никогда не старалась привязаться к людям, ведь потом их так сложно отпустить. Особенно с её работой, тогда такого дорогого человека можно потерять в считанные дни, часы, минуты… — Хей, Директор Шарп, — свистнула ей Зари, — подойдите. Эвелин медленными шагами направилась к медсестре. — Это, конечно, очень сильно не моё дело, но я думаю, что если вы оставите Саре свой номерок, она бы была на седьмом небе. — Эвелин хотела закатить глаза на такой совет, но потом поняла, что это было бы неплохо. Она обязательно подумает насчет этого. Оказавшись в своей палате, Шарп выглянула из окна. Светило яркое солнце, которое озаряло всю её комнату, отчего здесь было жарко, и лучше выхода она не нашла, кроме как ходить по коридору, пока оно не сядет хоть немного. Или может поразмышлять насчет совета Зари? Ни Сара, ни сама Эвелин не хотели прощаться, это было видно. — Зари, — она окликнула медсестру, которая вот-вот собиралась пойти на ужин. — Да, Директор Шарп? — медсестра развернулась. — Я насчет… — стоит ли вообще говорить об этом с ней? Зари не была похожа на ту, которая умела хранить чужие секреты. — Насчет Сары? — продолжила та, замечая некое сомнение в голосе пациентки. — Да. — О чем Вы хотите поговорить? — она села на стул, подпирая голову руками. — Я уже говорила, оставьте ей номер. Сара хоть не так сильно будет скучать, если будет знать, что сможет хоть каким-то образом связаться с Вами. — У неё разве других дел не будет? — спросила Эвелин, стараясь выманить любую информацию о Лэнс. Она знала такой прием, когда спрашиваешь у человека что-то, что касается его частной жизни, а тебе выкладывают о нем даже больше, чем нужно. — Она живет только работой, — ответила медсестра, — и друзьями, которые раньше были её пациентами. То есть… Сара свободна? Странно, что у такой девушки как она нет пары. Ну, если она всё время проводит на работе, логично же, что у неё никого нет. — Зачем всё усложнять? — пожала плечами Зари. — Я на ужин. Эвелин помахала ей, отправляясь назад в палату, доставая из сумки ручку и тетрадки, вырывая листок. Написать ей свой рабочий или личный? Черт, а просто номер или ещё что-нибудь подписать? Звони мне, если будут проблемы: 234-124-871. — она указала личный, но этого всё равно было мало. Звони мне, если будут проблемы: 234-124-871…Или если захочешь поговорить Эвелин. Поговорить о чем? С каких пор Шарп психолог? … Или если захочешь поговорить. Или если соскучишься. Да, так несомненно лучше. Время для Шарп тянулось мучительно долго. С одной стороны хотелось побыстрее вернуться на работу в Вашингтон, а с другой — как можно дольше побыть здесь… Лэнс не заходила к ней весь день, и почему-то Эвелин было спокойнее от этого, ведь не пришлось бы встречаться с её грустными глазами. За две недели эта палата стала ей вторым домом, и у неё здесь было много личных вещей, поэтому лучше их убрать, хоть как-то занять свободное время. На столе лежала фотография Сары и её собаки Митси, которую она принесла пару дней назад, чтобы показать Эвелин. Интересно, она забыла про неё? — думает Шарп, но кладет её в сумку, в отдельный карман. Хоть какое-то напоминание у неё останется о Саре, если вдруг они больше не увидятся… Увидимся, — Эвелин поправляет свои мысли. Здесь были все её записи, которые она делала в течении этого времени. Половину она отправляет в мусорку, а половину — в сумку. Вечер проходит довольно скучно, и она удивляется, что Лэнс не пришла навестить её. Она ведь даже как врач должна зайти к ней вечером, даже если не хочет этого. Особенно она должна была сделать это перед выпиской. Разве их встреча утром станет последней? Сара явно избегает встречи. Раздался звонок телефона. — Директор Шарп? — о, Гэри. — Сегодня я ночью вылетаю в Тампу, у меня получится забрать Вас с утра. — Хорошо, Гэри. — безразлично ответила она. — Как Вы себя чувс… — Шарп сбрасывает раньше, прежде чем помощник успевает закончить вопрос. — твуете… Она откладывает телефон, ставя его на зарядку и ложась на диван, на правый бок. Эвелин помнит, что Сара спала здесь. Осталось продержаться ночь и станет легче, — думает она. Наверное, станет легче.

***

— Директора Шарп выпишут через четыре дня, у нас ещё есть время, — говорил паренек невысокого роста. — У нас мало времени, идиот, — рычал мужчина постарше. — Если не проберемся в Тампу до завтрашнего вечера, то план пойдет коту под… сам догадаешься, куда он пойдет. Эта сучка Шарп копала слишком глубоко, нужно как можно скорее избавиться от неё. Парень кивнул, после чего подошел к стене, где на фото была изображена Эвелин, которая выглядывала из окна поздним вечером. Он вспоминал моменты, когда им приходилось работать вместе. Всё изменилось слишком быстро. Друзья часто становятся врагами.

***

— Директор Шарп, я надеюсь Ваше пребывание здесь не было столь ужасным, как мы могли думать. — говорил главврач, — и чтобы у Вас была память об этом месте, мы дарим Вам это. Он протянул Эвелин небольшой макет госпиталя, который она с улыбкой приняла. Она неприменно будет скучать по этому месту, особенно по одному человеку, который даже не пришел её проводить. Почти весь персонал больницы стоял на вертолетной площадке, но только не Сара. Со вчерашнего дня её нигде не было видно. Зари ей сказала, что она работает на других этажах, но ведь даже когда Лэнс работала там, то находила способ и время увидеться с Эвелин. — Спасибо вам всем, — говорит Шарп, после чего направляется к вертолету, где её ждал Гэри и охрана. Она сидела на заднем сидении вертолета, который отвезет её в аэропорт к самолету. Интересно, Зари передаст ту записку, которую она попросила ей передать? Или в конце-концов, она же Директор ФБР, её не затруднит достать номер Лэнс. Пока они ждали пилота, она смотрела в окно на персонал Тампы. Они начали расходиться, и в толпе она заметила знакомую блондинистую макушку. — Сара? — спросила она скорее для самой себя. — Нет, Гэри. — сказал помощник. Она недовольно посмотрела на него, а затем вышла из вертолета, шагая к Лэнс, которая кажется не видела её. Девушка стояла среди толпы, изредка поглядывая на вертолет. — Сара. — она услышала знакомый голос за спиной. Черт… — Хей, Ава, — с натянутой радостью ответила она. — Я ждала тебя прошлым вечером, — Шарп заметила какой-то листок бумаги в её руках, — а ты не пришла. Сара начала чувствовать свою вину. Она ведь хотела навестить Аву, но боялась. — Прости, было много работы… — Ава слышала её вранье. — Раньше тебя это не беспокоило. — отразила Директор. — Сара, что произошло? Эвелин чувствовала это напряжение между ними. Дело было не только в Лэнс, которая избегала её в последний день. Что-то произошло. И это что-то мешало им нормально общаться сейчас. Голос Сары будто просил Шарп побыстрее уйти, а глаза — остаться здесь, во Флориде. Больно отпускать тех, к кому так привыкаешь и тех, кто меняет твою жизнь. — Директор Шарп, — Гэри постучал по часам на руке, оповещая, что пилот уже здесь. — Прощай…? — Лэнс похлопала её по плечу, а после рука опустилась ниже, до кармана. Эвелин могла чувствовать, что она что-то туда положила, но не стала смотреть сразу же. — До встречи, Сара, — она натянула улыбку, затем вернулась в вертолет. — Пока… — прошептала Сара, махая ей. Она тут же убежала, когда вертолет начал взлетать. Невыносимо было терпеть это. В коридоре было темно, а в палате Шарп, в которую она зашла — светлее. Она оглянулась, вспоминая, что ещё один день назад здесь было много вещей Эвелин, в том числе и она сама. Пожалуй это было моментом, когда скучаешь по человеку, а не по времени, проведенным с ним. Не плакать. Не плачь, Сара. Она всего лишь вернулась домой, а не умерла. — Сара? — в палату зашла Зари. — Я хочу побыть одной, — ответила она, не желая никого видеть. Она желала видеть только одного человека в данный момент. И как за такое время можно так сильно привязаться к кому-то. Это не было похоже на дружбу, здесь было что-то другое. Сара понимает, что влюбилась в Директора ФБР. — Тебе Эвелин оставила записку, — Лэнс вздрагивает, слыша такое знакомое имя. Томас оставила её на кровати, покидая палату. Сара развернула листок… Звони мне, если будут проблемы: 234-124-871… Или если соскучишься

***

Вашингтон встречает Шарп холодом и дождем. Да, после двух недель в солнечной Флориде будет сложновато привыкнуть к такому. Погода будто подстроилась под настроение Эвелин. И неважно, что в Вашингтоне она часто была такой. — Директор Шарп, Вы сама не своя. Что-то случилось? — спросил Гэри. Он замечал ту грусть на лице Директора. — Ничего. Просто плохое предчувствие. А плохое предчувствие у неё было на самом деле. Но что должно произойти не так? После того теракта в Тампе не было никаких взрывов. Ощущение, будто сейчас произойдет что-то ужасное съедало Шарп изнутри, не давая здраво мыслить и порадоваться своему возвращению в любимый офис, кабинет. Эти улыбки агентов, подчиненных, они не приносили никакой радости, только тоску. Из-за Сары. Из-за её поведения. Ава слышит звонок. Незнакомый номер. Она отвечает. — Привет, Эвелин. — она улыбается, впервые так искренне за этот день, ведь этот голос она может узнать из кучи других. Сара. — Всё таки Зари передала тебе мою записку? — она садится в кресло. Бумаги, которые две недели лежали не тронутыми на её столе так и остались на нем. Это звонок от Сары. Такой важный и ожидаемый. — Ты долетела? — спрашивает девушка. — Да. Терпеть не могу летать в самолетах. — Правда? А я люблю. Видишь мир с такой высоты, классно же. — в голосе Сары такие нотки, будто она не знает, о чем спросить. — Здесь так холодно. Скучаю по Флориде. — говорит Шарп, закидывая ногу на ногу. — А вот я бы пожила в холодном месте, надоела эта жара. Шарп слышит посторонние шумы на телефоне, Лэнс явно занимается чем-то ещё, помимо этого разговора. — Я надеюсь тебе дали много выходных. — Целых четыре дня, представляешь. Вот сейчас собираемся с Зари, она живет в соседнем доме. — Рада за тебя. — Эвелин вздыхает, — Ты ведь позвонила не просто чтобы узнать, долетела я или нет, — ей на самом деле хотелось знать это. Сара молчит несколько секунд. — Я просто хотела услышать твой голос, — честно признается блондинка, — и узнать как ты. — Теперь лучше. — она вспоминает о том, что Сара засунула ей в карман листок. Она достает его, разворачивая. +1 863-223-4373. Сара. — А теперь вообще замечательно. — договаривает Директор. — Почему? Звонок оборвался. Шарп думает, что у неё просто разрядился телефон, и черт, это настолько неподходящее время, чтобы разрядиться. Она откладывает его на стол, и в ту же секунду в кабинет влетает Гэри. — Директор Шарп, в госпитале Тампа Дженерал прогремело три мощных взрыва.