Чонгук, кто же ты для меня?

      Хосок и Чиминка проснулись около полутора часа назад, но это не мешало им расслабленно лежать в теплой кровати и нежиться в объятиях друг друга.       Младший через минут пять после пробуждения залез на животик старшего и не позволял тому подняться с атласных простыней. Чимин бурчал что-то неразборчивое, а спустя ещё пару секунд стало понятно несколько фактов, которые старался донести альфа.       Он говорил о том, что нельзя так рано вставать, ведь это издевательство над их с омегой здоровьем и организмами. Но на самом деле малыш Чим хотел просто поиграть с хеном и немного погладить его бархатную кожу.        А по словам же омеги, долгое пробуждение в кровати может навредить молодому альфе, которому нужно много двигаться. Хотя, какая уже разница, что говорит омега, ведь альфочка смог пропустить эти слова мимо ушей. Но все же, от каждого звука, который доносился из-за двери прислуги, ёрзанье Хосока и чуть не закатная того в матрас. На что омега изучено выдохнул через носик, облизал пересохшие губы, не прекращая улыбаться от всего сердца.       Омега довольно жмурил глаза и каждую минуту пытался оторвать хотя бы голову от коварной подушки, но шустрый альфочка умудрялся оказываться везде, где только можно было. Ведь он поставил перед собой миссию, которая не позволяла омеге уйти умываться и принимать ранний душ.       Альфочка эффективно справлялся с поставленной задачей, а точнее сказать, ему из-за расслабленных мышц Хосока удавалось сохранить его в горизонтальном положении. Омега все больше и больше прогибался в спине, а ловкие пальчики Чимина пробирались под домашнюю футболку парня, ощупывая подушечками нежную кожу. Затем они продолжили скользить по плоскому животу, подниматься к груди, к ключицам и, в скором будущем, и к лебединой шее, начиная щекотать чувствительные места.       Когда пальчики альфочки дошли до ключиц, Хосок еще больше зажмурил глаза, ведь так удобнее было заливисто смеяться. Он сильнее заерзал под Чимином, начиная его тоже щекотать. Маленький сорванец, ощутив щекотку, немного ослабил свое нападение, чем помог старшему исполнять свою ранее задуманную месть.       Спустя ещё несколько минут таких игр, они все же, тяжело дыша, смогли подняться с кровати и потопать в ванную комнату для того, чтобы принять утренний душ, умыться и почистить зубы пахнущей пастой.       По дороге альфочка успел приказать прислуге приготовить самый вкусный и аппетитный завтрак, а омега, как маленький ребенок, в свою очередь, не смог удержаться от того, чтобы не завязать крошке-альфе нескольких смешных хвостиков, которые напоминали героиню аниме «Наруто» — Темари.       Чиминка недовольно фыркал, пытаясь хоть как-то утихомирить, вроде бы, взрослого парня, но из его попыток в результате ничего нормального не получилось, ведь мартышка Хоуп не захотел угомонить свой адреналин в крови.       Спустя еще несколько минут Хосок принял душ, надел новую одежду, которую заранее для него подготовил Джун перед уездом. Казалось, будто бы только этот альфа с Чимином заботятся о недавно прибывшем в Сеул.       Хосок вытер лицо полотенцем, уложил свои волосы и подошёл к младшему, чтобы помочь ему. Чиминка с щеткой во рту попытался что-то новенькое рассказать омеге, но с его рта потекла разноцветная пена детской зубной пасты. Хосок заливисто рассмеялся, пытаясь смыть её с пухлых губ малыша, попутно не запачкаться. Но в результате они оба оказались мокрыми, и им снова пришлось принимать душ, ведь пена была даже в волосах омеги.       — Хосок! Хватит! Ай, прекрати. Я и так весь мокрый из-за тебя и твоей дурацкой жидкости, — хихикая, пролепетал Чиминка. Он заново начал брызгать в омегу водой из-под крана, ведь тот в ответ делал тоже самое.       Старший ещё сильнее рассмеялся. Он облизал свои губки и со всей дозволенной скоростью подбежал к альфе, взял его на руки и со спины обмотал пушистым махровым полотенцем. Младший в ответ попытался выскользнуть из таких объятий, но Хосок ближе прижал к себе малыша и легонько поцеловал в носик. Щёчки Чиминки залились румянцем, а пальчики скользнули по красивым ключицам омеги. Хосок облегченно выдохнул, почувствовав, как теплая щёчка коснулась его груди, и он тихо мурлыкнул, чувствуя, как младший ножками обвил талию.       Чиминка немного угомонил свой азартный пыл, когда они вдвоем вышли из ванной и отправились по коридору в тёплую комнату, которая находилась на втором этаже этого огромного дома. А вот Хосоку наоборот — что-то стукнуло по голове, и он с большим рвением начал заново чудить не по-детски, вовлекая младшего в свою глупую игру. — Да, прекрати же ты! Я сам могу передвигать ноги! Я умею ходить! Поставь меня на землю! Ой… В смысле, на пол, — достаточно громко пробурчал малыш, чувствуя как руки омеги подхватывают его и прижимают к себе. Он аккуратно придержал альфочку одной рукой за ягодицы, а другой — погладил по волосам, спускаясь изящными пальчиками на затылок.       Альфа несколько раз попытался оттолкнуть от себя мокрого старшего, но тот так сильно держал его, что пришлось от безысходности уткнуться холодным носиком в тяжело вздымающуюся грудь Чона. От чего тот тихо хихикнул, снова покраснел и сделал вид, будто бы он совершенно не причём и к происходящему вокруг не имеет никакого отношения.       Зайдя в комнату и подойдя к кровати, Хосок усадил Чиминку на атласное покрывало, и поцеловал нежно крошечный носик. Он попросил альфочку одеваться в школу, а сам помчался за вкусной порцией свежевыжатого сока и прекрасно пахнущими булочками, которые, между прочим, они сами вчера вечером пекли.       Пока омега бегал по вкусняшки, Чимин успел надеть школьную форму, уложить волосы в довольно неплохую причёску и собрать на сегодня портфель. Он даже смог достать свой телефон и немного поиграть в свою любимую игру, которую они скачивали с отцом.       Вспоминая о том как они с родителем веселились и радовались жизни, малыш нежно улыбнулся, прикрыл глаза и мечтательно задумался, вспоминая моменты из прошлого. — Чими, я вернулся! — крикнул Хосок, аккуратно заходя с подносом в руках. — Давай кушать, а потом бежать в школу, — добавил он, ставя еду на столик, который находился возле кровати.        Выйдя из раздумий, Чимин спрыгнул с кровати, подбежал к столу и сел на стульчик, внимательно осматривая стаканы и тарелочки: — А где булочки с банановым кремом? — растерянно спросил он, притягивая персиковый сок. — Оф… Я, кажется, их забыл вытащить из микроволновки. Прости, Минни. Сейчас я их принесу. Минутку. Подожди, пожалуйста. — Не нужно. Я тогда покушаю с вишневым, — улыбнулся малыш, останавливая Хосока на полпути. Тот как-то виновато смотрит, а затем снова пытается улыбнуться, ведь из-за своей забывчивости только что ребенка оставил без его любимых булочек. — Мы обязательно их покушаем сегодня. Я обещаю тебе, Минни. Но сейчас нам нужно быстрее торопиться в школу, а то опаздывать — плохо.        Альфочка хихикнул, умостился поудобнее и принялся за еду. Хосок тоже быстро переоделся и присоединился к трапезе Чимина. А через час они оба уже были в школе.        Зайдя в нужный кабинет, альфочка поцеловал омегу в щёчку и побежал к своим друзьям, на прощание помахав ему рукой. Хосок развернулся, чтобы уходить, но на входе стоял довольно красивый альфа лет двадцати трёх. Он перегородил омеге дорогу и, взявшись за его руку, потащил в какой-то кабинет.        Позже выяснилось, что это учитель рисования и музыкального искусства, Мин Юнги. Также в школе он известный как классный руководитель самого лучшего класса, в котором учится Чимин. Альфа иногда, если очень сильно нужно, может быть репетитором иностранных языков. Английский, немецкий, французский и итальянский — языки он знал безупречно, поэтому ученики с восхищением смотрели на него и часто завидовали друг другу, когда кто-то оставался с ним наедине. Некоторые старшеклассники даже пытались его соблазнить и как-то затащить в постель, чтобы их учитель помог бесплатно выучить несколько иностранных слов. Понятное дело, Юнги это не нравилось, поэтому он старался не афишировать свои умения и знания, прячась за обычной маской преподавателя.       Но сейчас его внутренняя сущность проснулся и захотел получить номер телефона едва знакомого человека, который запал ему прямо в сердце. Пофиг, что это совершенно незнакомый омега и у него в глазах читается недоумение перемешанное со страхом. Главное, чтобы в его записной книге находился номер из десяти цифр. — Эм… Простите, господин. Но зачем мы сюда пришли? — смущённо проговорил Хосок, осматриваясь в незнакомом помещение, которое по своему внешнему виду напоминает кабинет музыки.       «Что? Господин? Малыш, да ты сводишь меня с ума…» — мысленно проговорил Юнги, усаживая Хосока на стул возле огромного фортепиано. Он плавного скользнул руками к предплечьям омеги, сжал немного свои пальцы и тихо шепнул «играй, фея».       Хосок ошарашенно поднял глаза и встретился с азартным огоньком омутов учителя, тихо вздрогнул, глотая вязкую слюну, и принялся выполнять просьбу учителя. Тот довольно улыбнулся, опустил свои пушистые ресницы, немного нагнулся к шее омеги и едва коснулся губами того места там, где должна быть метка, как послышался крик Чимина: — Не трогай его! Он мой, — разъяренно шипя, зло выплюнул альфочка и потянул омегу на себя, из-за чего под пальцы омеги попались практически все клавиши фортепиано.       Неприятный звук заполонил помещение, и взгляды двух альф пересеклись. Юнги смотрел растерянно и непонимающе, приблизительно так, как Хосок секундами ранее. Его недавний огонек глаз иссяк, куда-то исчез, но в душе осталась какая-то необъяснимая тревога. Чимин же испепелял учителя взглядом и тихо рычал от негодования. Ему не понравилось, как Юнги обращался с Хосоком, а значит: нужно высказать все напрямую и не скрывать свои внутренние эмоции. — Старый извращенец, ты, какого черта, зыришь на то, что тебе не принадлежит? Ты, какого хрена, трогаешь моё, если я тебе не разрешал к нему прикасаться! Он мой и моего отца! Понял меня, ублюдок?       Глаза Юнги ещё больше расширились, а лицо приобрело мертвенно бледный оттенок. Он то открывал, то закрывал рот, напоминая рыбу, которую бросили умирать на суше. Немного придя в себя от услышанного, он перевел внимательный взгляд на Хосока, который, благодаря Чимину, сидел уже на полу и непонимающе хлопал своими ресницами, напряженно переводил взгляд от Юнги на Чимина, а затем — наоборот — от Чимина на Юнги. — Что ты пялишься на него! Я сказал не смотреть на Хосока! Он мой и моего отца! — повышая голос, завопил альфочка, пытаясь переключить внимание учителя на себя. Но, заметив, что криков Юнги не слышит, Чимин схватил старшего за рукав и потянул на себя. Тот тяжело дыша, все же переводит взгляд на своего любимого ученика и тихо выдавливает из себя едва слышный ответ: — Я и не смотрю… — а затем краем глаза цепляет Хосока.        Так они просидели минут десять, пока по всей школе не прозвенел звонок, который оповещал всех о том, что начался первый урок.        От резкого шума в ушах, Хосок закрыл их. Чимин и Юнги взглянули друг на друга, а затем в унисон сказали омеге сидеть в этом кабинете, а сами пошли на урок, не забывая закрыть дверь на ключ после своего ухода.        Хосок поднялся на дрожащие ноги, снова осмотрелся вокруг и, не заметив ни одного окна, рванул к единому выходу. — Что только что произошло со мной? Как зовут этого мужчину? Почему Чимин так отреагировал на него? И почему этот «альфа» похож на школьного учителя? Если он действительно преподаватель, тогда почему он ничего не сказал Чимину по поводу мата? Господи, куда я попал? Как мне отсюда выбраться живым и здоровым? Столько вопросов, а ответа ни одного нет, — в отчаянье прошептал омега, стуча из-за стара ослабевшими кулачками по деревянной двери.        Никто из присутствующих в школе его не слышал. А предательские мысли, как назло, начали судорожно наводить в голове бардак из домыслов и теорий, которые мешали нормально оценить сложившиеся обстоятельства.