Кроме того, что это судьба

      Когда злость немного утихла, он рухнул на пятую точку, не обратив внимания на боль, и сжал голову руками.       В такой позе его и нашёл Сехун.       — Опять ты, — обречённо пропел Бэк. — Пришёл меня отчитывать?       Бэкхён вдруг вспомнил, как макне защищал девушку, и задумался, ведь младший никогда не ошибался в людях.       — Ты дурак, хён, — тихо произнёс макне.       — Йя! Ты вообще-то со старшим разговариваешь!       — Она потеряла ребёнка. Седьмая неделя. Исин сказал, что… плод почти был похож на….       — Блять! — выдохнул Бэкхён, закрывая лицо руками.       Серьёзность ситуации и последствия собственного поведения безмерным грузом навалились на его плечи. Бэкхён мгновенно сопоставил свои слова и действия с наступившими последствиями. Он и сам не понимал, что на него нашло, словно наваждение какое-то, словно кто-то вселился в него и заставил сказать всё это. Каким бы злым он не был раньше, такого поведения в отношении противоположного пола он себе не позволял, полагая его недопустимым. А тут…       Айдол жалобно завыл в голос, размазывая по лицу грязь вперемешку со слезами. Сехун обнял его за плечи, притянул к себе и стал успокаивающе гладить по спине.       — Что я натворил, Се?! — выл Бэкхён, пачкая футболку макне и цепляясь руками за его плечи. — Мне никогда этого не исправить! Исин меня не простит! Я по собственной глупости потерял такого прекрасного друга.       Сехун ничего не отвечал, понимая, что нет таких слов, которые в данный момент могли быть утешить его.       — Как ты вообще можешь рядом со мной находиться? — плакал Бэкхён. — Я же чудовище! Убийца! Я даже внимания не заслуживаю, не то, что твоего утешения!       — Не говори глупости, хён. — Решительно отозвался Сехун. — Любой может ошибиться. И хоть ты был не прав и …. Ты всё же мой хён, и я не перестану любить тебя.       — Сехуууун… — скулил Бэк, тычась в грудь сильно возмужавшего за последний год макне.       Его истерика продолжалась еще около часа. Потом они долго разговаривали, обсуждая случившееся и состояние Лили. Под утро все мемберы сели в один фургон и покатили к больнице, в которую увезли невесту Исина. Ночью они практически не спали. Сехун с Бэком вернулись за час до рассвета, заперлись в спальне и до самого отъезда разговаривали.       В больнице отделение реанимации нашлось быстро. Исин сидел в коридоре, безучастно разглядывая нестираемые пятна на старом напольном покрытии. Парни остановились на расстоянии нескольких метров, понимая, что ничем сейчас не могут помочь ему, он их даже не замечает. Айдол пытался справиться с гневом и болью, захлёстывающими волнами, искал объяснения случившемуся и анализировал каждый свой вздох, пытаясь понять, где же он прокололся.       Бэк отделился от компании и поплёлся к Исину, встав прямо перед ним, он рухнул на колени, низко склонив голову и начал что-то тихо говорить. Исин еле заметно вздрогнул, заметив тонсена.       — Думаю, стоит оставить их одних ненадолго, — предположил Чунмён, оценив спокойную реакцию Исина, и подтолкнул друзей к автомату с кофе.       Бэк долго изливал душу перед Исином, извинялся, рвал на себе волосы, каялся, рыдал, по-прежнему стоя на коленях. А Исин молчал и не двигался. Мемберам было тяжело наблюдать это, но они понимали, что вину товарища можно хоть немного компенсировать только так. Наконец, Исин склонился к Бэку, обнял его за плечи и что-то прошептал в ухо, отчего Бэкхён жалобно завыл и залился новым потоком слёз. Поняв, что пик кризиса пройден, айдолы подошли ближе, выражая соболезнования и пожелания скорейшего выздоровления Лили. Исин слушал с отрешённым видом, еле заметно улыбался уголком губ и молча обнимал парней. Он понимал, что никто из них в сущности не виноват, даже Бэк, и их искренняя забота сейчас — тому доказательство. Исин всё понимал. И пообещал себе более не допускать промахов и быть осторожнее в будущем.       День, планировавшийся как счастливая и долгожданная встреча друзей, стал тяжёлым испытанием для их отношений.

***

      Лили оставили в больнице на неделю для наблюдений. Несколько дней не останавливалось кровотечение, и она рисковала не только возможностью материнства, но и самой жизнью.       Исин настоял, чтобы она оставалась в больнице так долго, как будет необходимо, и не рвалась в Китай. Он сам за ней приедет.       — Ты ведь присмотришь за ней? — спрашивал Исин у Сехуна, когда тот заехал к нему в отель.       — Присмотрю, конечно. Не волнуйся.       — Не разрешай ей сбегать из больницы, пока врачи не дадут добро. Я сам её заберу, а пока постарайся не оставлять её одну.       — Не волнуйся, хён. Я ведь не вчера родился, справлюсь, — улыбнулся макне.       — Если заметишь что-нибудь…       — Хён, — прервал его тонсен, — всё будет хорошо. Мы с тобой через столько прошли…       Исин согласно кивнул, Сехуну он может доверять безоговорочно.       Парни обнялись и макне заторопился, у него еще вечером запланирована репетиция, да и Исину скоро на самолёт. Но перед отъездом он решил навестить Лили.       Вечером в больнице было тихо, только попискивали и щёлкали датчики, да тихо мыли полы санитарки. Исин, вежливо раскланиваясь, спешил в палату к любимой. Лили не спала, читала что-то в интернете.       — Привет. — Почти шёпотом поздоровался айдол, широко улыбаясь.       — Исин! — обрадовалась девушка и сразу потянулась к нему руками для объятий. Парень с удовольствием отозвался.       — Я улетаю ночью. Ты оставайся здесь, сколько будет нужно, пока не минует опасность для твоего здоровья. Сехун будет помогать тебе.       — Но Син~а…       — Вот же несносная женщина! Прекрати спорить со мной! — вроде он её отчитывал, но звучало это настолько ласково и забавно, что Лили рассмеялась.       Исин обворожительно улыбнулся, демонстрируя свои чудесные ямочки, и девушка не сдержалась, обняла его и стала целовать лицо, губы, глаза.       — Спасибо тебе за всё. Я так люблю тебя, Син. Прости…       Исин ответил на поцелуй и сразу почувствовал солёные капельки на своих губах.       — Не надо слёз, милая. Восстанавливайся, ходи на осмотры к врачам регулярно. Когда тебя выпишут, возвращайся в квартиру и не оставайся одна. А потом я за тобой приеду.       — А ты надолго?       — Около месяца. Заканчиваем съемки и надо прям поднажать. Но я обязательно прилечу, слышишь?       Девушка согласно кивнула, утирая слёзы.       — Люблю тебя, — прошептал айдол, целуя её в губы. Лили ответила и тут же сложилась пополам.       — Что случилось? — забеспокоился айдол.       — Спазм… — простонала она. — Очень больно…       Исин нажал кнопку вызова врача, поднял суету, чтобы его невесте была оказана вся возможная помощь.       — Пациентка сказала, что спазм случился после поцелуя, — с расстановкой произнёс доктор Ли.       — Точнее во время, — поправил его Исин.       — Значит, её состояние сложнее, чем я думал. Открылось кровотечение, ей придётся пробыть у нас дольше. Будем давать восстанавливающие препараты, проводить процедуры и наблюдать. Думаю, через месяц-полтора она будет в порядке. А до тех пор прописываю полный половой покой. Запрещаются даже поцелуи, поскольку это возбуждает её и провоцирует сокращения матки.       — Ох, разумеется! Я не думал, что так случится. И вы не говорили…       — Я тоже не думал, господин Чжан, но ситуация сама показала… Хорошо, что это случилось в больнице и мы успели оказать необходимую помощь. Не волнуйтесь, мы сделаем всё возможное, чтобы добиться максимального восстановления.       — Спасибо, доктор. Могу я попрощаться, я сегодня улетаю?       — Боюсь, она уже спит. Кровотечение остановили и дали снотворное.       — Ох… ну что поделать. Я могу хотя бы взглянуть на неё?       — Разумеется.       — Спасибо, доктор.       Исин вошёл в палату, посмотрел на бледную Лили и вмиг почувствовал себя виноватым. Почему он не подумал, что поцелуй может спровоцировать спазм? Почему не ограничился лёгким касанием губ? Теперь ему надо побыстрее справиться со своими делами и основательнее взяться за неё. Тянуть дальше опасно. Айдол погладил невесту по руке, поцеловал в щеку и вышел.