Они говорят: "Забудь!", а я хочу помнить.

      Томас. Вот он. Юноша, который стал лекарством для многих людей планеты. Юноша, который многое пережил. Юноша, потерявший почти всех своих родных и друзей. Наставник, девушка, друг, брат. Все они стали лишь воспоминаниями, которые запечатлены на камне у берега моря. Раньше все они были ему никем, но испытания лабиринта и всё, что было после него, сделали их семьёй. Сначала умер наставник. Алби. Потом брат, нет, он не был ему братом. Они познакомились лишь в тот день, когда Томас выбрался из лифта, но стал ему также дорог. Чак. Затем лучший друг, оставивший письмо. Ньют. А потом и девушка. Тереза.       Томми, так называл его друг. Конечно, у него были Минхо, Бренда, Галли. Но ему не хватало именно ИХ. Тех, кто также рвался к нему через грань между мирами. Они хотели попасть к нему. Они видели его страдания, но ничего не могли сделать. Связь была односторонняя.       И хоть они были знакомы и не десятки лет, они стали друг для друга самыми близкими людьми на целом свете. Со всеми ними были связаны тысячи, даже миллионы прекрасных воспоминаний.       В один из спокойных вечеров, которые давались ему не часто, Томас сидел на своей кровати и читал в сотый раз письмо. "Дорогой Томас... Но даже если оно не первое, скорее всего, оно будет последним... Главное, знай - я не боюсь... Я теряю себя из-за вируса... И я вспоминаю тебя... Но в тот момент, когда ты побежал в лабиринт, я понял, что пойду за тобой, куда угодно... И я пошёл... Как и все мы... Будущее теперь зависит от тебя, Томми... И я знаю, что ты найдёшь верное решение... Как всегда... Ты достоин счастья... Спасибо, что был мне другом... Прощай, дружище... Ньют..."       И вот, сидя на кровати, Томас задумался. Как же это было здорово. Время в Глэйде. Тогда все они были рядом. Все. А теперь их нет. Было бы классно иметь машину времени. Именно туда он бы и вернулся. В Глэйд. В место и время, где хоть и страшно, но мирно.

***

      Его мечта сбылась, частично, но сбылась. Это случилось во время одной из экспедиций по лечению шизов. До границы нормы, взятой у него крови, осталось совсем немного. Ещё чуть-чуть и он может умереть от потери слишком большого её количества. Группа обездвижила несколько шизов. Все они лежали, привязанные к специальным очень крепким койкам. Кровь Томаса попала в организм почти всех людей. Кроме одного, кроме одной девушки. Том не мог оставить её. И сказал: "Переливай!", на что доктор сказал: "Ты с ума сошёл?". Они ещё немного поспорили, но в итоге врач сдался и, скрипя сердцем, начал переливание, в ходе которого Томас отключился.

***

Пока ты желаешь нас встретить, мы здесь, с тобой. Мы всегда рядом. Хоть ты этого и не чувствуешь, мы всегда помогаем тебе. Пока ты нас помнишь, мы здесь, с тобой. Мы может и незаметны, но тут, и никуда не денемся, пока ты не попросишь. Пока ты живёшь, мы здесь, с тобой. Мы будем ближе, когда ты умрёшь, но не смей делать этого сам. Пока ты спишь, мы здесь, с тобой. Мы останемся, но ты перестанешь нас слышать... Когда проснёшься...

***

-Он просыпается, - послышался знакомый парню голос. -С ним всё будет в порядке? - спросила девушка, по-видимому, стоявшая рядом с врачом. -Не сомневайся, он поправится. POV Томас       Проснувшись, я увидел перед собой трёх молодых людей. Я их узнал. Две девушки и юноша. У одной из девушек были короткие тёмные волосы, большие глаза, светлая кожа и шрам над левой бровью. Вторая была с длинными коричневыми волосами, голубыми глазами и белоснежной улыбкой на поллица. А парень светловолосый, худощавый, с резкими чертами лица. Я прекрасно знал всех троих. Но никак не ожидал увидеть двоих из них здесь. Может я умер? Но тогда, что здесь делает Бренда? -Бренда, что со мной произошло? - я подумал, что у меня глюки, и не решился спрашивать про остальных двоих. -Томас, лежи, скоро придёт Минхо и всё тебе объяснит, хорошо? -Ладно.       Она встала с моей кровати и пошла к выходу. Она не заметила ребят и просто прошла сквозь них. Я всё понял. Дождавшись, пока Бренда окончательно оставит меня одного, я повернул голову к друзьям. Они посмотрели на меня странным взглядом. -Ньют, Тереза, как я могу вас видеть?