Учитель

Даня как в тумане добегает до дома, заваливаясь на кровать, уткнулся носом в подушку и почти моментально уснул. Но даже за ту минуту, пока он был в сознании, из его глаз вытекло немного слез. — «Это же конец» *** А проснулся парень от того, что его телефон разрывался от звонков. Потерев глаза и зевнув, Даня принял вызов. — Ну может ты откроешь? — хихикнув спросил голос из динамика. — Руслан? — Данила посмотрел на дисплей. Именно он. — Который час? — спросил юноша, вставая, покачиваясь, он-таки подошёл к двери и быстро распахнул её, пихая телефон в карман. — Привет, — рассмеялся мужчина, шагая в квартиру. — Ты спал что ли? Даня не ответил, лишь кивнул и потёр глаза. Его взгляд упал на зеркало в прихожей. Волосы были растрёпанным и торчали во все стороны. Рубашка была вся измята. Штаны немного сползли, показывая всему миру черную резинку боксёр, заметив это, Даня немного покраснел. — Так что делать будем? — хмыкнул Руслан, оглядываясь. Он бывал тут раза три, да и то, когда они собирались пойти куда-нибудь вместе и Руслан заходил за… другом? Можно ли их так назвать? — Спать, — поднимает голову Даня, улыбаясь. — Я же говорил. — А может что-нибудь по-интереснее придумаем? — тихо спрашивает брюнет, подходя к парню. — Например? — коротко спрашивает тот. — Ну не знаю, — шёпотом тянет Усачев, обнимает Данилу за бёдра, прижимая его к себе. — У тебя идей нет? — Мозг отклю-, — начинает тараторить Поперечный, как вдруг чувствует губы на своей шее. — чился… — Даже сейчас? — ухмыльнувшись, Руслан хищно смотрит в глаза уставшему недостуденту. — Спать. У меня была идея поспать, — чуть покраснев, тот начал отталкивать от себя учителя, но его кажись начали прижимать сильнее. — Хорошо, — утихомирившись, Усачев взял мальчишку на руки и отнёс обратно в комнату, где уже было темно, и лишь фонари с улицы как-то освещали её. Он обнял его сзади за талию, вдыхая любимый запах. — Отодвинь свою нижнюю часть от меня. Я не смогу так заснуть, — и правда. Сердце бешено колотится, румянец не отступает, а в животе странно тянет от этих прикосновений. — А я думал, что ты уже взрослый. Может пора привыкать? — он не собирался отодвигаться, лишь обвивая его тело руками, словно змеями. — Я взрослый! Просто не надо, — Данила схватился за руки Руслана, пытаясь отцепить их от себя. — Признай, ты ведь хочешь этого. Об этом тебе говорят гормоны, а твой разум отрицает. Я ведь прав? — вопрос прошептали на ушко, куснув за мочку. Школьник вжал голову в плечи, «прячась» от Вихлянцева, а ухо покраснело и горело, будто его обожгли. — П-перестань. Ничего ты не прав. И вообще отпусти меня уже. — Твоё сопротивление лишь заводит меня сильнее, — от чувствительного местечка Руслан перешёл дорожкой поцелуев к шее, оставляя метку. Это будет уже проблема Поперечного, а сейчас у него другая. — Извращенец, — юноша сжимает одеяло от приходящих ощущений и уже почти не сопротивляется. Он до сих пор думает о том, как это неправильно, но в этом мире и так много неправильных вещей. — Называй как хочешь, — холодные руки поползли под рубашку, заставляя мурашки пробежаться по телу и втянуть живот. Одна рука продолжает свой путь до подбородка и разворачивает голову мальчишки к губам Вихлянцева. Вторая же проползла по шаловливому пути, оттянув резинку боксёров и уже играясь с пахом. Поцелуй лишь был отвлекающим манёвром. Поперечный стонет в губы Руслана от его холодных рук, что дотрагиваются до нижней части тела, ведь это не так приятно, как можно было представить. Даня даже не сразу заметил, как его усадили между ног и сняли всю нижнюю одежду, повернув к себе лицом. Взгляды встречаются и один обязательно краснеет, понимая как выглядит, но тому это ведь нравится. — Н-не смотри! — мальчишка закрывается ему глаза, но это никак не помогает. Руки связывают ремнём и кладут на джинсы, что мешают Усачеву. — Если не нравится, то можешь не смотреть здесь только ты, — Он расстёгивает свои джинсы, водя руками мальчишки по своей «проблеме», но у него это можно было бы назвать как-нибудь по-другому. Рыжик утыкается учителю в плечо, сгорая от стыда и жара по всему телу. Внутрь проникают два пальца, а наш девственник уже тихо стонет. Руслан усмехается, радуясь тому, что является первым, возможно переводя его на «тёмную» сторону. Поцелуи, укусы, засосы, дрожь по телу — это всё то, чего подросток хотел, боялся, о чём много думал и всё же мысли сами пришли за ним. Руслан пришёл за ним и забрал в этот мир, связав по рукам и ногам. После этой ночи всё станет по-другому. По-другому.